Он. Она. Другая - Лия Султан

— Нет-нет. Наоборот. Спасибо большое, что напомнил, — спешу успокоить его. — Я и забыла тот эпизод, а сейчас все перед глазами, будто это было вчера. И здесь очень красиво.

Вновь смотрю на любимый город, укрытый сумерками. Сейчас внезапно осознаю: когда умерли мама с папой, а Ирада лежала в реанимации, я думала, не смогу жить без них. Я просто не знала, как жить. И в том, что я смогла, есть заслуга Таира, его родителей и сестер. Это сейчас я знаю, что он остался со мной из жалости, но он и Нафиса меня вытащили. И как бы горько ни было от его предательства, спасибо ему за это. И спасибо, что правда вскрылась раньше, чем я еще больше в нем растворилась. Ведь тогда не было бы этого волшебного вечера рядом с человеком, который сейчас молча берет меня за руку и крепко сжимает ее, поглаживая большим пальцем кожу. А рана-то на сердце больше не пульсирует и не гноится. Боль от потери родителей растворилась в светлой грусти, а в душе расцветает нечто неведомое и теплым солнцем согретое.

* * *

— Расскажи, как простой уйгурский парень стал протеже Ансара Дулатова? Какое он место занимает в казахстанском “Форбс”? Пятое? Четвертое? — спрашиваю Наримана, когда мы ждем заказ в ресторане.

— Четвертое, — усмехается и кладет руки на стол. — Не поверишь, но совершенно случайно.

— Не верю! — смеюсь, робко прикрыв рот рукой.

— Честно. Я вообще в его автосалон случайно попал, работал менеджером в компании по продаже запчастей. Хотя учился на экономиста.

— А как тогда?

— Мы с коллегой пришли в их офис с предложением, много болтали, пытались все продать.

— И продали?

— Да, — расплывается в улыбке. — А через несколько дней мне позвонили оттуда и сказали, что им понравилось. как я продавал и пригласили к себе. Сначала менеджером, потом начальником отдела и в итоге директором, когда прежний пошел на повышение. Тогда-то меня заметил Ансар Идирисович. Параллельно, я еще курсы повышения проходил, бизнес-тренинги разные. Как ты сейчас. Ну а несколько лет назад он отправил меня в Ташкент отрывать автоцентр. Жил там два года.

— Один?

— Один, — кивает. — На праздники только прилетал.

— И не страдал от одиночества?

— В каком смысле?

— Ну, — тянусь за бокалом с водой, — не захотелось жениться, чтобы не быть одному?

— Так я работал, карьеру делал, старался закрепить позиции. Потом Ансар меня вызвал сюда и сказал, что хочет освоить новый вид бизнеса — продажу автомобилей с пробегом по программе trade-in.

— То, чем мы сейчас занимаемся?

— Да. У него и была такая концепция: мы выкупаем подержанные автомобили, готовим их и продаем, не обязательно меняем на новые. Его идея с автохабом у нас выстрелила. Он все-таки отличный стратег и бизнесмен.

— Семья, наверное, тобой очень гордится? Ты с родителями живешь?

— Нет, с ними живет младший брат с семьей. У меня квартира.

— Не поверю, что тебя не пытались женить! — восклицаю и жду пока подошедший официант поставит перед нами тарелки с едой.

— Пытались, но неудачно. А потом меня тетя спросила, нет ли у меня определенных наклонностей, — он загадочно улыбается и вскидывает брови.

— Каких? В смысле? Не извращенец ли ты?

— Нет, — он сгибает руку в локте и пальцами касается подбородка. Я же делаю еще глоток воды в ожидании ответа.

— Тетушка подозревала, что я не по женщинам.

Давлюсь выпитым и начинаю сильно кашлять. Нариман подбегает ко мне и похлопывает по спине.

— Прости! Прости. Я не рассчитал, — сквозь смех извиняется он. — Ты как?

Беру со стола тканевую салфетку и прячу в нее свое красное лицо. Боже, стыдно-то как.

— Все в порядке, — сиплюа я. — Это очень смешно. Правда. Только…ты же не…того?

— Нет! — оправдывается Нариман. — Нет-нет, я…

У него снова такое смешное лицо от сказанного, то мне даже жалко его.

— Отлично. Я рада, — хриплю, приложив руку к груди. — Мне надо в уборную, — заявляю я.

— Да, конечно, — растерянно говорит он и поднимается, провожая меня взглядом.

Вернувшись через несколько минут, вижу как он серьезно и увлеченно печатает на телефоне.

— Это снова я, — сообщаю, подойдя к столу, после чего Нариман резко убирает смартфон экраном вниз.

— Еще раз прости.

— Да ладно, — шутливо отмахиваюсь. — Это было неожиданно, но весело.

— Ну а ты? Есть что-то интересное?

Задумываюсь и смотрю на красивый букет в небольшой прозрачной вазочке.

— У меня очень редкое заболевание…

Вижу, как он мрачнеет и тревожится.

— Расслабься, оно вообще не страшное. У меня аносмия. Я не ощущаю и не различаю запахи.

— Серьезно? — восклицает он. — Вообще никакие?

— Совершенно.

— А цветы, которые я подарил сегодня?

— Очень красивые, — замечаю я. — Но я не знаю, как они пахнут.

— Вкусно пахнут.

— Вот видишь. А я вообще не почувствовала. Я не знаю, как пахнет яблоко, например. Трава, наша еда, дождь, ты…

— Ничего себе. Впервые слышу об этом. И каково это?

Задумываюсь. Каково? Одновременно весело и опасно. Мне чужды неприятные запахи, когда одни, например, морщат нос и страдают. С другой стороны, мама всегда боялась, что я прозеваю утечку газа. Ах, и еще одно Я так и не почувствовала, что от мужа пахло другой женщиной, когда он мне изменял.

— Да нормально. Я уже привыкла.

* * *

Это был удивительный вечер. Мы много болтали, смеялись, шутили, узнавали друг друга. Мне хотелось разговаривать с ним еще и еще, хоть до утра, но время близилось в к полуночи, а завтра мне надо ехать за Нафисой.

Летим по ночному городу ко мне домой. Я снова рядом с ним, только теперь ощущаю, как сокращается расстояние между нами. На очередном светофоре, когда я смотрю на светящиеся вывески магазинов, Нариман неожиданно берет мою руку и сжимает. Повернув голову, безмолвно слежу за тем, как он подносит пальцы к губам и целует их. У меня от этой неожиданной нежной ласки все внутри трепещет и теплеет. Я никогда не переживала ничего подобного, поскольку такое проявление симпатии случилось в моей жизни впервые. Зажигается зеленый, он давит на газ, но не выпускает мою ладонь, а только переплетает наши пальцы.

— Нормально? — спрашивает, наконец.

— Вполне, — мои губы расплываются в улыбке.

Пока он сфокусирован на дороге, я украдкой смотрю на него, изучая лицо. В нашу первую судьбоносную встречу, я совсем его не разглядела. Он был просто для меня обычным мужчиной. А сейчас…сейчас я хочу дотронутся до колючей щеки, прикоснуться к губам, снова почувствовать их твердость и сладость.

Мои мысли прерывает мелодия звонка, что раздается на весь салон. На встроенном дисплее отображается входящий вызов