Пепел и проклятый звездой король - Карисса Бродбент

Он убрал руку с моей спины и осмотрел большой палец, все еще окровавленный.

— Но если ты хочешь поэкспериментировать, — сказал он, — мы можем сделать это более эффективными способами, чем этот.

Он слегка приподнял подбородок, демонстрируя свое горло.

Я насмешливо сказала.

— Ты предлагаешь мне свое горло? Это глупо с твоей стороны.

— Может быть. Но у тебя чертовски изысканный рот, и еще лучше язык.

Богиня. Теперь он точно дразнил меня.

— О, да пошел ты, — пробурчала я.

— А вот и она, — усмехнулся он.

Я выдохнула, пытаясь избавиться от тягучего ощущения вкуса Райна и его подавляющей близости. Мне казалось, что его запах теперь покрывает меня, как осадок, прилипший к стеклу.

Я встала, благодарная за то, что между нами появилось хоть какое-то пространство.

— Ты сказал, что нам нужно о чем-то поговорить, — сказала я. — Почему мы здесь?

Его лицо исказилось в гримасе.

— Фу. Ты хочешь поговорить о работе.

Я СИДЕЛА на маленьком обеденном столе в другом конце комнаты, пока Райн говорил. Он непринужденно прислонился к каркасу кровати, каким-то образом эта штука поддерживала его вес, и он умудрялся выглядеть совершенно безучастным ко всему нашему разговору, что я не могла понять, восхищает меня это или раздражает.

— Итак, — сказал он. — Свадьба.

— Так ты собираешься рассказать мне, о чем, собственно, идет речь?

Он одарил меня полуулыбкой.

— Это так очевидно, да?

Я пожала плечами.

— Называй это интуицией.

— Как ты знаешь, у нас есть проблемы. Кроворожденные.

— Независимо от моих приказов, они не ослабевают в своей порочности, — сказал он. — Некоторые районы были полностью опустошены их действиями.

— Хиаджские районы.

— Все они — мое королевство. — Он наклонил голову. — Значит, ты следишь за всем.

Я снова пожала плечами. Это было и мое королевство тоже. Это была моя работа — быть внимательной.

— И мы не приблизились к тому, чтобы найти эту… кровь бога.

Я подумала о кулоне, надежно завернутом и спрятанном в моей запертой спальне. Каким бы загадочным он ни был, он не дал нам никакой информации, сколько бы книг мы ни прочитали и сколько бы заклинаний мы с Мише ни произносили в эту штуку. Мы, к своему стыду, даже не знали, что это такое.

Райн поморщился.

— Нет. Нет, кажется, что нет. К тому же, как ты знаешь, мне пришлось вернуться в Сивринаж из-за мятежа нескольких ришанских дворян.

Он попытался скрыть свое раздражение, даже нечто более глубокое, чем раздражение и не смог. Я наблюдала за ним с морщинкой между бровями.

— Они действительно ненавидят тебя.

Он усмехнулся.

— Конечно, ненавидят. Многие из этих персон были друзьями Некулая, и они видели меня…

Знал ли он, что всегда подбирал слова, когда говорил о тех днях? Его глаза скользнули в сторону, уставившись в пол.

— Они никогда не собирались принимать меня в качестве короля, — сказал он. — Пока что это только некоторые из менее влиятельных, но меня действительно беспокоит один из них, который слишком долго молчит. Саймон Вазарус.

Я узнала это имя.

— Ты убил его брата, в ту первую встречу.

— Тот самый. — Взгляд Райна метнулся в сторону. Выражение его лица было слишком знакомым. Ему не нужно было прямо говорить мне, кем был для него тот дворянин. Я поняла.

— Он придет на свадьбу, — продолжил Райн, и этот тон тоже сказал мне все, что я хотела знать. Он не просто ненавидел этого дворянина — он боялся его.

— Зачем?

— Потому что у него армия больше, чем у меня, и я должен быть с ним вежлив, пока я не найду лучшее решение. — Его губы скривились, отвращение было ощутимо в его голосе.

Лучшее решение. Я. Конечно.

— Кровь бога, — сказала я.

Он испустил длинный вздох и подошел к столу. Он прижал ладони к дереву и склонился над ним на долгий миг, как будто глубоко задумавшись.

— Я пригласил Дом Тени на это мероприятие, — сказал он.

Мои брови взметнулись вверх. Я видела королевских Тенерожденных особ несколько раз. Их редко приглашали на мероприятия Ночнорожденных, но это было неслыханно. Райн был новым королем. Логично, что он будет поддерживать дипломатические связи такого рода — и что Тенерожденные будут заинтересованы в том, чтобы удовлетворить любопытство.

— Король Тенерожденных ненавидит Дом Крови так же, как и мы, — сказал он. — Он не хочет, чтобы Кроворожденные захватили Дом Ночи и приблизились к его границам. Тенерожденные, возможно, самый тихий из всех Домов, но они тоже грозные воины. А их магия разума… — Он пожал плечами, словно говоря: А что еще остается? — Они могущественны. Я лично установил связь с Королем Тенерожденных. Он пришлет одного из своих сыновей. Если я смогу потянуть за нужные ниточки, представить нужный образ, то смогу добиться союза с ними.

Это трудно. Настоящие союзы между Домами были редкостью. Вампиры были независимыми и корыстными существами. Но с другой стороны, если что-то и могло побудить к союзу между Домами Тени и Ночи, так это агрессия со стороны Дома Крови.

— Это будет сложное политическое маневрирование, — сказала я.

Райн криво усмехнулся.

— Уж мне ли не знать. Но Кейрис прав. Свадьба — это возможность представить образ. И я знаю, какой силой это обладает.

Это, я знала, было правдой.

— Мне нужна помощь извне. Нужен образ сильного альянса. Ришанцы… — Он покачал головой, сжимая челюсть. — Старых дворян не убедит ничто, кроме демонстрации силы. Мне нужно показать им, что я так же могущественен, как был Некулай.

— Что Кейрис думает об этом плане?

— Он знает, что я пригласил Дом Тени, но не знает зачем. Никто не знает.

Я удивленно моргнула от такого откровения и от того, что он готов поделиться этим со мной.

— Почему?

Он не сразу ответил.

— Ришанские мятежники, — сказал он, наконец, — знали больше, чем следовало. Мелочи. Ничего серьезного. Это косвенные улики. Но я умею доверять своей интуиции.

Я нахмурила брови, когда меня осенило осознание.

— Ты думаешь, что среди своих у тебя есть предатель.

Он бросил на меня взгляд, который, как я знала, означал подтверждение.

— Ты знаешь, кто это? — спросила я.

И снова он не ответил. Но мой мозг уже заработал. Внутренний круг Райна был так мал. Кейрис и Кетура… он должен полностью доверять им, ведь он оставил Мише на их попечение в ее самом уязвимом положении, что было высшим проявлением его доверия. И Мише, конечно же, никогда бы не предала Райна.

Остался…

— Вейл, — сказала я. — Ты думаешь, что это Вейл.

Вейл был дворянином. Вейл знал Райна двести лет назад,