Гордость, предубеждение и демон (1) - Вениамин Шер

«Тапки сатаниста!» — провизжал я фальцетом, трясясь вместе с её телом.

Ток продолжал быстрыми импульсами наносить болезненные спазмы по всему телу. У меня даже промелькнуло в мыслях, что сердце у Жеки не выдержит и остановится. Русю-то электричество долбило в плечо, и она была даже в сознании первые секунд десять. Но её быстро схватили фигуры в темных одеждах, которые выбежали из машины, и затащили в газель.

Пока девушка была без сознания, её продолжали бить конвульсии, так же, как и меня. Ей что-то вкололи в шею. Причём очень грубо. Я чувствовал, как игла чуть ли не елозит туда-сюда в хрупкой шейке девушки. Хорошо, она уже без сознания, потому что даже мне это было дико неприятно, даже сквозь боль ударов электричеством.

Я через силу со всей настырностью перехватил управление телом и, продолжая дёргаться, открыл глаза. Попытался выдернуть эти иглы. Но когда я переводил взгляд с ублюдков в черных масках на иглы, тело быстро, но плавно, перестало меня слушаться. Левая рука девушки просто упала на токовые иглы в правом плече. Что наносило ещё большую боль по телу. Глаза девушки закрылись, а я от невыносимых спазмов вылетел в межастралье.

— Твою сатанисткую мать! Как вы меня заколебали с этим электричеством! Вот нахрена, спрашивается, Данталион приходил к Тесла⁈ — ругался я, стоя на чёрном песке и думал, как же выбираться из этой задницы.

Я тут же превратился в дым и мысленно потянулся к душе Маруси. Она была без сознания. Поэтому силой вытянул её в астрал и нежно положил на песок астральное тело. Очень аккуратно я начал похлопывать её по щекам, чтобы случайно не порезать своими демоническими когтями.

Открыв глаза, девушка начала недоуменно моргать.

— Крондо? Что… Что с нами сделали?

— Нас схватили. Причём бить током прекратили только сейчас. Транквилизатор, что тебе вкололи в шею, уже начал действовать. Я даже телекинезом не могу управлять. Твоё тело совершенно не слушается… — хмуро и сосредоточенно сказал я.

— Почему… Кто… За что… Вот просто так, на оживлённой улице? — не веря, произнесла Руся с покатившимися по щеке слезами.

Возвышаясь на две головы над ней, я хмуро обнял плачущую девушку. А она, обхватив мою талию руками, заплакала ещё сильнее. Первый раз я почувствовал в своих руках её чистую, хрупкую и ранимую душу. Успокаивая её и поглаживая по волосам, я заговорил:

— Подобран удачный момент… В это время ни одного прохожего не было. А проезжающие машины просто физически бы не увидели, что происходит за газелью… Все было сделано очень быстро и качественно. Они явно готовились. Я даже телекинезом не успел отклонить иглы…

— Это… оно? — спросила Руся и подняла на меня заплаканные глаза.

— Я… не знаю, — сочувствуя девушке, покачал я своей рогатой головой.

Через несколько минут Маруся успокоилась и, чуть отстранившись от меня, спросила:

— Что нам теперь делать?

— Только ждать, пока пройдёт действие транквилизатора. Он очень сильный. Я слышу, как твоё сердцебиение замедлилось до ужасно низких значений… — сказал я и сел на песок перед девушкой, при этом скрестив ноги в позе лотоса.

Руся, чуть возвышаясь надо мной, села на колени и, поджав под себя ноги, сцепила руки перед собой. Посмотрела на свои руки и печально спросила:

— Что с нами будет?

На этот риторический вопрос я просто промолчал, грустно поглядывая на поникшую девушку. Потому как я сам не знал и ничего не понимал! Почему именно сейчас такое произошло? У нас должно быть ещё два дня! И почему я совершенно ничего не почувствовал через астрал? Кроме непонятных вибраций… Да что здесь происходит⁈ Что я за бездарь⁈ Тухлые яйца сатаниста!

Что-то все идёт не просто не по плану, даже не по сценарию! Если её убьют… Я теперь готов пойти к отцу с мачехой на поклон, чтобы выкупить девушку… Глядя на неё, у меня сердце кровью обливается. Такая молодая, и столько страдать от несправедливости при жизни…

Спустя час нашего молчания я почувствовал, что девушку куда-то понесли. Руся тоже это ощутила. Её тело положили на какую-то твёрдую поверхность. И опять несколько часов ничего не происходило. Тело девушки просто бессознательно лежало. От транквилизатора оно было ватное, и невозможно было пошевелить даже мизинцем. Хотя я чувствовал, что действие транквилизатора идёт на спад.

Через какое-то время её начали шевелить, расставляя ноги и руки звездой в стороны. А когда мы оба почувствовали смертельную опасность через астрал, она печально улыбнулась и посмотрела в мои красноватые глаза.

— Крондо… Навещай меня иногда… там. Пожалуйста… — запинаясь, сказала она дрожащим голосом, смирившись с последствиями.

(Иллюстрация 16)

Мне стало настолько обидно за неё, что я с комом в горле опять обнял девушку. Прижимая её к себе, я люто ненавидел этих ублюдков. При этом я молился про себя Сатане как никогда, чтобы он не позволил ей умереть. Я этого сильно не хочу!

Прижимаясь к моей груди лицом, она бесшумно плакала. Её слезы стекали по моей кожаной куртке и капали на футболку. А я гладил её по волосам и продолжал молить своего создателя. Такую горечь я не испытывал за все триста лет моей короткой жизни. Впервые мне было так тяжело, и я хотел, чтобы Сатана избавил меня от этого, чтобы Маруся выжила… М-да… Похоже, я сильно влился в человеческую жизнь. А ещё я сильно недооценил людей, которые даже меня застали врасплох!

Некоторое время мы так и сидели в обнимку, утопая в молитвах и печали. Внезапно произошли изменения. Мы почувствовали, что в шею опять что-то укололи. От чего через несколько минут её сердце начало биться быстрее, с каждой минутой наращивая темп. Тело начало подавать признаки пробуждения.

Я, как ошпаренный, ломанулся из межастралья, а Руся полетела вместе со мной. Только бы открыть глаза… Я телекинезом всех порву! Я сожгу всех пирокинезом ко всем сатанистам!

Взял управление парализованным телом. Ничего не происходило совершенно. Только ощущение ватного тела, которым я до сих пор не мог управлять. Какое-то время спустя барабанные перепонки девушки начали улавливать какое-то мычание: «М-м-м». И оно явно принадлежало человеку. Через пару минут я начал различать непонятные слова в промежутках между мычаниями, и… это был санскрит? Что за ересь