Разрешите влюбиться - Елена Сокол

Кузина мужской походкой шлифовала асфальт, я неуверенно семенил следом, стараясь не отставать. А мысли, как назойливые мухи, постоянно возвращались к Насте. Из-за нее я теперь превратился в настоящего маньяка: ходил, точнее, ездил, за ней почти по пятам, ночевал под окнами, не решаясь подняться и поговорить, дежурил возле спортивного зала ее дяди, чтобы просто полюбоваться ее легкими шагами и летящей по ветру копной волос, если она туда придет.

И сильно злился, когда не мог ее найти и не понимал, где она проводит свое время. Вот как вчера: ехал, ехал за ней по улице, а потом она — раз, и скрылась в метро. Не припарковаться, не бросить тачку, чтобы броситься за ней. И вроде почти решился подойти, чтобы объясниться, а ее уже нет. И где искать — не ясно. Даже в университете эта девчонка оставалась для меня неуловимой.

Да и не мог я, продолжая творить что попало, просто прийти к ней и попросить прощение за то, каким козлом все это время был, унижая ее и оскорбляя. А значит, нужно было скорее что-то решать.

— Осторожнее! — Грубо бросила Юля попавшейся ей на пути Маше.

Да, Маше.

Это была большая плюшевая Маша из мультика «Маша и Медведь». В розовом сарафане и таком же платке, с ярко нарисованной улыбкой на большом кукольном лице и в калошах размера сорок пятого. Она обнимала какого-то ребенка возле детского кафе, пока мамочка этого карапуза пыталась сделать снимок. Тонким голоском Маша сказала: «Я такая фотографичная!». И это как раз в тот момент, когда Юля, засмотревшись на вереницы проезжающих машин, налетела на них обоих.

— Простите… — Пропищала ростовая кукла, обернувшись к недовольной Кузиной.

— Глядеть надо, куда идете. — Буркнула Юля, картинно отряхиваясь.

— Это вы, вообще-то, идете, — заметила мамочка карапуза, отвлекаясь от телефона, — а мы стоим. Фотографируемся.

— Значит, смотрите, куда фотографируете!

— Нет. Она нам не пара. — Совсем как в мультике, протянула большая Маша.

Я взял левее, чтобы не портить им снимок и взглянул на качающегося возле входа медведя. Тот был здоровее своей напарницы, и когда вот так, по-медвежьи, раскачивался, выглядел настоящим и даже пугающим. Но собравшимся вокруг него детишкам, похоже, было не до слез. Они что-то кричали и радостно все вместе тянули к нему руки.

— Набираем номерок… — Сказочная Маша опять вошла в роль.

Интересно, где у нее глаза? Актер там, внутри, не вспотел?

— Набираем номерок…

Малыш довольно засмеялся, и я невольно засмотрелся на них. Замедлил шаг и улыбнулся. А когда сделал еще пару шагов, вдруг услышал:

— А-а-апчсь! — Где-то внутри этой куклы.

Юля удалялась в сторону клуба, а я остановился. Что-то до боли знакомое. Этот звук. Где-то совсем недавно слышал что-то похожее…

Обернулся. Задумчиво взглянул на Машу.

— Будь здорова, — рассмеялся малыш и обнял ее.

Кукла кивнула и замерла. Не знаю, почему, но я шагнул в ее сторону. Она как-то неестественно встрепенулась и вдруг торопливо попятилась назад.

— Э… — Я и не знал, что мне спрашивать у большой ростовой куклы.

— Маша, ты куда? — Засмеялся карапуз.

Не понял, что заставило меня последовать за ней, но сделал еще один неуверенный шаг.

— А теперь бежим… — пропищала Маша и неуклюже припустила по улице прочь.

Я усмехнулся, глядя, как она смешно улепетывает, а потом заметил, что Медведь тоже пятится от меня спиной вперед.

— Эй, стой. — Приказал ему.

Косолапый замер и вытянулся в струнку.

Я подошел и ткнул пальцем в мягкий живот.

— Башку снимай.

«Не-а» — замотал головой мишка.

— Снимай, говорю. — Жестче. — Живо. И не думай бежать. В такой шубе далеко все равно не убежишь.

Медведь тяжело вздохнул, поднял лапы и осторожно открутил мохнатую голову. А из-под нее показалось уже знакомое, раскрасневшееся лицо ботаника, который меня так раздражал.

— Ну, что, Михайло Иваныч. — Я сложил руки на груди. — Очки не запотели?

Тот, словно сдаваясь, опустил плечи.

— Привет, — произнес неловко.

— Машка твоя вон, чесанула от меня. — Кивнул в сторону улицы. — Так что ты, давай, рассказывай, что вы здесь делаете?

[1] КБЖУ — калории, белки, жиры, углеводы

[2] Тутси — имеется в виду комедия «Тутси» 1982 года с Дастином Хоффманом в главной роли, где его персонаж гримировался, талантливо выдавая себя за женщину.