Любимая - Джил Грегори

Встав на колени, она принялась поспешно собирать осколки и мысленно клясть себя за неуклюжесть. Такое можно было ожидать от кого угодно, но только не от нее, грациозно скользившей по бальным залам и ни разу не наступившей на ногу партнеру! Она всегда считала, что любовь делает женщину счастливой, а не превращает в неуклюжую дурочку!

– Все в порядке, – успокоила ее Джози и взяла Кельвина на руки. – Не утруждай себя. Я принесу метлу.

– Ой! Проклятие!

Коул в мгновение ока оказался рядом с Джулианой. Он нахмурился, когда она сунула в рот порезанный палец.

– Дай посмотрю.

– Ничего… – запротестовала Джулиана.

– Позволь мне посмотреть, Джулиана.

Коул крепко взял ее за запястье, осмотрел порез, из которого сочилась кровь, выхватил носовой платок и быстро обмотал им ранку.

– Надеюсь, ты не упадешь в обморок? – поинтересовался он.

– Не выдумывай.

Жизнь на Западе закалила Джулиану. У нее просто не было иного выбора. Однако она все же чувствовала слабое головокружение. Возможно, из-за того, что Коул был рядом, держал за руку, беспокоился о ней.

– Уж больно я неуклюжа сегодня, – обратилась она к Джози, наблюдавшей за происходящим.

Коул взял Джулиану за подбородок.

– Сегодня? – Выражение его лица смягчилось. Он насмешливо посмотрел на Джози и сообщил ей: – Всегда.

– Да так ли это?

– Извините, но… – взвилась Джулиана.

Не обратив внимания на ее возмущение и продолжая держать ее руку в своей, Коул сказал:

– Когда я впервые встретил тебя, ты упала в обморок мне на руки. В следующий раз в Сидер-Галче ты грохнулась в пыль прямо к моим ногам. Потом ты едва не свалилась в каньон, такой глубокий, что ты постарела бы на пять лет, прежде чем достигла бы его дна. А сегодня утром ты слезла со своей глупой лошади и почти упала…

– Хватит, – процедила Джулиана, оскорбленная до глубины души. Ее очень встревожило, что подумает обо всем Джози. – Ты не считаешь нужным поведать нам, почему я едва не свалилась в каньон? Кто испугал меня до смерти, а затем гнался за мной?

– Наверное, нужно рассказать всю историю, – с улыбкой предложил Коул. – Как насчет медведя – ты не продемонстрируешь нам свое умение лазать по деревьям?

– Я бы предпочла забыть каждую минуту, проведенную с тобой, – отрезала Джулиана.

– Ты уверена в этом, ангел мой? Тебе совсем ничего не понравилось?

– Нет!

Джулиана увидела, как блеснули глаза Коула. Однако появление Уэйда лишило его возможности смутить ее еще сильнее.

– Нам пора возвращаться.

– Отлично! – воскликнула Джулиана.

Вырвав у него руку, она бросила на него высокомерный взгляд, достойный самой принцессы, и, тихо попрощавшись с Джози, величественно выплыла за дверь.

Джулиана была до такой степени разъярена, что ей не хватало воздуха. Она не заметила, как Джози задумчиво посмотрела на Уэйда, когда Коул устремился вдогонку, и не услышала, как та прошептала:

– В чем дело?

Она не видела, как ее брат уныло покачал головой:

– Готов спорить, что это любовь или ненависть. А вот что именно, трудно сказать.

Всю обратную дорогу Джулиана смотрела только вперед и запрещала себе даже коситься на Уэйда или Коула. Она вызвала в памяти образ Джила Киди и приняла решение. Она заставит себя влюбиться в Джила – прямо сегодня. Джози Ларсон не уверена в своих чувствах, к тому же у нее есть Томми. Она ничего не потеряет, лишившись Джила. Он хороший человек, храбрый, проехал сотни миль, чтобы разыскать ее братьев и призвать их на помощь. Естественно, он заслуживает хоть какого-то вознаграждения. Она будет добиваться внимания Джила вовсе не для того, чтобы вызвать ревность Коула, сказала себе Джулиана. Она никогда не пойдет на это. Подобные уловки глупы и ниже ее достоинства, этим оружием пользуются только отчаявшиеся женщины.

А вот ее ни в коем случае не назовешь отчаявшейся. Ей вообще не нужен мужчина, тем более Коул Роудон. Фактически, мысленно добавила Джулиана, узнав перекресток, от которого шла тропа к хижине, и ускакав далеко вперед, он последний, с кем бы она согласилась иметь постоянную связь.

Скунс подогрел для Джулианы воду и выдал ей кусок мыла с запахом сирени. Она приняла ванну, досуха вытерла волосы, а потом расчесывала их, пока они не заблестели и золотистым облаком не рассыпались по плечам. Затем она надела платье с отделкой из органди, подаренное Уэйдом и Томми, вдела в уши серьги и долго прихорашивалась перед зеркалом, по-разному завязывая кушак и собирая волосы. У нее был немалый опыт в том, как выгоднее подчеркнуть свои достоинства, и она использовала его в полной мере.

Джулиана дала себе слово, что заставит Коула умолять ее обратить на него внимание. А когда это произойдет, она откажет ему. Что бы ни случилось.

Вздохнув, Джулиана величественно прошествовала в главную комнату хижины, преисполненная решимости поставить этого человека на колени.