Мой любимый похититель - Мелани Морлэнд

Это было воплощением мечты.

До тех пор, пока не прозвучали клятвы. Все началось достаточно хорошо. Мы обменялись традиционными клятвами, потом захотели добавить что-то личное, и я начала первой.

— Данте, ты дал мне место, которое я могу назвать домом. Ты подарил мне свое сердце, самый большой подарок из всех. Благодаря тебе я в безопасности, меня любят и видят. Я обещаю любить тебя вечно и с нетерпением жду нашей совместной жизни. — Я попыталась смахнуть слезы, но они продолжали литься.

Он улыбнулся и вытер мне щеку.

— Ты ничего не сказала о том, что будешь печь мне торты, — сказал он с ухмылкой.

Я знала, что он делает.

— Я думала, это само собой разумеющееся.

— Я бы предпочел, чтобы ты поклялась в этом в церкви. Что бы все было официально.

— Это не церковь, Данте. Это зимний сад твоего брата.

Он пожал плечами.

— И все же...

Я старалась не хихикать.

— Я обещаю испечь тебе много тортов.

Он вопросительно приподнял бровь.

— В любое время, когда я захочу?

— Да.

— Хорошо.

— Данте, — нетерпеливо подсказал священник.

Вот тогда я увидела это. Его глаза ярко сияли. Он излучал легкость, но его эмоции были на пределе. Он изо всех сил старался сдержать себя.

Данте прочистил горло.

— Ты сделала меня цельным, маленькая Пчелка. Я люблю тебя. — Он сложил руки и кивнул.

Священник выглядел ошеломленным.

— И это все? — прошептал он.

— О. — Данте улыбнулся. — Брианна, любовь всей моей жизни, ты выглядишь потрясающе. Это платье просто великолепно.

Я старалась не рассмеяться, пока семья хихикала.

Данте наклонился вперед, понизив голос, но все его услышали:

— Как бы великолепно оно ни было, мне не терпится увидеть его в груде кружев рядом с нашей кроватью. Если, конечно, мы до нее доберемся.

Он отступил назад, гордый и беззастенчивый. Священник выглядел так, словно проглотил свой язык. Паоло разразился смехом и прикрыл рот, когда Аманда толкнула его локтем. Каролина хихикнула, а Аллан улыбнулся. Даже Ричард захихикал. Я закатила глаза.

— Простите его, — сказала я. — В его преклонном возрасте он путает слова. Говорит в неподходящие моменты.

Данте предостерегающе поднял бровь.

— Я отчаянно люблю его, и надеюсь, что он не исправится. Мне бы не хотелось менять его на более послушную, молодую, более... крепкую версию.

Данте зарычал и сделал именно то, что я и ожидала. Он заключил меня в свои объятия на глазах у всех и целовал до тех пор, пока у меня не перехватило дыхание. Затем отпустил меня и махнул рукой.

— Продолжайте.

Священник выглядел растерянным.

— Я не говорил целовать невесту.

Я улыбнулась.

— Он очень нетерпелив.

Данте рассмеялся, откинув голову назад.

— Мне больше нравятся твои слова, маленькая Пчелка. Я люблю показывать, а не говорить. — Он подмигнул.

Я улыбнулась, зная, что наедине он будет шептать мне слова любви. И покажет мне свою преданность.

Данте поднял мои руки и поцеловал их. Затем взглянул на священника.

— И?

Священник явно сдался.

— И я объявляю вас мужем и женой. Теперь вы можете...

Данте прервал его и снова поцеловал меня, обхватив мое лицо ладонями и улыбаясь.

— Моя жена.

— Твоя.

— Навсегда, — выдохнул он. — Ты и торты. Я самый счастливый ублюдок.

Определенно, это лучше, чем мечта.

Два года спустя

ДАНТЕ

Стоя у окна своей галереи, я наблюдал, как покупатели приходят и уходят из маленького магазинчика на другой стороне улицы. Пекарня «Маленькая пчелка» пользовалась бешеным успехом.

Когда Брианна увидела пустующий магазин, она рассказала мне о своем видении. Мне было интересно, как ее североамериканские сладости приживутся в Италии, но она уверила, что туристам они понравятся.

«Это вкус дома, Данте», — уверяла она.

Поэтому я купил магазин, оборудовал его для нее, и она открыла двери.

Брианна оказалась права. Но ее торты понравились не только туристам, но и местным жителям. Она наняла и обучила нескольких женщин, все они были нужны, чтобы поддерживать спрос.

Я с удовлетворением взглянул на часы. Время закрытия приближалось. Я заберу свою жену, и мы вернемся на виллу. День был теплый, и я знал, что она с удовольствием поплавает. Теперь она чувствовала себя в воде совершенно комфортно. Я даже несколько раз брал ее с собой на лодку, хотя открытое море отличалось от бассейна. Но маленькими шажками.

Мое время с «Робин Гудом» закончилось. Мне нужно было обезопасить Брианну, и я не хотел, чтобы повторилась та неприятная история, которая произошла с Уинтерсом. Мне больше не нужны были деньги или острые ощущения от охоты. Если я замечал что-то подозрительное, то сообщал об этом в надежде помочь делу, но не более того. Когда Уинтерс умер, слухи, которые он распускал, тоже исчезли, и я был счастлив жить в мире. Теперь у меня был другой источник адреналина. Моя жена.

Быть женатым, по крайней мере на Брианне, было удивительно. Каждый день был новым открытием. Она по-прежнему болтала без умолку, дразнила меня и порой заставляла добиваться ее внимания, но мне это нравилось. Она была для меня вызовом, который никогда не закончится.

Она была идеальной.

Даже когда называла меня стариком.

Я вспомнил прошлую неделю.

Я слышал, как она на кухне напевает, пока печет. Открыл дверь в кабинет, чтобы лучше ее слышать, и обнаружил, что напеваю вместе с ней. Я знал эту мелодию, но не мог ее определить. Она крутилась у меня в голове, пока я не подумал, что сойду с ума. Бросив работу, которую пытался выполнить, я спустился вниз, чтобы спросить ее.

Когда вошел на кухню, я быстро нашел ответ. Брианна негромко пела, с широкой улыбкой на лице. Но я слышал слова и наконец узнал мелодию. Это был «Снеговик Фрости», но с измененными словами.

Старик Фрости был ворчливым и брюзгливым.

Я изменила его, видите ли.

Потому что он полюбил меня

И мое золотое сердце...

Она остановилась, увидев меня.

— Привет, — пискнула она.

— Думаешь, ты умная?

Брианна отложила кондитерский мешок.

— Очень даже.

— Ты знаешь, что бывает, когда ты называешь меня стариком.

Она метнулась вправо, направляясь во внутренний дворик. Я погнался за ней и поймал, прежде чем она успела уйти слишком далеко.

В последнее время она никогда особо не старалась убежать.

И бассейн по-прежнему был ее любимым местом для утех.

Я усмехнулся, вспомнив о количестве выплеснутой воды. Затем повернулся, дал знать своим менеджерам, что ухожу, и направился через улицу. Войдя в пекарню, вдохнул ароматы корицы, сахара, шоколада и кофе. Я любил