Пахан - Пайпер Стоун

Пока свет продолжал гаснуть, придурок надо мной истерически смеялся, выжимая из меня жизнь, все, о чем я могла думать, был мужчина, в которого я… слишком сильно влюблялась. Его лицо. Его глаза.

Его… прикосновение.

Его…

И когда я начала уплывать туда, где был яркий свет и ощущение удивительного покоя, последнее, что я почувствовала, был сильный удар, когда меня уронили.

Последнее, что я услышала, был еще один жестокий звук, чье-то рычание. Что это было? Удары? Я…

И последнее, что я увидела перед тем, как начала терять сознание, было лицо.

Его лицо.

Его ангельское лицо.

Вадим

Дьявол всегда кроется в деталях.

Эту поговорку я слышал уже давно и полностью понимал.

Возможно, мое высокомерие помешало мне чувствовать себя комфортно с людьми, работающими на меня, и с окружающим миром.

«Я здесь, zavetnyay», — сказал я ей. «Оставайся со мной». Она выглядела такой чертовски безжизненной, глаза уже закатились, дыхание было поверхностным.

О чем, черт возьми, она думала, выходя из дома?

Громкое шипение заставило меня отвернуться от нее.

Христос.

Этот придурок еще не потерял сознание.

Пока этот ублюдок продолжал отбиваться, каким-то образом умудряясь использовать стену в качестве рычага, бросаясь на меня, часть меня думала, что это дерьмо уже слишком устарело.

С меня хватит. Я швырнул нападавшего об стену и предплечьем надавил на его трахею.

«Блядь, босс», — сказал Николай у меня за спиной.

Я добрался сюда раньше него, мчась по лестничным пролетам, как будто они были пустяком. Джошуа, очевидно, был очень плохим парнем, привлекая опасных людей.

Но мне было насрать на труп. Все, о чем я мог думать, это как добраться до Кэролайн.

«Уберите отсюда Кэролайн. Сейчас же!» — прорычал я. Все, что я хотел сделать, это свернуть шею этому придурку, но мне нужна была информация. Мне нужно было узнать, кто скрывается под маской.

Когда я сорвал её, кровь, брызнувшая на его разбитую губу и порезанный глаз от моих диких ударов, не могла скрыть, кем он был. Как и царапины, нанесенные моим прекрасным хакером. Трахни меня.

«Франсуа». Я назвал его имя без интонации. Не было причин беспокоиться, кроме того, что он был в моем высшем эшелоне. Предательство было типичным для такой организации, как моя. По правде говоря, это стало слишком уж нормой и в сегодняшнем деловом мире.

Неудивительно, что моих девочек нашли в торговом центре. «Я доверял тебе», — сказала я, хотя это ничего не значило.

«Ты был дураком».

Да, так и есть.

За десятилетие или два все кардинально изменилось. Если бы это произошло пятнадцать лет назад, мой отец выследил бы каждого члена семьи Франсуа и заставил бы их всех заплатить за грехи этого человека.

Очень болезненным образом.

С другой стороны, в те времена мало кто осмеливался пойти против своего пахана.

Но жадность была сильна. Как и угрозы.

Я осознал это много лет назад.

«Кто, черт возьми, приказал тебе это сделать?»

У него хватило наглости плюнуть мне в лицо кровью.

Вздохнув, я вытер его другой рукой, услышав, как в комнату вбегают новые солдаты. Да, я гнал как угорелый, чтобы добраться сюда, со скоростью более ста миль в час.

Я нанес ему еще один сильный удар в лицо. Какие бы кости я только что ни сломал, это было наименьшей из его забот.

Ему осталось жить недолго. Он не заслужил отсрочки.

«У тебя десять секунд, Франсуа».

«Дай-ка я его убью», — раздался у меня за спиной голос Николая. «Я завербовал и обучил этого ублюдка».

Николай был одним из тех мужчин, которые редко проявляли эмоции. Но услышав гнев в его голосе прямо сейчас, я задумался.

«Восемь секунд», — рявкнул я, еще не приняв решения.

«Хочешь знать, почему?» — выдавил Франсуа, хотя ему пришлось бороться, чтобы выговорить слова.

«Шесть секунд». Я потер лоб, стон Кэролайн полностью завладел моим вниманием. Этот придурок был прошлым. Она была будущим, и я позабочусь о ней. «Хочешь узнать правду, приятель?» — сказал я просто потому, что называл его так уже много лет. «Мне правда насрать. Давай, Николай».

Когда я передавал его своему бригадиру, я заметил вспышку, когда из кармана вытащили зазубренный охотничий нож.

Парень был чертовски хорош в обращении с ножом. Это добавило ему опасной репутации.

Я не поморщился, когда он принялся за работу. У меня было предчувствие, что Николай будет очень тщательным. Я опустился на колени, притянув ее теплое тело к себе. Когда я прижал ее к своей груди, она тихо застонала мне в ухо.

Насколько я мог судить, женщина сумела удержаться. Но я все еще злился, что она пошла против моих правил, злился, что она так чертовски хороша во взломе и наблюдении.

Но какая-то крошечная часть меня гордилась ею.

Недостаточно, чтобы оправдать прощение, по крайней мере на данном этапе.

«Все будет хорошо», — сказал я, продолжая размышлять, как она вообще сюда попала. Она мне в каком-то смысле солгала. Это я знал.

«Они убили его. Джошуа».

«Да, я знаю. Он знал, во что ввязывается».

«… привод», — прошептала она.

Я оттащил ее, держа голову высоко. «Какой привод?»

"Накопитель. Мешочек. Может, ты сможешь его сохранить".

Я оглядел комнату, почти взволнованный тем, что она говорила.

«Сергей. Там есть пакетик с накопителем. Найди его».

«Да, сэр».

Когда я взглянул на Николая, его лицо и руки были в крови Франсуа, но он был счастлив. Больной, талантливый ублюдок.

«Давай отвезем тебя домой, где тебе самое место». Когда я обнял ее, ее глаза оставались открытыми, а одна рука легко лежала