Буду злодейкой - Регина Мазур

– Простите, у меня не было времени, – попыталась я объясниться.

– Но теперь-то оно у вас точно есть, раз уж вы здесь, – усмехнулся Адар и указал на пару кресел. – Присаживайтесь. Или стоять у порога вам удобнее?

Я помедлила, но все же заняла кресло напротив него. Убивать меня сегодня, кажется, не станут, и отчислять, по всей видимости, тоже. Но разговор наверняка будет долгим.

А вот Марсик и вовсе не испытывал душевных терзаний. Он резво запрыгнул к Адару на диван и растянулся рядышком, показывая, что имеет на это полное право и никто его не остановит. Иногда я даже завидовала той непосредственности, которую могут позволить себе коты…

Мужчина подался вперед, ловя мой взгляд, и облокотился на колени. Он сцепил свои длинные пальцы в замок, сверкнув парой перстней. На одном из них я разглядела изображение дракона, выгравированного на белом камне, – вероятно, семейный герб.

– Как я уже говорил, Валери, после изучения вашего фамильяра я пришел к выводу, что ваша магия крайне нестабильна и потому весьма опасна для всех, кто находится рядом с вами. Конечно, для многих первокурсников нашей академии подобное может являться вполне нормальным и объяснимым, ведь не всех дома обучают контролю магии. Однако всех остальных едва ли можно приравнивать к вам. По объему, интенсивности и силе магии вы уже сейчас превосходите добрую часть преподавателей, не говоря уже о прочих студентах. Это подтверждает и то, что вы в таком раннем возрасте смогли призвать фамильяра. Подобного не случалось уже очень давно.

Похвала была приятной, и я немного зарделась от смущения.

– Но такие способности требуют развития и большого контроля, – напомнил ректор. – В противном случае они могут привести к ужасной беде.

Я прикусила губу, стараясь не думать о том, насколько же он прав. Вот только всю эту невероятную силу и мощь я чувствую лишь в моменты, когда проклятие в очередной раз заявляет о себе. И тогда становится страшно уже не за других, а за саму себя.

– В связи со всем этим, – продолжил Адар, – становится очень странно, по какой причине в вашем расписании отсутствуют практические занятия по магии. Госпожа де Золер сообщила, что вы сами от них отказались.

Мои брови от изумления и возмущения взлетели вверх.

– Что?! И вы ей верите?

Теперь пришел черед ректору удивляться. Секунды мне хватило, чтобы осознать, что речь идет вовсе не о Маше, а о Нинет. И я снова нахмурилась.

Но Адар уже выпрямился и убрал руки на подлокотники, строго посмотрев на меня.

– А почему я не должен ей верить? Она работает в этой академии даже дольше меня, и пока ни разу ее работа не вызывала нареканий и вопросов. Или, быть может, вы хотите сказать, что расписание вам давала не она?

Да уж, крыть нечем. Ну и технически в тот момент перед Нинет действительно находилась я. Точнее, Маша, скрывавшаяся под моей личиной. Но не стану же я сейчас объяснять все это ректору, пускаясь во все подробности и раскрывая все нюансы наших с бывшей подругой взаимоотношений.

Мужчина вздохнул, наверняка думая при этом, что я веду себя как ребенок. Но, к счастью, не стал ни о чем расспрашивать и произнес:

– Дело в том, что я хотел бы предложить вам свою помощь в обучении магии. Внести изменения в расписания уже не представляется никакой возможности, пока вы полностью не закончите этот курс. Поэтому единственным вариантом остается индивидуальная форма занятий в свободное от остальной учебы время.

Ого! А вот это неожиданно. И было бы крайне желательно, ведь мне действительно необходимо учиться. Хотя вряд ли я задержусь здесь надолго. До исполнения задуманного осталось лишь встретиться с Каем и все обсудить. Но успеть получить хотя бы самую кроху знаний было бы чертовски неплохо!

– Согласны ли вы стать моей ученицей?

Я улыбнулась и ответила согласием. А разве могло быть иначе?

До самого вечера Кай так и не объявился. То ли затаился на время, то ли Маша решила занять его какими-нибудь срочными делами. В то, что он мог просто передумать, мне верить не хотелось – все-таки для него все наше опасное предприятие было не менее важно, чем для меня.

Однако оставался еще один неприятный вариант. Закари мог узнать из моих мыслей о наших планах и лично вмешаться – все-таки он тоже де Золер и имел такую же власть над своими вассалами, как и Маша.

Оставалось лишь ждать, когда слухи о нашем с ним конфликте хотя бы немного улягутся и я смогу подойти к нему поговорить, не опасаясь быть неверно понятой.

Несмотря на все неожиданно возникшие сложности, новый день начался в радостном предвкушении интересного занятия. Учебный день пролетел незаметно, и вот мы с Марсиком уже собирались на встречу с ректором.

По дороге он вырвался у меня из рук и побежал впереди, недовольно фыркнув:

– Ты слишком медленная!

Я только усмехнулась на это:

– Надо же, как мы, оказывается, спешим! – и послушно последовала за ним. Так хотя бы не заблужусь по пути.

Разумеется, постучаться Марсик снова не соизволил. Дверь, как и всегда, просто исчезла перед ним, и он гордой поступью вошел в кабинет, как к себе домой. А потом запрыгнул прямо на колени к ректору и свернулся там клубком, удовлетворенно мурлыча!

Я же застыла на пороге, растерянно наблюдая за ним. Стоит ли мне принести извинения за такое эксцентричное появление? Хотя вчера он ничего не сказал по этому поводу и даже, кажется, с пониманием к этому отнесся. Но ведь не станет же он вечно терпеть подобное. Марсик все-таки мой фамильяр, мой питомец, и я в ответе за его действия. А зная приверженность Адара правилам приличия, логично было бы ожидать от него неодобрения.

Однако метания мои продлились недолго – вопреки моим опасениям, ректор тепло улыбнулся Марсику, будто старому другу, и погладил его по огненной шерстке. А потом заметил меня и произнес:

– Добрый день, Валери! Проходите, вы как раз вовремя. Я уже заканчиваю.

На этот раз мужчина сидел за столом, заваленным кипой бумаг. На его лице красовались очки, что крайне удивило меня. У драконов ведь должно быть идеальное здоровье! Да и зрение наверняка острее, чем у самого зоркого на свете человека! Зачем они ему?

Тем не менее стоило признать,