Столичная красота против сибирского Валенка - Аселина Арсеньева

— Зачем. Обычно все заявки мы сами вносим в файл. Игорю только остается перебросить его… не знаю кому, но, в общем, в тот офис. Ты лучше насчет бумаги поторопись. Последняя коробка заканчивается. Ден сейчас сказал, когда мне это принес. — Кивнул Данила на стопку.

— Ой, спасибо, что предупредил, а то мне пару дней осталось, а новый человек пока придет, пока попривыкнет, глядишь и без бумаги бы остались.

— Ты такая ответственная. — Хмыкнул Данила. — Честно говоря, даже чем-то нашего Мозга напоминаешь.

— Работящий он. — Выпаливаю, смутившись на ровном месте.

— У тебя корпоративный чат открыт?

— Что за чат? У меня только от Максима Юрьевича сообщения выскакивают.

— Смотри. Видишь у меня на мониторе ярлычок, нужно на него нажать и откроется окно. — Начал он объяснять мне как умалишенной, но он же помочь пытается, поэтому не обращаю внимания, ожидая главной мысли. — У тебя должен быть такой же. Вот, открылся. Вообще, рекомендую, чтобы чат всегда у тебя в трее висел. Сейчас я тебе название сетевого диска и файла напишу. В файле заявки на канцелярию. Сливать не советую, правь на сетевом.

— Максим Юрьевич не говорил.

— Думаешь генеральный директор будет канцелярией заниматься?

— Нет, конечно.

— Это одна из обязанностей Игоря, а значит, пока твоя. С Excel работать умеешь?

— Умею! — Обрадовалась я. Спасибо за помощь. А я-то думаю, что все на меня такими глазами смотрели, когда я к ним с листом записывать подошла, а ты молодец, подсказал!

— Обращайся! На сетевом диске есть и другие любопытные фалы — просмотри, может чем-то поможет.

— Спасибо! Ты настоящий друг! — Порывисто обнимаю парня за плечи и убегаю работать.

В коридоре сталкиваюсь со злющим Лешей и смеяться уже не хочется.

14.4 Так и знал, что не отпустит

— Ты чего такой злой?

— Так и знал, что не отпустит.

— Ну, наверное, у него причины были? А ты что отпроситься сегодня хотел?

— Да не сегодня. Через неделю свадьба у друга, еще и в пятницу. Я свидетель. Но этот бездушный даже на похороны к бабушке не отпустил. Его вообще не волнует, что я эту неделю без выходных отпахал!

— А ну-ка, пошли!

— Никуда я не пойду. — Буркнул тот, вырывая руку. Даже губы натурально надул.

— Ребенок, что ли? Капризничать тут мне будет! Разберемся сейчас с твоей проблемой. -

Правдами-неправдами заталкиваю Лешу в кабинет.

— Максим Юрьевич, почему вы Лешу не отпустили? — Спрашиваю с порога и в лоб.

— Потому что ненавижу, когда мне лгут. — Невозмутимо отвечает Макс.

— Леша? — Спрашиваю у того, но по глазам вижу, что Макс прав.

— Валя, может быть хватит быть такой доверчивой. — Говорит Макс и я понимаю, что он только что не назвал меня по отчеству, а значит, он неспокоен.

— Хорошо, Максим Юрьевич. Просто покажите, где я ошибаюсь.

— За последний год Алексей отпрашивается на похороны уже третьей бабушки.

Леша отводит глаза в сторону.

— Ну, бывает же…

— Алексей Копейкин, тридцать два года. Проживает с матерью и бабушкой, других родственников не имеет.

— Вы знали? — Лешин взгляд нужно было видеть!

— Знал.

— Тогда почему отпустили… тогда?

— Вас с Валентиной сейчас только беспокоил другой вопрос: почему я не отпустил сегодня. Я исчерпывающе не него ответил. — Макс холодно посмотрел на Алексея. Я, кстати, тоже. Не люблю лгунов.

— Сейчас принесу заявление. — Вдруг осмелел Леша. — Только сначала скажу, что думаю!

— Я реально с удовольствием работал и без вопросов выходил в выходные дни, но как я должен был отпроситься на свадьбу к другу у такого женоненавистника? Вы бы меня не то что не отпустили, но еще бы для верности связали и в шкаф промариноваться засунули. Да вам плевать, что я свидетель на свадьбе! А сама свадьба для вас не повод чтобы брать отгулы посередине недели. Отсюда или ногами вперед, или как Игорь, на койку отдохнуть!

— Кричать было необязательно. У нас с Валентиной, со слухом все в порядке. — Безэмоционально ответил Макс.

— Если вы идеальная бесчувственная машина способная работать круглосуточно, это не значит, что все вокруг такие же! — Уже негромко, но с презрением фыркнул Алексей.

— Леша, а ты не пробовал по-человечески отпроситься? Я бы на месте Максима Юрьевича тоже тебя проучила и никуда отпускать не стала. Сам виноват. Наврал, а теперь еще оскорблениями сыпешь.

— По-человечески? Думаешь, отпустил бы он меня, если бы я честно сказал, что иду на свадьбу? — Опять срывается Алексей.

— Отпустил. — Выдаем одновременно с Максом, тем самым вводя Алексея в замешательство.

14.5 Признайся на этот раз честно

Перевожу взгляд с Макса на Алексея и обратно.

— Вот, уши за такое начистить тебе хочется, честное слово! — Пеняю ему с обидой. Я ж ему помочь хотела, а он вруном оказался.

— Если у тебя все, пиши заявление и мне на стол. Потом свободен.

— Понял. — Поджал Губы Алексей.

— Стойте! — испугалась я. — Может, обойдемся без крайностей? Леша профессионал я видела. И работать тут ему нравится. Признайся на этот раз честно, — нравится?

— Нрави…лось. — Процедил упрямец.

— Вот, Максим Юрьевич. Теперь он не врет. Может отпустите его на эту чертову свадьбу, а? Пусть человек отдохнет. Устал он, вот и наговорил лишнего.

— Валентина, опять ты за свое. — Вижу понятный только мне, уставший взгляд Макса и знаю, что ему тоже совсем не нравится эта ситуация.

— Наверное, я правда устал. Устал отпрашиваться на законные выходные как на отгул, находя по-настоящему веские причины, чтобы отпустили наверняка. Максим Юрьевич, с вами интересно было работать. Я реально благодарен за этот опыт и может быть действительно сейчас сказал лишнего, но зато я был честен. Вы же этого от меня хотели?

— Если у тебя все — свободен. — Сказал Макс и наклонился над бумагами.

— Идем. — Почему-то шепчу Алексею. — Сам виноват, наломал дров.

— Черт! — Чертыхается он и прямо в дверях разворачивается на сто восемьдесят градусов, решительно направляясь к столу генерального. Я даже испугаться не успеваю. — Максим Юрьевич, я могу остаться? — Спрашивает он твердым голосом.

Макс поднимает взгляд на Алексея и, видимо, смотрит ему в глаза, продолжая молчать.

— Я не хочу уходить из компании. — После затянувшегося молчания заявляет Алексей.

— Почему. Насколько я знаю на тебе нет ипотеки или других долговых обязательств, чтобы держаться за определенное место работы.