Последняя из рода Страут - Любовь Огненная

Однако он себя спас. Всего одной-единственной фразой.

— Граф, графиня, кажется, вам пора явить себя нам, — произнес он с изрядной долей недовольства и отпустил меня.

Действительно отпустил, перестал держать и отвернулся, ничуть не боясь, что я ударю в спину. Даже сделал несколько шагов к окну, за которым скрывался усыпанный звездами вечер. А я все стояла у стены, словно пыльным мешком по голове ударенная, пытаясь переварить услышанное.

Да что там услышанное? Увиденное! Всего через миг в комнату отдыха вошли живые и невредимые граф и графиня Эредит — мои приемные родители.

— Белла! — взволнованно воскликнул отец, разом побледнев, словно состарившись у меня на глазах, а мать разрыдалась, прижав белый накрахмаленный платочек к лицу. — Белла, ты жива!

— Жива… — обескураженно произнесла я одними губами и медленно перевела взор на мужчину, что невозмутимо стоял у окна.

К этому времени он уже обернулся и теперь смотрел на меня открыто, с насмешкой, с толикой превосходства, как часто смотрят те, у кого на руках собраны все козыри.

К отцу я кинулась в тот же миг, крепко-крепко прижавшись к его груди.

— Думаю, вам о многом нужно поговорить, — с пониманием отнесся к произошедшему ар Риграф, но его понимания хватило ровно на мгновение. — Но для начала всем нам стоит вернуться к главной теме некогда отложенного ввиду разногласий важного разговора. Как и обещал, я нашел вашу дочь. Теперь ответ за вами. Я хочу, чтобы она стала моей женой.

— Наша дочь… — взял слово отец, как глава семьи, пока мама рыдала, ощупывая мои руки трясущимися пальцами.

— С некоторых пор сама решает, какой будет ее жизнь. Моя жизнь, — впервые перебила я графа, не позволив приемному отцу совершить ошибку. — Убирайтесь из наших земель.

— Это мои земли, душа моя. Император мне их подарил. Но они снова могут стать твоими, — тонко намекнули мне на брак, филигранно напомнив о захвате.

— Никогда я не стану вашей женой! — разозлилась я еще сильнее.

Но на самом деле едва держалась, чтобы не разрыдаться, вцепившись одинаково как в маму, так и в отца. Ног я не чувствовала совершенно. Только герцогу знать об этом не стоило.

В его присутствии демонстрировать собственную слабость я не собиралась даже под страхом смерти.

— То есть ты отказываешься выйти за меня, Бель. Это твой официальный отказ? — переспросил герцог обманчиво мягко, заставив меня на миг засомневаться в собственном решении.

Но только на миг.

— Да, — произнесла я громко и четко.

— Тогда с этого дня считай себя моей пленницей, душа моя. Ты. Моя. Пленница.

Конец первой книги