Тайны сердца - Кэтрин Коултер

Джулиан пристально смотрел на Орвальда Маннерса, который так до сих пор и не очнулся. Почему он не приходит в сознание? Если так будет продолжаться и дальше, он скоро умрет от истощения.

Джулиан проверил его пульс. Пульс был слабый.

— Он не двигался?

Джулиан поднял взгляд и увидел в дверном проеме Софи.

— Нет. Он просто лежит, словно мертвец, который почему-то еще дышит.

Она подошла к кровати и встала рядом с Джулианом.

— Как вы думаете, Ричард надеется, что Маннерс никогда не проснется?

— Не знаю. Ричард очень убедительно все отрицал, — вздохнул Джулиан.

— Больше никто это не мог быть.

Очень похоже на правду. А еще никто, кроме него самого, не мог убить Лили. Надо будет подумать над этим.

— Трудно поверить, что даже у Маннерса была мать, которая его любила.

Орвальд Маннерс внезапно открыл глаза, моргнул и хрипло пробормотал:

— Мне жутко хочется пить.

Софи налила воды в кружку и поднесла к его губам. Он пил и пил, пока наконец не откинулся на подушки, изможденный.

— Вам уже давно пора было проснуться, мистер Маннерс, — обратился к нему Джулиан. — Вы голодны?

Маннерс помолчал, потом кивнул:

— Да, я мог бы съесть и вареного угря. Как вы меня назвали?

Это еще что значит?

— Ваше имя — Орвальд Маннерс, — произнес Джулиан.

— Орвальд, говорите? Не думаю, что по мне это, — звучит по-иностранному, будто я какой-то француз или еще кто похуже. Где я? Что это за симпатичная молоденькая миссис, которая глядит на меня, будто у меня две головы?

Софи наклонилась к нему.

— Я «симпатичная молоденькая миссис», которая будет колотить вас головой о стену, когда вы окончательно придете в себя, мистер Маннерс.

Его глаза загорелись.

— О, можете попробовать, маленькая леди. Мне нравятся норовистые, или, по крайней мере, так мне кажется. Вы пришли меня накормить?

Поев — не вареных угрей, но замечательного пирога. Маннерс снова уснул. На этот раз, как сказал им доктор Кратчфилд, покачав головой и дивясь такому чуду, спокойным сном.

— Возможно, все дело в том, Принц, что он услышал ваш голос и проснулся. Я не могу требовать с вас денег, ибо, если быть абсолютно честным, я ничего не сделал.

Джулиан рассмеялся и дал доктору Кратчфилду однофунтовую купюру. Покрытая множеством вен рука доктора слегка дрожала.

— Похоже, мистер Маннерс не помнит, кто он. Доктор Кратчфилд, известны ли вам подобные случаи? — спросила Софи.

— Повреждения головы — никто не знает, что они натворят с внутренностями черепа. Некоторые не помнят, как они пострадали. Некоторые не помнят ничего вообще. Чего ждать от этого господина? Я не знаю. Доброго дня вам, Принц, мисс Уилки. Мне было бы интересно услышать, что будет дальше с этим человеком.

— И мне тоже, — заметил Джулиан, обернувшись к Софи.

— Девлин сказал мне, что Беатрис беременна.

— Да. Ее первый помет.

— Что нам теперь делать, Джулиан?

— Не думаю, что мы многое можем сделать. Она станет толстой, ленивой и…

Она ткнула его локтем.

— Кого вы имеете в виду? Маннерса? Ричарда Лэнгуорта? И не забывайте о вашей тетушке Лии, которая может скрываться в коридоре в этот самый миг. — Джулиан повернулся к Тому, сторожу Маннерса: — Не говорите никому, что Маннерс не знает, кто он.

— Вы хотите ввергнуть виновного в смущение, — догадался Том.

— Именно.