Рубиновая комната - Паулина Петерс

Когда подали устрицы и лимонный шербет, на стол поставили основное блюдо. Дичь в соусе из красного вина с пастернаком и морковью, а также пюре, как прочитала в меню напротив своего места Виктория. Все было очень вкусно, и девушке стало интересно, понравится ли пища Хопкинсу.

Пока Рэндольф накладывал себе картофель, поданный слугой на серебряной тарелке, Виктория услышала слова полковника, обращенные к Луису:

– С дичью становится все сложнее и сложнее. Несколько недель назад я слышал выстрелы среди бела дня во время запрета охоты.

– А где именно? – заинтересованно переспросил Луис.

– Неподалеку от того поля, которое сэр Френсис хотел отвоевать у фермера Кома.

– А вы уверены, что это были выстрелы, сэр? – вклинился в разговор Джереми Райдер.

Полковник бросил на него недовольный взгляд.

– Молодой человек, конечно, слух у меня уже не тот, что прежде, но я все еще способен отличить выстрел из винтовки от других. Кроме того, на следующий день я был там с собаками. Нашел новехонький патрон от винтовки неподалеку от пруда и, конечно же, сразу отнес его Сандерсу, констеблю. К сожалению, его нельзя назвать умным малым, поэтому, когда я сообщил ему о браконьерстве, он ничего не предпринял.

Виктории показалось, что при словах полковника Хопкинс вздрогнул. Но прежде чем она успела задуматься, что это может значить, заговорила миссис Эллис.

– Никакого теперь уважения к закону и праву, – мрачно провозгласила она. – И уж кому довелось прочувствовать это на себе, так это бедному сэру Френсису.

– Вот «бедным» я бы Сандерленда не назвал, – заметил полковник, накалывая овощи на вилку. – Ни в материальном, ни в духовном смысле. Честно говоря, я его никогда особенно не любил.

– Сэр Френсис был настоящим джентльменом, – заявила миссис Эллис. – Настоящий борец за нравы и мораль. Я не удивилась бы, если бы его смерть оказалась на совести одной из этих… нет, я не стану произносить это слово, женщин миссис Панкхёрст. Требовать общего избирательного права… Ха… Не пристало женщинам выбирать правительство или заниматься общественной деятельностью. Наше место дома, рядом с супругами и детьми.

Виктории показалось, что от каждого ее слова мистер Эллис все больше и больше сжимается.

– Однако же Англия процветала под руководством двух женщин, занимавшихся общественной деятельностью, – заметила Виктория. – И далеко не всегда было так, когда на троне восседал мужчина.

Миссис Эллис наколола вилкой кусок жаркого.

– Обе они были помазанными правительницами и могли надеяться на помощь Господа.

– То есть без помощи Господа женщины не способны ничего совершить? – не сдавалась Виктория. Выпитое вино немного ударило ей в голову, заставив забыть о том, что эта тема не совсем подходит для легкой беседы за ужином. Она не обратила внимания на то, что Рэндольф предостерегающе коснулся ее руки. – Почему же тогда те, кто имеет доход, должны платить налоги? И если они платят налоги, как мужчины, то почему же тогда им отказывается в праве выбирать правительство?

– Я полагаю, что в этом отношении мисс Бредон права, – к огромному удивлению Виктории вмешался в разговор Джереми Райдер. Девушка бросила на него сердитый взгляд. Неужели он намерен подлизываться?

– Полковник Бичем, миссис Бичем, в вашем саду уже зацвели нарциссы? – Констанс посмотрела на Викторию, возвращаясь к своим обязанностям хозяйки дома и пытаяь повернуть разговор в непринужденное русло. Однако миссис Эллис не позволила ей этого.

– Избирательное право для женщин – это разврат и аморальность, – резко заявила она. – Женщины, выступающие за это, на мой взгляд, – уж простите мне это слово – проститутки.

Виктория невольно вспомнила об Орле, хрупкой молодой женщине, почти еще совсем ребенке, с которой сэр Френсис воплощал свои животные инстинкты, и с громким звоном положила серебряный прибор на тарелку.

– Ах, а что же насчет разврата и двойной морали для мужчин? – рассерженно поинтересовалась она, не сводя взгляда с миссис Эллис, которая невольно съежилась. – Почему общество прощает измену мужчинам, но не женщинам? Кто посещает бордели и ходит к проституткам? Да, кто вообще сеет эту аморальность, в которой всегда обвиняют женщин? Одна моя знакомая проститутка как-то сказала, что мужчины не должны распоряжаться их судьбой. Поэтому я выступаю за общее избирательное право. Я могу его только поддерживать.

Леди Ирен и миссис Бичем в ужасе смотрели на Викторию. Даже миссис Эллис лишилась дара речи.

– Я совершенно согласна с Викторией, – спокойно произнесла Констанс. – Я тоже выступаю за избирательное право для женщин. И если бы я когда-либо считала, что мужчины более моральны, нежели женщины, моя работа в Ист-Энде давно научила бы меня обратному.

Луис накрыл ладонью руку Констанс и улыбнулся ей.

– А если бы я когда-нибудь считал, что женщины менее умны, настойчивы и энергичны, нежели мужчины, моя супруга заставила бы меня передумать, – и он поднял бокал с вином. – За мою супругу!

– За леди Хогарт.

– За Констанс.

Гости, включая даже миссис Эллис, подняли бокалы, и хозяйка улыбнулась обворожительной улыбкой.

– Леди Хогарт, вы только что спрашивали о наших нарциссах, – поспешно произнесла миссис Бичем. – Да, в солнечной части сада они уже действительно зацвели.

– Бичем, вам обязательно стоит посмотреть «даймлер», – обратился к полковнику Луис.

Хопкинс развлекал миссис Коллингуорт-Блэк красочным описанием своего визита к индийскому радже. Виктории показалось, что сидевший на другой стороне стола Джереми Райдер пытался сдержать улыбку. Что он себе позволяет?

Теперь Рэндольф участвовал в разговоре между Констанс и миссис Бичем, которые беседовали о разведении орхидей в теплицах. Гнев Виктории утих. «Что же подумает обо мне Рэндольф после такой вспышки?» – подавленно думала она. Она утратила аппетит.

Виктория каким-то образом сумела пережить десерт, во время которого подавали различные пряные желе, крем, фрукты и сыр. Однако когда женщины наконец поднялись, чтобы пойти пить кофе в гостиной, а мужчины направились по коридору к библиотеке, девушка решила бежать. Больше выносить миссис Эллис она не могла! Она была совершенно уверена, что Констанс поймет ее, поэтому украдкой выскользнула в коридор. Вообще-то она собиралась пойти в свою комнату, однако, проходя мимо боковой двери, ведущей в парк, передумала. Ей хотелось подышать свежим воздухом и немного развеяться.

Быстро сходив в комнату за плащом, она вышла в парк. Ночь была ясной и очень свежей, что было очень даже приятно. В освещенных окнах гостиной она видела Констанс с женщинами. Виктория поспешила дальше, вниз по широкой лестнице до большого фонтана чуть ниже террасы. Там девушка остановилась. В лицо ей летели мелкие брызги. Вечер начинался так хорошо. Ах, почему она позволила себе так отреагировать на недалекие высказывания миссис Эллис?