Императорская свадьба, или Невеста против - Наталья Витальевна Мазуркевич

– Лейни, – бросился к ней Альбравис, поднял в воздух, покрутил, и только когда у девушки уже начала кружиться голова, поставил на пол. – Прости, обещал Кристе так сделать, – виновато улыбнулся князь.

– Тогда ладно, – простила чрезмерную эмоциональность мужчины Сайлейн. – Кристе можно.

– Сестра, – несколько холодно позвала ее Лузаника. Принцесса сидела на белом диванчике рядом с мужем, положив руку ему на локоть, другой же рукой сжимала веер, который любила использовать, чтобы отгородиться от происходящего.

– Простите, – извинилась Сайлейн и, оглядев свободные места, присела к демону. С ним ей было легче, чем с остальными.

– Итак, на чем я остановился? – переспросил Яр, обнимая девушку за плечи и подтягивая к себе, желая чуть приободрить.

– Поступок моего брата, – сухо напомнил Корвус.

– Его высочество посмел оскорбить сатино и желал навредить. Это недопустимо, а потому он был наказан.

– Полагаю, мы его больше не увидим? – на удивление сдержанно осведомился младший принц.

– Все может быть, – пожал плечами демон. – Вопрос с наказанием решал мой брат, а он за оскорбление сатино вряд ли удовлетворился малым.

– Значит, Сайлейн – сатино вашего брата? – выделила самое главное Лузаника.

– Да.

– Мы можем его увидеть?

– Ресьян будет присутствовать на мероприятии. Но все вопросы касательно взаимоотношения наших государств вы можете решить со мной.

– И как ваш брат относится к предполагаемому замужеству сестры?

– Это не предмет нашего нынешнего разговора, – ушел от ответа демон.

– Ясно, – довольно, будто подтвердились ее догадки, сказала девушка. – Я вас покину?

– Разумеется, леди.

Мужчины поднялись.

– Сестра, – позвала Сайлейн, впрочем, не надеясь, что Лузаника останется ради нее.

– Чуть позже, милая. Так будет правильно.

Не оборачиваясь, Лузаника ушла.

– Лейни, посидишь с нами? – мягко спросил Корвус, кивая на освободившееся подле себя место. Сайлейн кивнула, но осталась с Яром. Астония заняла вакантное место.

Вскоре обсуждение возможных торговых сделок и путей сообщения, которые намеревались открыть обе стороны, порядком наскучили девушке, и она, зевая, начала сползать по Яру, пока полностью не заняла весь диван, развалившись на нем и глядя в потолок.

– Так будет удобнее, – отвлекся от беседы Яр и подсунул ей под голову подушку.

– Думаю, будет лучше, если мы вернемся в покои Сайлейн, – встряла в разговор Астония, – а то ее личный цербер может нанести нам визит вежливости.

– Цербер? – заинтересовался Корвус.

– Триша Карри, – пояснила девушка, поднимаясь. Подушку она захватила с собой.

– Я зайду к тебе, – пообещал принц, провожая ее до двери.

– Только позови, – напомнил Яр.

– Я помню.

– Лисара? – окликнул Лузанику довольный голос.

Глубоко вздохнув, принцесса обернулась, успокаивая себя тем, что сейчас она жена принца, а не одна из последних представителей династии. Последней была ее сестра, а если принимать во внимание их нынешнее положение, то и единственной, ибо, выйдя замуж за оборотня, да еще и потеряв силу, Лузаника не могла стать полноценной сатино.

– Вильгельм, – зло обратилась она к императору. – Мне стоит опасаться вас и поныне?

– Не думаю. Мой друг позаботился о вашей безопасности, дав вам свой титул.

– Корвус ваш друг?

– Был какое-то время, но мы не сошлись в некоторых вопросах. Но сейчас не время вспоминать о былом. Поговорим о настоящем. – Вильгельм подхватил вяло сопротивляющуюся Лузанику под локоть. – Твоя сестра – кажется, ты звала ее Лиерой, где она сейчас?

– Вы правда считаете, что я отвечу на ваш вопрос?

– Надеюсь на ваше благоразумие, – развел руками Вильгельм. – К примеру, я могу дать слово, что не причиню ей вреда, и вы нас познакомите…

– Не причините ей вреда? Вы уже достаточно нам навредили, и последнее, что я бы хотела видеть в своей жизни, это как вы портите жизнь еще и ей.

– А разве я испортил ее тебе? – взметнулись вверх брови императора. – Быть принцессой, жить в богатстве так сложно? Если это так, то да, я испортил тебе жизнь, Лиса.

– Моя жизнь – не ваша заслуга.

– Именно моя. Я же мог убить тебя тогда, когда ты с сестрой сбежала. Но отпустил. Так что жизнь – именно мой подарок. Вам обеим.

– И сейчас вы хотите получить свой дар назад?

– Нет, всего лишь посмотреть, насколько я был прав, пощадив и презрев волю отца.

– Нет, мы сбежали сами.

– Если бы вам не помогали, вы не выбрались бы даже с территории дворца. Спроси у мужа, возможно, он объяснит. А сейчас подумай, Лиса, что ты выберешь – организовать мою беседу с сестрой в своем присутствии или с ней наедине? Решай. Твой ответ я приму вечером.

Едва он отошел от нее, Лузаника выдохнула с облегчением, огладила платье, успокаиваясь, и уже собиралась вернуться к мужу, когда, обернувшись, застыла от напряжения. Из-за угла навстречу императору выходила ее сестра. Рассеянная и сонная, она обнимала одной рукой подушку, второй касалась кончиками пальцев стены. Чтобы не заснуть по дороге или, если все-таки так устанет, скатиться по стеночке, а не упасть посреди коридора.

– Моя леди.

Лицо императора тут же разгладилось, потеряв всю хищность, в глазах, казалось, мелькнула радость. Вместо пугающего беспринципного аристократа, которым Лузаника знала Вильгельма, перед ее сестрой стоял мужчина, который пытался быть обаятельным, а возможно, и казался кому-то таковым. Кому-то, кто ни разу не сталкивался с ним с иной стороны.

– Ваше величество? – чуть прищурившись, произнесла девушка. – А я немного заблудилась… И так спать хочется…

Она виновато развела руками, чуть не выронив подушку, и улыбнулась мягко и очень искренне. Заметив стоящую за спиной Вильгельма сестру, Сайлейн застыла. Видя, как улыбка медленно сползает с ее лица, Вильгельм испытал что-то сродни гневу. Оглянулся, чтобы заметить такое же напряжение в Лисаре, и, бережно взяв под локоток Сайлейн, сказал:

– Позволите проводить вас? Я не смогу простить себе, если вы заблудитесь или пострадаете по моей вине.

– Да, конечно. Как вам будет угодно, – все так же неотрывно глядя на сестру, согласилась Сайлейн. Высокомерная маска, замершая на лице сестры, не смогла обмануть и ее. Лузаника боялась так сильно, что даже загар не скрывал охватившей ее бледности.

«Все будет хорошо», – одними губами произнесла Сайлейн, пользуясь тем, что стояла еще вполоборота. Сестра кивнула, поняв, но все равно напряженно следила за тем, как они уходили.

Сон ушел, и теперь Сайлейн просто плелась немного позади, насколько это позволяла хватка кавалера.

– Ваша светлость? – тревожный голос вырвал ее из апатии. – С вами все в порядке? Может, позвать врача?

– О нет, все хорошо. Я пока обойдусь без Целителя, – не без иронии ответила девушка, покидая начавшее опутывать ее равнодушие.

– Ее высочество неприятна вам?

– А…