По воле богов. Подарок богини. Книга третья - Ольга Камышинская

— Зачем тебе понадобилась магури? — спросил темноволосый всадник.

Талат снова тяжело вздохнул, погладил по голове испуганную малышку.

— Одна сумасшедшая старуха предсказала мне когда-то, что благодаря девушке-магури я стану великим и мое имя впишут в летописи нескольких царств.

— И ты, значит, ей поверил? — насмешливо утончил светловолосый воин.

— Да, я, глупец, поверил… — Талат вскинул глаза на темноволосого всадника. — У меня одна просьба, чтобы Муджира ничего не видела. Ну… когда вы будете…

И расцепил руки, больше не удерживая девочку.

— Муджира, значит, — задумчиво повторил темноволосый, внимательно разглядывая девочку.

Несколько мгновений тишины растянулись для Талата в целую пропасть, в которую он медленно и безнадёжно падал.

Талат молча смотрел на воинов. Муджира стояла, вцепившись в Талата.

Наконец, темноволосый прервал молчание.

— Благодари свою дочь за то, что она спасла тебе жизнь. И я не советую возвращаться туда, откуда ты сбежал. Тебя ищут кадмийцы…

Светловолосый сел в седло и, развернув коней, всадники исчезли в мерцающей арке портала.

Талат выдохнул и крепче прижал к себе девочку.

— Испугалась? — спросил Талат, усаживая перед собой в седло Муджиру.

Та замотала в ответ головой.

— Ну и славно. Проголодалась?

Снова нет.

— Вот и хорошо, — толкая коня в бока и натягивая поводья, сказал Талат, — когда приедем домой, твоя бабушка Бария сварит такую вкусную кашу, какую, могу поспорить, ты ни разу в жизни не пробовала… С кизилом, — девочка подняла к Талату заплаканное личико и недовольно поморщилась. Талат рассмеялся: — Ну, а как ты хотела? Все по-честному, кашу — тебе, кизил — мне…

***

Вальтер Сурим и Шайен Терр выехали из арки портала недалеко от Большого Мраморного дворца. Первым молчание нарушил Шайен Терр.

— Не ожидал, что ты его отпустишь.

— Сам не ожидал, — спокойно согласился Вальтер, — но я не мог оставить ребёнка без отца.

— Ты серьёзно? — глянул на него сбоку Шайен Терр. — Она не его дочь.

— Теперь его. И потом, — усмехнулся Вальтер, — у меня тоже есть принципы… Кто я такой, чтобы лишить жизни человека, от которого зависят судьбы стольких царств…

Шайен Терр понимающе хмыкнул, потом спросил:

— У девочки довольно редкое имя, оно же что-то значит?

— Муджира? — Вальтер улыбнулся, вспоминая сжатые на мужской груди маленькие кулачки. — Да. Защитница. В этих землях самое обычное имя для девочки-магури…

***

Забирать Вивьен из дома айка лорд Сурим приехал с царевичем Аярном, тот так просил взять его с собой, что Вальтер не смог ему отказать.

Пирху вместе с айком вышли за ворота провожать Вивьен.

Пока айк давал последние наставления Вивьен, Пирху скромно стоял в сторонке, любуясь ухоженными роскошными царскими ширнами и поглядывал на царевича, которого видел впервые.

Аярн с невозмутимым видом восседал на ширне и спешился только чтобы помочь взобраться в седло Вивьен.

— Не забрасывай целительство, Вивьен, помни всё, чему научилась, — напутствовал айк, — обязательно учись дальше, из тебя выйдет толк при должном старании.

— Хорошо, учитель.

— Ну, иди попрощайся с Пирху и в добрый путь.

Пирху стоял, привалившись плечом к калитке, когда Вивьен подошла к нему.

— Будешь скучать по мне?

— Вот ещё, — шутливо фыркнул Пирху, — больно надо. Теперь-то айк всё внимание будет только мне уделять. И у меня столько всего интересного ждёт в целительской практике, что сам себе завидую!

— А я буду скучать по тебе и по айку.

— Не будешь, вон у тебя целый царевич под боком. — Пирху кивнул в сторону Аярна. — Он-то найдёт чем тебя развлечь в Большом Мраморном дворце. А я наловлю ведро буркунов в озере, продам и куплю нам с айком по ширне. Выберу самых лучших, каких только найду на базаре, мы приедем ко дворцу и я позову тебя кататься в пустыню, наперегонки. Поедешь?

Вивьен улыбнулась.

— Поеду.

— И буду потом всем рассказывать, что обогнал в скачках на ширнах самую настоящую магури.

— Ты сначала обгони…

— Даже не сомневайся!

— Тебе всё рано никто не поверит.

— И пусть, я-то буду знать, что это правда.

— Вивьен, нам пора, — позвал Аярн.

Она уже взобралась на ширну, когда её окликнул Пирху:

— Вивьен! Помни, что я говорил, — он подмигнул и сложил ладони чашами на уровне груди, — орехи и фрукты!

— О чём это он? — Аярн хмуро обернулся к Вивьен.

— Не знаю, — отозвалась она и закусила нижнюю губу, сдерживая смех.

Глава 38

В этой спальне Джайра оставался столько раз, что мог пройти по ней с закрытыми глазами и ни разу не споткнуться.

Широкая кровать из дорогого тёмного дерева с прозрачным балдахином, мягкая шкура на полу у пылающего камина, которая так часто заменяла им ложе, пара удобных кресел, узкая кушетка, трюмо с низким пуфом.

На изящном столике в небольшой фигурной склянке скрестили тонкие ножки ароматические палочки, от них вверх тянулись извивающиеся серые ниточки дыма.

Пачули и бергамот — любимые запахи Маранды.

Джайра сидел на кровати в распахнутой белоснежной шёлковой рубашке, которая так шла его смуглой коже, со слегка растрепанными волосами, из-за чего казался моложе и ещё привлекательнее, и неторопливо расстегивал запонки на манжетах.

Он выглядел расслабленным и немного задумчивым. Сброшенный камзол небрежно лежал рядом на кушетке.

Беловолосая красавица, бесшумно появившаяся в дверях в накинутом на голое тело полупрозрачном пеньюаре, застыла, с нежной улыбкой разглядывая любовника.

— Тебе идёт задумчивость, — наконец сказала она, приблизившись и опустившись на колени у его ног, и стаскивая с него сапоги, — ты становишься ещё красивее. Кажется, что ты думаешь о чём-то очень важном, значительном, словно решаешь чью-то судьбу…

Джайра посмотрел сверху на соблазнительные очертания ключиц и пышной груди и усмехнулся.

— Ты не так далека от истины… Скажи, тебе приходилось когда — нибудь давать клятву, Маранда?

Она вскинула на него вопросительный взгляд.

— Брачную, один раз.

Он покачал головой.

— Я про другое. Обычную немагическую клятву…

— О! — рассмеялась девушка. — Много раз, любовь моя.

Джайра улыбнулся.

— А сколько раз ты её нарушала?

— М-м-м… дай подумать… Примерно столько же… Уж не хочешь ли ты, чтобы я поклялась тебе вечной любви и верности, Джайра?

— Боги упаси, Маранда, ты и верность, — Джайра мягко улыбнулся и погладил девушку по холеной щеке. — Как невозможно далеки друг от друга эти понятия.

— А я бы могла, — она потерлась скулой об его ладонь, как кошка. — Только попроси.

— Не стоит оно того. Ты хороша такой, какая есть. Непостоянная, коварная.

— А я бы сдержала такое обещание.

Брови Джайры насмешливо приподнялись.

— Ты мне