Звезда в академии драконов - Ника Ёрш

– Она запела балладу о любви, – кивнула я, припоминая, как будущая свекровь показала образец. – Это идея госпожи Блайк. Простите. Она узнала, что мы с Ником уедем сразу после свадьбы, и едва не свела всех с ума. Успокоилась, только когда ей доверили подготовку организационной части.

– Надеюсь, хоть платье будет черным? – с надеждой спросил Мигруш.

– Белым, как первый снег, – вздохнула я. – И пышным, как двухъярусный торт моей мамы. А на голову наденут диадему. Туфли тоже будут белые, на высоком каблуке. И букет из калл и латируса. Я буду как свет в конце тоннеля.

– Бедная моя, – шокированно выдал Мигруш. – Я слышал, какой-то процент невест сбегает перед свадьбой, и теперь понимаю почему. Могу помочь тебе.

– Уже поздно, – покачала я головой. – Госпожа Блайк взяла с меня магическую клятву, что я не передумаю облачаться во все, что она даст, и повторю за жрецом клятву без злости, истерик и замены слов. Вот это все про разделение с мужем не только радости, но и гадости.

– Такое вообще законно? – усомнился декан. – Требовать от невесты подобную клятву.

– Все действия госпожи Блайк немного на грани, – пожала плечами я. – Но будем честны, она права – я собиралась сбежать сразу после показа приглашений. А уж платье…

– Держись, Лачи. – Мигруш подошел и крепко меня обнял. – Ты сильная, ты сможешь.

– Спасибо, – тяжело вздохнула я.

И вот пришел тот самый день.

Мы с Ником собрали вещи, в последний раз оформили разрешения на переход через телепорт и ждали лишь оглашения статистики. До официального вручения дипломов оставалось еще несколько дней, а позже должен состояться бал выпускников. Но в это время мы с Блайком уже будем в Салигарде.

Наши документы академия обещала выслать позже прямо на место работы. А сегодня, уже через семь часов, я собиралась войти в храм Великого Духа, чтобы пройти скромную церемонию по случаю нашего с Ником бракосочетания. Мы смогли настоять, чтобы среди приглашенных были лишь самые близкие, но в остальном госпожа Блайк силой взяла на себя все организационные моменты.

Дедушка Ника тоже обещал быть. Вместе с подарком для меня. В честь нашего примирения, я презентовала архимагу свой дипломный проект – скелета-компаньона Сабурга. Чтобы наш дорогой дедушка никогда не скучал и вспоминал меня с умилением. Клервин Блайк поблагодарил меня за внимание и обещал преподнести что-то не менее ценное в ответ. Чтобы я тоже его вспоминала и радовалась. Из-за последнего обещания было немного не по себе.

Вообще во все случившееся верилось с трудом – слишком много перемен произошло в моей жизни за последний месяц, и я все еще пыталась их осознать. Впрочем, у других студентов перемен было не меньше…

– Николас! Боги! Ты тоже это видишь? – донесся до меня совершенно сокрушенный голос Катарины Воттер. – Мы… Мы…

– Наши рейтинги сильно упали, – помог ей Ник.

– Сильно упали? Да мы делим тринадцатую строку. – Воттер словно задыхалась: округлив глаза, она открывала рот и не могла ничего сказать. Я даже приподнялась на цыпочки, чтобы видеть ее получше.

– Не самая удачная цифра, – философски заметил Ник. – Но будем работать с тем, что есть. Не падай духом, Катарина. Ты все еще одна из лучших.

– Вот что такое любовь, – вздохнула Воттер, – это провал во вторую десятку.

– В прямом смысле слова, – согласился Ник, бросив на меня взгляд, полный лукавых смешинок.

– Ненавижу! – выпалила Катарина Воттер, сжав кулаки и топнув ногой. Но, опомнившись, быстро добавила: – Падать ненавижу.

Улыбнувшись, я отвернулась и прошла немного дальше, чтобы почитать доску с распределениями после учебы. Все, кто брал направления от академии, были в списках. Но Симы я там не нашла, что могло означать одно: она действительно отправилась покорять сердце Элайджи и устраиваться к нему помощницей… А вот кто удивил – это Макс. Судя по записям на доске, он отказался от должности в столице.

– Что там? – спросил Ник, обнимая меня сзади. – У тебя шокированный вид.

Я молча показала на строку с фамилией Макса. Ник присвистнул.

– Значит, этот парень еще не совсем потерян. Что ж, в Салигарде нужны способные специалисты. Но если он снова потянется к твоим волосам, я устрою маленький несчастный случай. Или большой. Пусть ищет себе другую лохматую некромантку.

– Эй! – возмутилась я, ткнув Блайка локтем. – Ты вообще сполз на тринадцатое место и снова в парочке с Воттер! Не стыдно?

– Кстати, интересная новость, – моментально перевел тему Ник. – Помнишь Геррос? Сейчас у таблицы статистики боевиков только о ней и говорят. Она сумела обойти почти всех и стала третьей в рейтинге выпускной группы. Неужели и правда настолько хороша?

– И даже лучше, – кивнула я и вспомнила: – Это ведь Геррос добыла для Зигмуса его драгоценную пипу. И она же заарканила декана Бенедикта.

– Хорошо, что успела до Симы, – улыбнулся Ник, подхватывая наши чемоданы. – Пойдем? Время поджимает.

– Да, – кивнула я, бросая последний взгляд на академию, ставшую за пять лет учебы по-настоящему родной. – Пора…

* * *

В храме было шумно. Вернее, не во всем храме, а в отдельной его комнатке.

– Макияжа уже достаточно! – грозно заявила мама, встав передо мной.

– Это решать не нам, а мастеру Лириаль! – ответила госпожа Блайк. – Что скажете?

– Я сделаю, как посчитаете нужным, – отозвалась мастер.

– Нужно открыть окно. Здесь душно, – кажется, в десятый раз повторила тетушка Ника – госпожа Ларкирия. – Сейчас умру.

– Вы только обещаете, – отмахнулась моя тетя Фименюра.

– Да как вам не стыдно?! – поразилась Ларкирия.

– Никак не стыдно. Ни в анфас, ни в профиль, – улыбнулась Фименюра, отпивая из бокала немного янтарной жидкости и подзывая к себе мастера по макияжу: – Эй, милая, как тебя там? Все равно они будут спорить еще год, принеси пока сырную тарелку из комнаты жениха.

– Она вам не прислуга! – возмутилась госпожа Блайк.

– Идите сами, – кивнула Ларкирия, – и не возвращайтесь. А я пока открою окно.

– Устроите сквозняк, и моя Тайлер умрет от воспаления легких, – заявила мама, перемещаясь левее, чтобы загородить окно, и открывая вид на меня.

Я сидела в углу. На табурете. И злилась.

– Милая, – вспомнив обо мне, тут же засуетилась почти свекровь, – давай сделаем румяна поярче? В кого же ты такая бледная?

– Бледность – признак аристократии, – флегматично заметила Фименюра. – А вот в кого вы такая смуглая?

И тут я не выдержала.

Вскочив, закричала сама:

– Хватит!

В комнате мгновенно повисла тишина, и все взгляды обратились в мою сторону.

– Прошу всех выйти, – дрожащим от злости голосом попросила я. – Немедленно. Оставьте меня одну до церемонии.

– Но… – начала было мама.

– Пойдемте, дорогая, – перебила ее госпожа Блайк, подхватывая под