Аарон - Вероника Мелан

– Значит, ждем.

И они снова ждали.

Переминался с ноги на ногу Баал – он напоминал ей древнего бога: волосы черные длинные и распущены, брови черные хмурые, глаза внимательные и недобрые. Поверх штанов длинный плащ, под плащом мечи. А в руках по автомату. От нечего делать он в какой-то момент отвлекся от двери, кинул короткий взгляд на Райну, спросил:

– А как ты разгадала шифр?

Та встрепенулась. И тут же смутилась.

– Я видела последовательность странных символов в пещере.

– Это те, что на стенах, что ли? – донеслось от Декстера.

– Да, они. Я думала, что они не пригодятся, но… пригодились.

– Хитро.

Рен взгляда от окна не отрывал; Баал тоже смотрел через щель наружу – ухмыльнулся, удивленно изрек:

– А я, блин, тот, кто видит в темноте, ничего и не увидел. Старею, что ли?

Райне хотелось сказать: «Не стареете… Молодо выглядите… Просто пропустили по невнимательности…» – но все фразы звучали бы глупо. И она выбрала другую, примирительную:

– Хорошо, что кто-то из нас увидел. Не важно, кто.

Черные глаза зыркнули на нее не то весело, не то саркастично; на несколько минут вагон снова погрузился в тишину.

А потом Рен взглянул на свой автомат и нахмурился.

– Что-то не так.

– С чем? – обернулся Канн.

– С оружием.

Тот посмотрел на свое.

– Точно. Оно, – Аарон пристально изучал ствол и приклад, – как будто…

– Ржавеет. И стареет.

Они невесело переглянулись.

– Что за черт?

– Это что, вторая «строительная площадка»?

«Е№%сь оно в рот, если так», – краше любых слов сказал за Декстера его взгляд.

Райна тут же ощупала свой комбинезон – не разваливается ли? Хмыкнул от дверей Регносцирос:

– А мои мечи в порядке. Блестят, как новенькие.

* * *

Незнакомец смеялся хрипло, неприятно и громко. Но заразительно, от души.

– А вы думали, что автоматы здесь выживут? Или гранаты? Спросите лучше вашего Начальничка, зачем он внедрил эту поганую фишку – холодное оружие здесь выживает, а горячее разваливается на куски максимум за тридцать минут. Думаете, я не пробовал? Не наблюдал за хламом, который перли сюда наемники?

Они стояли снаружи, возле кучи того, что раньше являлось их защитой, – ржавых стволов, облупившихся прикладов, истлевших вдруг гранат.

Играл желваками от ярости одномоментно потерявший любимое оружие Декстер (получается, зря тащил все это время), а Бойд все ржал:

– Вот вы даете! Не уточнили этот маленький момент наперед?

И все же он был им рад – этот странный человек. Рад до колик, до соплей, до тех самых чувств, которым никогда бы не позволил просочиться на свое жесткое и битое ветрами лицо. Райна никогда еще не видела таких людей – страшных людей. Командоров, киллеров и по призванию, и по рождению, совершеннейших волков-одиночек. Если бы тогда на улице она подстрелила не Канна, а такого вот «Бойда», не сносить бы ей головы – точно бы выстрелил в ответ. И в плечо, и в пузо, и совершил контрольный в голову.

А ведь страшным, как ни странно, он был не внешне, а глазами. Теми самыми глазами удивительного оттека – голубовато-фиолетового, – глазами человека, живущего по соседству со смертью.

– А бабу вы зачем сюда притащили? Она – боец?

Качнул головой Канн.

– Нет.

– Тогда точно зря, поляжет.

– Не поляжет, не дадим. Она – заказчик этой самой миссии.

– В задницу бы вы засунули эту самую миссию, милочка, – обратился вдруг Уоррен к Райне. – Вы хоть знаете, куда пришли?

«Знаю», – раньше огрызнулась бы она в ответ. Теперь промолчала – видела, какими напряженными сделались после Магии ее провожатые, и это ей о многом сказало. А незнакомец все продолжал сверлить ее своими непонятными глазами – взгляд жесткий, губы сжаты в полоску, от переносицы ко рту по щекам морщины. Волосы короткие, почти «под ноль» – и не поймешь, то ли белые, то ли совершенно седые, – над ухом кривой, как от когтей, шрам. Крепкий мужик, резкий, рослый. Опасный до колик.

«А ведь он совсем не урод, – подумалось ей отстраненно, – он просто устал. Просто слишком злой, слишком давно одинокий и постоянно дерется, чтобы выжить». Каким образом она все это поняла – неизвестно. Вероятно по движениям его фигуры – не такой складной, как у остальных, но высокой, точной в своих движениях, ладно смазанной, как пружина фирменного раскладного ножа. Ни одного лишнего взмаха рук, ни одного непродуманного поворота головы и вечно пружинистые колени.

«Он, как хамелеон, видит все и всех сразу».

– Слушайте, не ожидал! Нет, совсем не ожидал, – он уже обнял каждого, но все равно смотрел на них с редкой для его лица радостью. – Вы какими судьбами здесь? Ведь не в рекруты ко мне?

– Нет, – редкий момент – улыбнулся Декстер. – Мы, Бойди, «проездом».

– Миссия, – пояснил Канн.

– Миссия, блин… Чего вы каждый месяц на такие «миссии» не ходите? Все бы мне, старине, здесь так скучно не было!

Наверняка Уоррен в обычной жизни многословен не был, но тут его почти несло.

– А то ведь сижу тут, сукин кот, один совсем! Воюю хер знает зачем, давно бы помереть, да вот все чего-то жалко. А если бы гости почаще, так и смысл бы появился.

Шутил-балагурил, сжег запас «ласковостей» и приветствий и вдруг сделался жестким.

– Так что за миссия у вас? Расскажите.

– Дойти нам нужно кое-куда.

– Здесь, в лесу?

– Да.

И Канн вытащил из внутреннего кармана заранее приготовленную карту.

– Дерьмо дело, дерьмо дело, – повторял Уоррен и хмурился. – Не дойдем туда. Мимо «разлома» маршрут. Все поляжем.

– А не мимо «разлома» пройти можно? Если в обход?

– Можно. Теоретически. Путь выйдет длиннее, а смысла меньше – все равно придется драться, как проклятым. А что там, в этой точке?

И он взглянул на стратега своими странными, прозрачными, как горный ледник, глазами.

– Портал.

– Куда?

– На «B2Z».

– Что за «B2Z» такой?

– Секретный Дрейков уровень.

– Б№я, знал бы, так давно ушел бы.

– Не смог бы. Только по пропускам.

– Эх, ребята, еще один прихватить для меня не могли?

«Не могли, – выражали сожаление глаза его коллег. – Извини, не могли».

И Райна задалась вопросом – «а почему не могли?».