Довод для измены - Ария Тес

— Я буду дома, возвращайся побыстрее. Пожалуйста.

Влад усмехается и кивает, но прежде чем уйти целует снова.

А потом дверь закрывается.

Я слышу, как заводится его машина и отъезжают ворота, после щелчок. Ну все. Осталось только дождаться.

Поворачиваюсь в сторону огромной гостиной и обвожу ее взглядом. Лисий нос — наш эквивалент, и теперь мы почти отсюда не выезжаем. Дом — наш дом — полон нас. Тут есть и фотографии с шикарных, зимних каникул, когда мы ходили вместе и на коньках кататься, и пить какао в Летнем саду, и просто гулять. Даже в будке для поцелуев сфоткались, и я улыбаюсь, когда вспоминаю, как Влад хотел перейти рубеж этих «поцелуев», залезая холодными пальцами мне под кофту.

Такой счастливый…он так разительно отличается от того Довода, которого я встретила в баре почти год назад — совсем другой: помолодевший, открытый, с шикарной, широкой улыбкой, но такой же красивый.

И мой.

Он мой!

Эта мысль свербит приятно, а сердце окунает в ласковое сияние чего-то бóльшего, чем я испытывала даже зимой! Теперь, когда прошел целый год, я с уверенностью могу сказать — люблю. Я люблю его, и вчера тихонько прошептала об этом впервые… Он сказал, что эта победа даже ярче той, что он уже одержал.

Кстати, да. Он выиграл на выборах. Вы ожидали иного? Я вот нет. Конечно, было непросто. Этот чертов Мельников — козел каких поискать! Как только начались выборы, свиней стало куда как больше, а потом пошли откровенные угрозы. Влад раза три созванивался и орал очень громко и страшно, так что я втягивала голову в плечи, а еще сильно волновалась. На это только, конечно, смешки получала, мол, ты спятила? Старик просто охерел, угомонись, забыла, кто я? Нет, не забыла. Просто я волнуюсь.

Благо, обошлось без эксцессов. Все-таки фамилия «Довод» не только необычная, она еще и здорово пугает. И защищает. Некий такой «оберег», понимаете? От всего.

А теперь все позади…Позади! Я так им гордилась! Вчера объявили результаты, где я тоже была, не смотря на то, что не работаю больше в штабе. Потом мы сбежали домой. Сюда. В наш маленький рай на берегу Финского залива…где все началось, и где я тихо сказала свое первое «люблю» в жизни, а потом получила такой же ответ.

Любит…он меня любит…

Единственное, что осталось — это Ева. Не думаю, конечно, что это будет проблемой. Точнее? Стараюсь не думать. Все равно мне страшно немного. Как она отреагирует? Что будет делать? А вдруг вся эта сказка опадет пеплом к моим ногам? Но…нет, этого просто не может быть!

Мотаю головой и слегка хмурюсь, а потом улыбаюсь, когда смотрю на снимок, где мы наряжаем елку. Как? Скажите мне…как?! Все это может быть притворством? Влад не врал мне! Он ее не любит!

— Ну привет, Женечка.

Я вся холодею моментально, а потом медленно поворачиваюсь к холлу, откуда раздается громкий хлопок дверью.

Ева.

Ева — мать твою! — Довод, которая непонятно как, а главное какого хрена! Сюда! Приперлась! В мой дом! В наш дом!

В наш... с ее мужем дом...

Глава 19. Женек

Я смотрю на Еву с очевидной опаской. Пунцовая. Потерянная. Она напротив — долбит меня взглядом, полным открытой ненависти. Уверенная в себе. Твердая.

— Мда-а-а… — наконец-то тянет, а потом тихо усмехается и кивает пару раз, — Не думала, что Влад действительно так низко пал…

Реплика выводит меня из транса. Я сжимаю руки на груди и стараюсь держаться тоже уверенно: все-таки это мой дом. Мой! И ей здесь места нет!

— Что ты здесь делаешь?!

Кажется, такого она не ожидала. Ева меняется со мной местами и ловит шок за хвост, но контролирует себя явно гораздо лучше — усмехается, а потом и вовсе начинает хохотать в голос.

Это бесит.

Правда, если уж совсем честно, я скорее прикрываю истинные свои чувства — мне страшно, стыдно и противно. От себя самой. И в глаза ей смотреть — это испытание…

— А мы на «ты» перешли? — наконец спрашивает, фигурно изогнув бровь, — Когда успели то, дворняжка? Когда ты яйца моего мужа полировала?

Сумочка летит на столик. Кажется, она планирует задержаться, а так как на меня накатывает волна очередного стыда еще более «жгучего» эквивалента, у нее есть время забраться на «коня» и почувствовать себя свободно и расслаблено.

Я же теряю весь свой нехилый, словарный запас, черт бы меня побрал. Тупо смотрю, как она делает медленные, вальяжные шаги вглубь гостиной, как осматривается придирчиво, морщит носик.

— Интерьер — говно. Влад отказался оплатить услуги дизайнера? Ты недостаточно хорошо сосешь?

Боже.

Так. Не сдавай назад. Не смей! Позволишь ей почувствовать слабость, она тебя с потрохами сожрет. Заживо при том.

— Что ты здесь делаешь? Еще раз повторяю.

— За мужем своим приехала!

Шутки кончились. Ева срывается на крик, который ударяет о стены и возвращается рикошетом прямо в меня. Как пули. Они дырявят насквозь, и какой «не сдавай назад»?! Если в глазах ее слезы стоят…

Господи, как же мне стыдно…

— А зачем еще мне сюда тащиться? — продолжает, но уже полушепотом, — В этот блядский дом?! Где он прячет свою шлюху, которой хватило наглости! смотреть мне в глаза и улыбаться…

Жмурюсь.

Я много раз видела такие сны: Ева внезапно узнает о том, что это именно я — та самая любовница Влада, которую она искала. Но, знаете? Ни в одном сне так тяжело не было.

Легко притворяться, что она — отрицательный персонаж. Изменяла. Обманула. Использовала. Это правда было достаточно просто. Свалить все грехи на нее, а себя представлять в белом, но разве это так? Сейчас я понимаю — ни-фи-га. Я в любом случае любовница. То есть шлюха. Она права. Я — любовница и шлюха, которая влезла в ее брак и разве имею право ей дерзить? Разве да? Нет. Я потеряла все доводы для защиты, когда залезла в трусы мужчине с кольцом на пальце.

Наверно, поэтому мне нечего ответить? Наверно поэтому изнутри бьет мелкой дрожью, как будто сердце выщелкивает «помогите» азбукой Морзе? И язык мой прилип к небу тоже поэтому? И горло сдавило?…

— Что ты молчишь, а?! Сучка малолетняя!

— А что мне сказать? — хрипло выдавливаю из себя, разглядывая ровные досочки