Мистер - Эрика Леонард Джеймс

Алессия с пробудившимся аппетитом смотрит на суп. Сколь удивительна череда событий, приведшая ее сюда! Когда на скользкой проселочной дороге мама посадила дочь в автобус, Алессия знала, что ее жизнь сильно изменится. Она отчаянно надеялась начать все с чистого листа в Англии и не ожидала, что путешествие будет таким трудным и опасным. Ирония в том, что она как раз убегала от опасности.

Череда событий привела к нему.

К мистеру Максиму.

У него красивое лицо, веселый нрав и потрясающая улыбка. И безупречные манеры: он ест аккуратно, жует с закрытым ртом. Ее английская бабушка, ярая поборница этикета, Максима одобрила бы.

Его зеленые глаза сияют, когда он смотрит на нее. Удивительный цвет. Как вода в Дрине. Цвет дома. Максимом можно любоваться весь день.

– Все хорошо? – Он ободряюще улыбается.

Алессия кивает. Ей нравится тепло его улыбки, когда он смотрит на нее, нравится жар в его взгляде, когда он хочет ее. Девушка краснеет и опускает взгляд на суп. Она не надеялась, что когда-нибудь полюбит. «Любовь для дураков», – говорила мама. Может, Алессия и дура, но она любит Максима. И сказала ему это. Разумеется, на своем языке.

– Эй.

Она поднимает на него взгляд.

– Как тебе суп? – спрашивает Максим.

– Вкусный.

– Доедай быстрей, пора ехать домой.

– Хорошо.

Слово «домой» вызывает теплое чувство. Ей хотелось бы иметь с ним общий дом. Конечно, это невозможно. Но почему бы не помечтать?

Возвращение в Треветик получается не таким радостным, как отъезд из него. Максим о чем-то думает и слушает странную музыку. По пути они заедут в супермаркет «Теско» и купят все, что понадобится Алессии для приготовления tavл kosi – любимого блюда ее отца. Алессия надеется, что Максиму оно тоже понравится.

Заснеженный пейзаж за окном напоминает о доме. Правда, суровые корнуолльские ветра изрядно корежат местные деревья.

Интересно, как поживают Магда и Михал. Сегодня воскресенье, так что Михал, наверное, делает уроки или играет в онлайн-игры, а Магда готовит или болтает по «Скайпу» с Логаном, своим женихом. Или пакует вещи для отъезда в Канаду. Алессия надеется, что им не грозит опасность. Если Максим связывался со своим другом, то должен быть в курсе, как дела у Магды и Михала. Может, позже он позволит ей воспользоваться телефоном, и она узнает новости из дома.

Впрочем, нет, Брентфорд не ее дом. Где будет ее следующий дом, неизвестно. Твердо намереваясь не портить себе настроение, Алессия отбрасывает эту мысль и прислушивается к необычным звукам, исходящим из музыкального центра. Музыка видится как переплетение различных цветов: пурпурных, красных, бирюзовых… Ничего подобного она раньше не слышала.

– Что это за музыка?

– Саундтрек из «Прибытия».

– Прибытия?

– Это фильм.

– А.

– Смотрела?

– Нет.

– Потрясающий фильм. Настоящая головоломка. О времени, языке и трудностях общения. Мы можем посмотреть его дома. Тебе понравилась музыка?

– Да. Необычная. Выразительная. И цветная.

Максим скупо улыбается. Похоже, ему грустно. Может, он обдумывает их последний разговор в ресторане. Нужно выяснить.

– Ты сердишься на меня?

– Нет, конечно же нет! За что мне на тебя сердиться?

Она пожимает плечами.

– Не знаю. Просто ты молчишь.

– Ты дала мне много пищи для размышления.

– Прости.

– Тебе не за что извиняться. Ты ничего плохого не сделала. А вот я…

– Ты не сделал мне ничего плохого.

– Я рад, что ты так думаешь. – Максим искренне улыбается, развеивая ее сомнения.

– Какие продукты ты не ешь? – спрашивает Алессия, желая выяснить это прежде, чем они купят еду.

– Я ем практически все, я ведь учился в школе-пансионе.

Однако для Алессии сведения о школах-пансионах ограничены книгами Энид Блайтон «Мэлори-Тауэрс» – любимой серией ее бабушки.

– Тебе там нравилось?

– В первой нет. Меня оттуда исключили. Во второй понравилось. Это хорошая школа, у меня там появились лучшие друзья. Ты с ними уже знакома.

– А, ну да. – Алессия краснеет, вспомнив двоих мужчин в трусах.

Они принимаются болтать о пустяках, и ко времени приезда домой Алессия становится веселей.

Мы заносим сумки в дом, и пока Алессия разбирает продукты, я отношу ее одежду наверх. Сначала я оставляю вещи в ее спальне, потом переношу в гардеробную в своей комнате. Хочу, чтобы она была со мной.

Не слишком ли это бесцеремонно?

«Черт».

Сев на кровать, я обхватываю голову руками. Был ли у меня какой-нибудь план, прежде чем мы приехали сюда? Нет. Я думал членом. А теперь… Надеюсь, сейчас я думаю головой и прислушиваюсь к сердцу. Пока мы ехали домой из Пэдстоу, я размышлял о том, что делать дальше. Сказать ей, что люблю ее? Или промолчать? Она-то даже не намекнула на то, как относится ко мне. Впрочем, Алессия вообще неразговорчива.

«И все-таки она здесь. Это ведь что-нибудь да значит?»

Она могла остаться с друзьями, но тогда бы ее нашли те бандиты. Мурашки по коже бегут, как представлю, что они могли с ней сделать. Нет. Я был единственным шансом на спасение. У Алессии ничего нет, как бы она смогла податься в бега?

Однако она прибыла в Англию без вещей и денег, и тем не менее выжила. Алессия сообразительная, только больно думать, какой ценой ей это дается. Что она делала в промежутке между прибытием в Англию и приходом к Магде?

Сегодня в ресторане она смотрела на меня с болью в глазах. Ее взгляд пробрал меня до глубины души.

«Я устала бояться». Как долго она испытывала страх? С тех пор как появилась в Англии? Я понятия не имею, сколько она здесь находится. Я многого не знаю о ней. Но хочу, чтобы она была счастлива.

Надо подумать, что я могу для этого сделать.

Во-первых, нужно узаконить ее пребывание в Англии. Как – могут знать мои адвокаты. Представляю выражение лица Раджи при известии о том, что я укрываю нелегального мигранта.

Ее бабушка была англичанкой. Возможно, это поможет делу.

«Что еще я могу сделать?»

Жениться на ней.

«Что?! Женитьба?! – Я смеюсь вслух над абсурдностью идеи и вдруг думаю: – А почему бы и нет?»

Мать взбесится – уже только ради этого стоит подумать о браке с Алессией.

Вспоминаются слова Тома в баре: «Ты теперь граф и обязан произвести на свет как минимум двух наследников – основного и запасного».

Я могу сделать Алессию графиней. При этой мысли мое сердце начинает биться чаще. Смелый будет поступок. И слегка поспешный – я даже не подозреваю, какие чувства она испытывает ко мне… Но ведь можно спросить?