Арахна - Евгения Владимировна Потапова

Огляделась. В клетках сидели наши ребята. Спиной ко мне стоял какой-то тип в белом халате, что-то там делал. Повернулся ко мне, его лицо было все изрезано шрамами. Один глаз был изумрудно зеленым, другой аквамариновым. Красота неимоверная.

— А вот и наша красотка появилась, — улыбнулся мне товарищ острыми зубками.

Ребята что-то попытались мне сказать, но рты у них были чем-то забиты.

— Девушка, вы прекрасны. Правда, работа не доделана, но в целом не плохо, — сказал мистер Франкенштейн, — Предлагаю вам сделку, я отпускаю ваших друзей. Всех. Хотя ваша обезьянка мне тоже нравится. А вы остаетесь у меня. Будем жить с вами долго и счастливо под одной крышей.

— И умрем в один день? — продолжила я.

— Ну, что вы так пессимистично, милая леди, — ответил доктор Айболит, — Как вам мое предложение? Соглашайтесь. Все останутся живы и практически здоровы, это же отличное предложение.

— Почему парни молчат? — спросила я.

— Потому что они в рот воды набрали, — рассмеялся доктор.

— Отпустите их, и я останусь, — попросила я, — И пусть они воду выплюнут.

— Как скажите, милая леди.

По полу зашуршали насекомые, снова стали собираться в человека.

— Я говорил, что сработает, — зашуршало существо.

Доктор открыл клетки. Парни еле выбрались. Изо рта у Лехи показались небольшие усики, постепенно выползла небольшая сколопендра. Тоже самое произошло с Максом. Они усиленно стали плеваться.

— Это было в горле? — ужаснулась я.

— Нет, что ты, — успокоил меня доктор Айболит, — Они забираются в рот и сворачиваются клубочком, так что их не выплюнешь. Усики и ножки в разные стороны растопыривают и цепляются за слизистую крючочками на тулове.

— Ужас какой. У вас явно не все в порядке с головой, — покрутила я пальцем у виска.

— Благодарю за комплимент, — сказал он и слегка присел в реверансе, оттопырив подол халата.

— Марина, зря ты так. Наши бы нас спасли, — прохрипел Макс, — Они же чокнутые, не стоит с ними оставаться.

— Давай иди на выход, — прошуршал «человек», подталкивая его пальцем из саранчи в спину.

Леха попытался его ударить, но существо рассыпалось в месте удара и снова собралось.

— Идите вперед, пока еще можете, — прошелестел насекомыш, — И не надо тут махать граблями, а то отсохнут.

Они скрылись за дверью.

— Значит, вас Мариночкой зовут. Очень приятно, я Федор, — он протянул свою руку, которая чем-то напоминала клешню.

Пожимать я ее не стала. Руки спрятала за спину и скептически на него посмотрела. Он посмотрел на меня внимательно и пожал плечами.

— Ну, что же, идемте, я вам покажу, ваши апартаменты, — дядя Федор махнул рукой, приглашая проследовать за ним.

Глава 61

Не ходите дети в Африку гулять

Я вертела головой во все стороны, оценивая обстановку, замечая, где что лежит и стоит. Подумывала удрать от граждан, но решила, что стоит подождать, когда ребят выведут из подземелья. Надеюсь, что удрать я всегда успею.

— Вы точно их отпустите? Как я об этом узнаю? — поинтересовалась я.

— Придется поверить мне на слово, — ответил доктор Франкенштейн, ведя меня по длинному коридору с шуршащими и движущимися стенами.

— То есть, вы можете меня обмануть? — повернулась я к нему.

— Нет, я тебя не собираюсь обманывать. Я их отпустил, а там они уже решают сами, уходить или оставаться. На все воля человеческая.

— А почему не божья? — спросила я.

— Потому что человек может сотворить все, что угодно, и не надо ждать никаких мифических существ, которых не существует.

— По-вашему Бога не существует?

— Естественно, здесь Бог я, что захочу то и сделаю, — Федор самодовольно усмехнулся.

— Я этому безумно рада, — хмыкнула я.

Мы стали подниматься по какой-то винтовой лестнице, вероятнее всего сейчас мы должны выйти из подвала на поверхность.

— Мы в горе, — он словно прочитал мои мысли.

— Жаль, — ответила я, — Значит, замок рядом?

— Угу. Мне бы хотелось узнать, как ты стала такой, в какой лаборатории и у кого проводились эксперименты. Как тебе удалось сбежать, или тебя отпустили, — начал говорить товарищ, — Сдашь кое-какие анализы, проведем парочку десятков экспериментов, проверим все твои способности.

Он аж зажмурился от предвкушения.

— Я есть хочу, а разговаривать не хочу. Да и устала я, — ответила я, — Мне бы комнату задумчивости посетить и умыться. К тому же дико хочется пить.

— Подожди, осталось немного, — сказал он.

С лестницы вышли в дверной проем и пошли по огромному коридору. Там было темно, доктор легко передвигался в темноте, так же, как и я. Огромные деревянные двери, очень знакомый запах. Кажется, он привел меня в замок.

— Ты права, это и есть замок, в котором вы в прошлый раз были. Кстати, как там поживает твоя напарница? Песикот на нее чихнул. Он такой слюнявый. У обычных людей на его слюну аллергия бывает. Она справилась? — поинтересовался он.

— Насколько я знаю, нет. Будет делать пересадку кожи, — ответила я и поморщилась, — Честно говоря, я ее не видела давно. Она не показывается на люди.

— Слюна попадает, разъедает кожу, образуется пузырь. Он потом лопается, вытекает жидкость и снова разъедает кожу. Процесс просто бесконечный. Очаг постепенно разрастается, и не заживает. Пока человека не начнут атаковать бактерии, которые легко внедряются в ослабленный организм. Долгая и мучительная смерть. Кстати, она может стать источником заразы, — доктор, по всей видимости, был доволен собой, — Если вот эта самая жидкость попадет на другого человека, то он заразится. Идеальное биологическое оружие.

— Вы, чудовище, — сказала я с омерзением.

— Благодарю, — ответил он, — Кстати, я не представился, я Олег Борисович Кропоткин, известный в определенных кругах ученый-генетик. Люблю насекомых, однако и животные мне тоже нравятся.

— Вы же сказали, что вас Федор зовут, — удивилась я.

— Иногда меня зовут и Федор, когда он просыпается, — кивнул странный тип.

— А иногда просыпается тетя Фима и кормит всех форшмаком и фаршированными яйцами, — пошутила я.

— Нет, — улыбнулся он, — Еврейских тетушек еще не было.

— А с растениями эксперименты не ставили? — поинтересовалась я.

— Они мне не нравятся, хотя пытался скрестить ядовитый плющ с крокодилом. Фигня получилась, экземпляр не выжил, — махнул он клешней.

— Да уж, безумству храбрых поем мы песни.

Мы остановились, и он толкнул какую-то дверь.

— Кажется, в прошлый раз, вы тут ночевали, — сказал он, — Если мне память не изменяет.

Предо мной открылась та самая спальня, в которой мы спали вместе с Тамарой.

— Воду пить тут не рекомендую из-под крана. Она плохая. Туалет в