Репетиция свадьбы - Аннет Кристи

Тому бросился в глаза висящий над входом в ресторанный зал плакат. Надпись на нем – «Вместе – лучше!» – также была связана с музыкой. Том вспомнил, как пел для Меган эту песню Джека Джонсона, подыгрывая себе на укулеле.

Дыхание перехватило. Пытаясь справиться с чувствами, Том направился к гостям – всем тем, кто приехал сюда, чтобы пожелать им с Меган счастья. Он ходил между столами, приветствуя друзей и родственников. У столика Полины и Хамсы Том задержался, чтобы искренне поблагодарить их за многолетнюю поддержку и заверить, что поездка в Лондон стала для него самым приятным путешествием.

Когда Полина обняла Тома, произошло маленькое чудо. Как раз в этот момент малыш у нее в животе шевельнулся, и Том почувствовал его движение.

– Я так волнуюсь, что скоро стану папой! – признался Хамса. – Зато все говорят, что карапузы постоянно выкидывают что-нибудь забавное – иногда случайно, иногда нарочно. И это настраивает на позитивный лад.

У Тома защемило в груди. Его охватило сожаление о несбывшейся мечте, о детях, которые могли бы родиться у них с Мег. Ребенок Полины стал бы для их ребятишек товарищем по играм. Они вместе резвились бы во время семейных посиделок…

В середине каждого стола стояли тщательно отобранные фотографии Тома и Меган. На одной из них влюбленные позировали у каменных львов на Трафальгарской площади, на другой – целовались в экскурсионном автобусе-амфибии в Бостоне. На фото, сделанном в день их переезда на новую квартиру, Меган пыталась сдвинуть с места большую коробку, в которой позже обнаружила согнувшегося в три погибели Тома. Изображение было частично закрыто пальцами фотографировавшего их соседа. Как он тогда хохотал! А посреди одного из столов красовалась фотография с их помолвки, где Мег бесстыдно схватила Тома за ягодицы. Том прыснул, увидев, что невеста поместила этот шокирующий снимок на столик своих бабушки и дедушки.

Сколько же времени понадобилось, чтобы перебрать все фото, снятые за двенадцать лет? Тома кольнуло чувство вины. Ведь он бросил Меган одну разбираться не только с планированием свадьбы, но и с сотней других незначительных, на первый взгляд, проблем.

Но вот в зал вошла Мег – очаровательная и цветущая. Всем своим видом она выражала спокойствие, однако Том, который ее знал как облупленную, понял, что Меган плакала: нос у нее слегка покраснел.

На долю секунды, прежде чем она затерялась в толпе гостей, их с Томом будто соединила нить, как две жестяные банки, из которых соорудили игрушечный телефон. Время замедлилось, пока они молча обменивались многозначительными взглядами, словно говорившими: «У нас получилось! Мы пережили еще один день».

И уж если они решили делать все правильно, то и репетиция ужина должна пройти так, как хочется им, без тысячи вынужденных компромиссов.

Том сел рядом с матерью.

– Папа придет?

– Он уже здесь, беседует с тетей Флоренс. А каждый действительно должен будет накладывать салат и горячее из общего блюда?

Том ответил утвердительно, и Кэрол едва заметно содрогнулась.

– Я попросила на кухне, чтобы вам подали ужин в отдельной тарелке, – сообщила Мег, подсаживаясь к Тому.

Кэрол бесстрастно кивнула, но в ее глазах промелькнуло одобрение, и Том понял, что она благодарна будущей невестке за заботу.

Он никогда не рассказывал Мег о паническом страхе Кэрол перед микробами. Вероятно, она сама обо всем догадалась. Меган очень чуткая.

– А, Том, ты здесь! А я уж боялся, что ты сегодня решил: бросать – так все сразу. – Подоспевший Джон не упустил случая еще раз вставить сыну шпильку.

Прежде чем Том успел возразить и подбодрить взглядом Мег, к столу подошли Броуди с женой. Поднявшись, Том поцеловал Эммелин в щеку и обнял брата.

– Ты в порядке?

Том задал этот вопрос не из вежливости, а потому что наконец увидел брата таким, какой он есть. Под маской уверенности и успешности скрывался потерянный, беспомощный человек.

– В порядке, Запаска. А почему ты спрашиваешь? Волнуешься, как бы мне не понадобилась пересадка какого-нибудь твоего органа? – преувеличенно громко отозвался Броуди и, чуть понизив голос, прошипел: – Мама уже говорила «два перелета и паром»?

В этот момент к ним приблизилась мрачная Донна. Меган встала, чтобы ее поприветствовать.

– Ну, кому-кому, а уж матери невесты сегодня точно позволительно опаздывать, – прощебетала Кэрол.

– Мама не опоздала, она как раз вовремя, – вежливо, но жестко отрезала Меган.

Еще два дня назад Том, покрываясь испариной, метался бы между присутствующими, гася все ссоры. А сегодня понял, что не обязан этим заниматься: в конце концов, все здесь – взрослые люди. Однако при этом он должен отстаивать то, что считает правильным.

– Мама, перестань, – осадил Кэрол Том.

Мег беспокойно заерзала.

– Как ты разговариваешь с матерью? – тихо, чтобы не устраивать сцены, вмешался Джон.

– Вы годами выказывали неуважение к моей невесте и ее семье. – Слова Тома звучали твердо. Веско. – Больше я этого не позволю. Или вы впредь будете обращаться с ними, как подобает, или я прекращу всякое общение с вами.

Меган прерывисто вздохнула. Том осторожно покосился на Донну. Ее лицо пылало, а на щеке блестела слезинка. Донна явно была тронута до глубины души. Брианна показала Тому два больших пальца, пробормотав что-то про соринку в чужом глазу, а Броуди подмигнул, пряча улыбку.

Джон и Кэрол промолчали.

Когда все расселись по местам, и официанты внесли салат и закуски, Том, поднявшись, постучал вилкой по бокалу. Воцарилась тишина.

– Мы очень признательны всем за то, что приехали. Путешествия, как и отношения, редко проходят без сучка и задоринки, и мы рады, что вы добрались сюда, несмотря на все трудности, связанные с поездкой.

– Два перелета и паром! – вскидывая руку с бокалом, воскликнул Броуди, которому, очевидно, надоело ждать, пока это произнесет Кэрол.

Том благодушно приподнял свой бокал в ответ и, оглядев присутствующих, повернулся к самому важному для него человеку.

– Но прежде всего я бы хотел сказать спасибо Мег. Все, что мы видим вокруг, свидетельствует о ее таланте и преданности тем, кому посчастливилось занять уголок в ее сердце.

Том грустно улыбнулся своей – возможно, бывшей – невесте. Ее губы изогнулись в ответной улыбке, а щеки слегка порозовели.

– Что бы ни случилось, какие бы еще испытания ни готовила для нас Вселенная, я благодарен ей за все, что мне довелось пережить. За эти двенадцать лет Меган помогла мне стать лучше, хотя я и не всегда к ней прислушивался.

В зале послышались смех и аплодисменты.

Стоило Тому сесть, как поднялся Джон.

Том непроизвольно вцепился в сиденье, готовясь, если понадобится, прервать отца и резко ответить на несправедливую критику.

– Мой младший сын рос не совсем таким, как я ожидал. – Зычный баритон Джона, всегда с легкостью привлекавшего внимание собравшихся, разлетелся по ресторану. – Он находился в тени старшего брата, Бродерика, и не был способен принимать самостоятельные решения… пока не познакомился с