Элиас - Алиса Мейн

Та поспешила поставить стакан на стол и активно закивала:

– Я была слишком предвзята по отношению к Линде.

– Ну это же прекрасно! – счастливо улыбнулась Роуз. – Тогда тем более не вижу никаких проблем с тем, чтобы ты осталась у нас еще ненадолго. Или твои родители против?

Растерявшись, я не успела придумать отговорку, и моя длительная заминка вышла мне боком.

– Побудь у нас хотя бы до дня рождения Александра.

Я обреченно вздохнула, уже представляя, как ближайшую неделю буду бродить безмолвным призраком по коридорам дома Митчеллов в попытке избежать общества Алекса.

– Я настаиваю, – с нажимом произнесла Роуз.

Она не знала о том, что произошло, и она не была ни в чем виновата.

Роуз с самого первого дня относилась ко мне с теплотой и не заслуживала того, чтобы принять мой скорый отъезд за желание поскорее сбежать из дома Митчеллов после их с мужем возвращения.

Я подарила этой добрейшей женщине, уверенной в том, что я отлично вписалась в их семью, еще одну улыбку, постаравшись вложить в нее максимум благодарности.

– Хорошо, миссис Митчелл.

Она ласково улыбнулась мне в ответ.

С трудом запихнув в себя остатки завтрака, я встала из-за стола и, извинившись, покинула столовую. Мне нужно было решить, как прожить еще одну неделю в доме Митчеллов так, чтобы не доставлять никому беспокойства и не сойти с ума самой.

Едва я вышла в холл, как меня нагнал Алекс.

– Линда. – Он смотрел виновато и печально. – Мы можем поговорить?

– Можем, – бесцветно ответила я.

Алекс взлохматил себе волосы и неуверенно взглянул на меня исподлобья:

– Нам лучше найти место… В твоей комнате или…

Я знала, как резко переменилась в лице, и это отразилось и на самом Митчелле.

– Ты знаешь, что я не причиню тебе вреда.

– Не знаю, – прошептала я, и его лицо исказила гримаса боли. Я вздохнула и пошла к лестнице. – Пойдем.

Алекс следом за мной вошел в мою спальню и закрыл дверь, прислонившись к ней спиной. Я вышла на середину комнаты и, повернувшись, выжидательно уставилась на него.

Он же, напротив, избегал смотреть на меня.

– Прости, – еле слышно произнес Алекс.

Я молча смотрела на него. Мне до сих пор с трудом верилось в то, что произошло прошлой ночью. То, что это действительно случилось, подтверждали красные глаза Митчелла, его виновато опущенная голова и мои беспокойно подрагивающие пальцы.

– Я осталась здесь только потому, что меня попросила об этом миссис Митчелл, а я не хочу расстраивать ее. Она слишком добра ко мне и уверена в том, что у нас идиллия. Пусть так и думает. Сразу же после твоего дня рождения я уеду, и ноги моей больше в этом доме не будет.

Алекс наконец посмотрел на меня.

– Я не смогу без тебя.

Я покачала головой и сглотнула подступающие слезы.

Алекс отстранился от двери и сделал по направлению ко мне несколько шагов.

– Что я могу сделать, чтобы ты меня простила?

– Ничего не нужно делать.

Он метнулся ко мне, взял за руку и задрал рукав худи. Затем слабо застонал, приложил мою руку к губам и начал осторожно целовать места, на которых остались синяки.

– Я кретин, – шептал он, не прерывая поцелуев. – Я такой кретин, Линда.

– Прекрати. – Я вытянула ладонь из его рук и сделала шаг назад.

– Вчера я перебрал… Да еще парни то ли подсыпали мне что-то, то ли подсунули мне травку…

– А ты, конечно же, был настолько безволен, что не смог отказаться.

– Я надрался как урод.

– Хороши у тебя друзья.

– Они считают, что это весело…

– Алекс! – повысила я голос, когда по щеке скатилась первая слеза. – Я теперь даже боюсь предположить, чем ты вчера вообще мог на этой вечеринке заниматься!

– Линда, я никогда…

– Что никогда? После того, как ты танцевал полуголым на столе с какой-то девицей, и после того, как чуть не изнасиловал меня сегодня, я не знаю, чего от тебя ожидать!

Митчелл замер, ошарашенно глядя на меня.

– Если после алкоголя ты теряешь контроль, зачем тогда пьешь?

– Этого больше никогда не повторится, – он сокрушенно покачал головой. – Дай мне шанс, Линда. Дай возможность все исправить.

– Как?

Тут Митчелл рухнул на колени.

– Ты с ума сошел? – испугалась я.

– Я люблю тебя.

Я потянула его за плечо, заставляя подняться.

– Алекс, вставай! Не нужно так унижаться…

Он снова схватил меня за руки и начал беспорядочно их целовать.

– Я так виноват. И я не знаю, что делать…

– Пожалуйста, перестань, – пробормотала я, не узнавая его. – Да что с тобой…

– Я не хочу тебя потерять. Я не могу тебя потерять… – повторял он, опустив голову и плечи.

Поняв, что поднять его мне не удастся, я села на колени напротив, обхватила его лицо ладонями и заставила посмотреть на меня. Хотя мне было очень страшно. Уже не от последствий пережитой ночи, а от того, каким безнадежным был его взгляд.

– Я не сделала тебя лучше, Алекс, – прошептала я. – Я сделала тебя хуже.

– Не говори так, – пролепетал он, тоже обхватывая мое лицо руками. – Это я во всем виноват. Это больше не повторится, клянусь. Только прошу тебя, – он прислонился лбом к моему лбу, – останься со мной. Не уходи. Я не смогу…

Я вздохнула и обняла его голову, прижимая к себе. Алекс обвил меня руками.

– Ты самое дорогое, что у меня есть, – тихо произнес он.

– Не говори так.

– Я ненавижу себя за то, что сделал…

– Тише-тише…

Я обнимала и успокаивала Алекса, мечтая лишь о том, чтобы нашелся кто-то, кто успокоил бы меня.

Глава 17

С момента возвращения старших Митчеллов прошло три дня.

Алекс был непривычно тихим и незаметным. При каждой нашей встрече он старался как-либо коснуться меня. И его прикосновения не были интимными как раньше – они были осторожными и извиняющимися: он будто пытался убедиться, что я все еще рядом.

Селена почти все время проводила вне дома, и я задавалась вопросом, не Джозеф ли был тому причиной, но поинтересоваться у нее не находила в себе смелости.

Элиас и Адам целыми днями работали в кабинете. Из-за чрезмерной загруженности Элиас отменил часть своих занятий, в том числе и со мной.

Роуз Митчелл часто бросала на меня взгляды, от которых мне становилось не по себе. Создавалось впечатление, будто она знала обо мне что-то, о чем я сама не могла даже догадываться. Но это что-то