Правило Диксон - Эль Кеннеди

– Постой-ка, а из-за чего они спорили?

– Не знаю. Но потом мама наконец-то зашла ко мне в комнату и сказала, что у нас нет ни времени, ни материалов. – Мэри-Энн ослепительно (и зубасто) улыбается. – Угадай, у кого теперь есть время и материалы!

Спойлер: у нас.

И вот я приклеиваю полоски папье-маше к вулкану. Последний, кстати, мы строим из скомканной газетной бумаги и подноса из-под торта. Миниатюрный Везувий Мэри-Энн устанавливает в зоне бедствия, которая прежде именовалась моей кухней. Верхушка вулкана у́же, чем основа, – все как надо. Мне же поручено задание поистине эпичных масштабов: воссоздать у подножья вулкана город Помпеи. Мэри-Энн куда артистичнее меня, но мои деревья из папье-маше тоже смотрятся весьма впечатляюще. И совсем не похожи на кляксы, что бы там некоторые ни говорили.

На столе вибрирует телефон, но руки у меня липкие, так что я прошу сестру посмотреть, кто пишет.

Она поглядывает на экран.

– Сообщение от Диксон. Что-то насчет Зоуи.

Сестренка быстро читает сообщение Дианы – остановить я ее не успеваю. К счастью, ничего неприличного там нет.

– «Не забудь сегодня посмотреть ИИС. Скрестим пальцы, может, Зоуи повезет, и зрители ее вернут». – Мэри-Энн морщит носик. – Что такое «ИИС»? Кто такая Зоуи? Кто такой Диксон?

– Диксон – моя соседка Диана. А говорит она про глупое шоу, которое мы смотрим. Там участники ищут себе пару.

– И ты смотришь? – Мэри-Энн начинает хихикать.

– Эй, не списывай его со счетов раньше времени. Надо просто попробовать.

– Ладно, напишу, чтобы она пришла смотреть его сюда.

– Но…

Впрочем, Мэри-Энн уже печатает. Понятия не имею что, но останавливать ее поздно. Она отправляет сообщение и бегом возвращается к работе.

Мои подозрения, впрочем, оказываются не напрасны: пару минут спустя раздается осторожный стук в дверь, а затем такой же осторожный голос Дианы.

– Линдли, ты в порядке?

– Да, все нормально, – кричу я через дверь. – А что?

Она долго молчит, а потом спрашивает:

– Мне позвать Лукаса?

О ком это она, черт возьми? Что за Лукас? Она Райдера имеет в виду?

– Ты про Райдера? – недоуменно уточняю я.

– Шейн. Как твоя девушка, должна сказать, что я очень обеспокоена.

Мэри-Энн ахает.

– Твоя девушка?

– Кто там? – кричит Диана. – Шейн!

Я мрачно поглядываю на сестру.

– Ну иди, открой ей дверь.

Через мгновение Диана возникает на пороге кухни. Волосы у нее завязаны в хвост, на ней белая майка и розовые шорты.

Почему она вечно носит такие крохотные шортики? Они меня просто с ума сводят. Каждый раз, когда она наклоняется вперед, у нее почти вся задница видна. А я, на минуточку, одержим этой задницей. Я несколько вечеров подряд касался ее и руками, и губами, но совершенно не насытился.

Секс с Дианой с каждым разом все лучше. Каждое воспоминание – как глоток холодной воды после напряженной тренировки: чувствуешь такое удовлетворение, что у тебя непроизвольно вырывается довольный звук. Диана уже больше недели исполняет роли моей личной чашки холодной воды.

Идея стать друзьями с привилегиями изумительна, я от нее в восторге. И не только потому, что Диана – горячая штучка, настоящая красотка (хотя поэтому тоже). Я спал со множеством сексуальных женщин, но одной сексуальности недостаточно, чтобы разжечь интерес – и тем более удержать его. Диана остра на язык. Мне нравится, когда женщина умеет дать достойный ответ и поставить меня на место. И вот этого таланта Диксон не занимать. Никогда не знаешь, какую безумную реплику она сейчас выдаст, и мне это вроде как нравится.

– Что за фигня с Лукасом? – непонимающе спрашиваю я.

– А, это я пыталась использовать код, – поясняет она. – Если бы ты подыграл, согласился, что твоего лучшего друга зовут Лукас, я бы точно знала, что ты в беде. Что тебя в заложниках держат или еще что.

– С чего ты взяла, что я в беде?

Впрочем, Диана уже забыла обо мне, ее взгляд остановился на фигурке двумя футами ниже.

– Привет. Я Диана. А ты кто?

– Мэри-Энн. Приятно познакомиться, – моя сестренка протягивает руку.

– Да у нее манеры есть! Отлично, – Диана энергично пожимает протянутую руку, а потом с улыбкой окидывает взглядом наш проект. – Чем вы тут занимаетесь?

– Воссоздаем извержение в Помпеях.

На мгновение Диана не знает, что сказать, только беззвучно открывает и закрывает рот. Потом все же находит подходящие слова.

– Слушайте, я всегда двумя руками за науку. Но это не слишком деликатно. Там же много народу погибло.

– Перед извержением помолимся за их души, – честно заявляет Мэри-Энн.

Я вздыхаю. Она просто чудо – ей даже в политкорректности не откажешь.

– Разумеется, – Диана явно старается не улыбаться. – Думаю, это логично.

– С чего ты взяла, что я в беде? – повторяю я, пытаясь смыть клей с рук. Что-то здесь нечисто.

– Из-за твоего сообщения.

Вытерев руки, я хватаю телефон – и, увидев, что написала Мэри-Энн, захожусь смехом.

Я: Ойбожечки. Приходи – посмотрим здесь. Ойбожечки, я так волнуюсь за Зоуи!

Ответ Дианы тоже занимательный.

Диксон: Мне не нравится сарказм.

– Я никогда не говорю «ой, божечки», ни в два слова, ни в одно, – недовольно замечаю я, повернувшись к Мэри-Энн.

– Но так ведь короче. – Моя сестра изучает Диану как предметное стекло под микроскопом. – Ты правда встречаешься с моим братом? Он сказал, ты его соседка.

– И то, и другое. – Диана поглядывает на меня в поисках подсказки, будто не знает, сказать правду или нет.

Я слегка киваю – сестренка в таком восторге, что у меня появилась девушка, что у меня не хватает духу ее разочаровать. В конце лета скажу, что мы расстались.

– Ты такая же красивая, как его прошлая девушка, – заявляет Мэри-Энн. – Может, даже красивее.

Губы Дианы подергиваются в усмешке.

– Мне очень лестно. Я видела его бывшую девушку, и она красотка.

– Ты тоже красотка, – твердо произносит Мэри-Энн.

– Спасибо. Хотя тебе мы с ней и в подметки не годимся.

Мэри-Энн, услышав комплимент, ослепительно улыбается, а потом говорит:

– Хочешь помочь нам с Помпеями?

Для нее это равносильно предложению дружбы.

– Конечно, – кивает Диана. – Давай задание.

Они моментально находят общий язык, и я даже не удивлен. Мы устраиваем вулкану фантастическое извержение: замешанная Мэри-Энн лава пузырится, стреляет вверх, а потом стекает по краям, устраивая на кухне бардак. Она добавила в смесь красный пищевой краситель, из-за чего зрелище кажется еще более жутким.

Узнав, что Диана – чирлидерша и преподает ровесницам Мэри-Энн в лагере, она умоляет научить ее паре