Малышка - Яна Сокол

— А можно человеческим языком? — встревает Алекс. — Что это?

— Боже, перед кем распинаюсь, — качает головой Роман. — Это то, что невозможно отследить, но с помощью чего можно точно определить, жив человек или ранен, а также его точное местоположение.

— Ого, — выдает Марат. — Она точно умная.

— Хорошо, что вы это поняли, — издевается Роман. — Так вот, мы пытались вживить его в тело Валида. Кира говорила, что нужно в руку, но я немного поспешил, и мы имплантировали чип ему в шею. В тот день, когда ты якобы что-то там видел, — говорит Роман, глядя на меня, — у Валида пошла реакция на материал, из которого был сделан чип, и Кира первая это увидела, — заканчивает он. — Мы тут экстренно его спасали в тот момент.

— Этого не может быть, — качаю я головой, не соглашаясь с ним, — я видел…

Замираю на полуслове. Я не мог так ошибиться!

— Помешался на ней так, что уже глюки ловишь? — поддевает меня Алекс. — Надо бы тебе еще разок врезать.

Я слушаю его вполуха.

— Валид пришел перед заданием проверить данные с чипа и пожаловался, что у него кожа чешется. Естественно, Кира пришла в ужас, увидев, что там у него творится. Она предупреждала меня, но я, старый пень, решил, что умнее ее, — продолжает объяснять Роман. — Что бы тебе там ни показалось, ничего такого не было. И «брат» твой, Валид, невинен как ангелочек.

Дикий ужас смешивается внутри меня с таким же бешеным чувством радости. Она моя. Моя Малышка. Хочется все бросить и кинуться к ней. Обнять, приласкать. Как же я по ней соскучился!

Как топором по голове, перед глазами предстает ее порванная одежда. Я не найду покоя, пока не убью эту тварь.

Кира. Малышка моя. Я все исправлю. Обещаю.

Глава 38

Кира

Мысли путаются. Сознание то возвращается, то ускользает. Белые стены. Тупая боль. Чьи-то разговоры. Мигание лампочки над головой. И холод.

У меня зубы стучат, выдавая странную мелодию.

Пустота становится другом. Она забирает меня и дает покой. Поэтому я все время стремлюсь к ней, как и она ко мне.

Когда же все оставят меня в покое?

Открываю глаза и снова их закрываю.

«Зачем же ты так?!» — смеюсь над своим сознанием, которое нарисовало мне каменный потолок в доме Игоря.

Наверное, это самое хорошее мое воспоминание с тех пор, как началось это бегство.

Вот бы оказаться сейчас там.

Самый прекрасный дом, который я когда-либо видела в своей жизни. Я влюбилась в него с первого взгляда.

Сава так смотрел на меня в тот момент, на мою реакцию, показывая его мне. Нет. О нем лучше не думать.

Как мог Игорь додуматься до такого чуда, уму непостижимо.

— Кира, — мое воображение заставляет меня слышать его голос как наяву.

Несмотря на холод по ночам и отсутствие света, этот дом навсегда останется самым лучшим для меня. Калейдоскоп ночного неба и свежий арктический воздух. Холодный. Но то был другой холод, свой, родной.

Жаль, не узнаю, как решил Игорь вопрос с отоплением. Уверена, это было бы интересно.

Вряд ли Артем оставит меня в живых.

Нет. Об этом тоже не стоит думать.

— Кира, ты меня слышишь?

Как бы я хотела тебя сейчас услышать! Ты так и не рассказал мне до конца историю Савы.

Сава.

Будет ли он меня вспоминать?

Хочу ли я, чтобы он меня вспоминал? Будет ли винить, ведь Виктор поручил меня ему?

Наверное, где-то глубоко моя эгоистичная натура кричит: «Конечно!», но, вспоминая его глаза, его поцелуи, я не хочу, чтобы он страдал, и тем более из-за меня.

Не могу себя заставить даже мысленно пожелать ему быть счастливым с другой.

Пусть будет просто счастлив!

— Кира, — уже громче звучит голос Игоря, заставляя мой мозг взорваться болью. — Давай, девочка, просыпайся, — легкое касание моего лба нельзя ни с чем спутать.

Не хочу приходить в себя. Не хочу. Это все мое воображение. Но что-то оно уж больно реальное.

Снова открываю глаза и встречаюсь взглядом с встревоженным Игорем.

— Ну наконец-то, Спящая красавица, — облегченно выдыхает он. — Напугала же ты меня. Как ты?

Так это не сон? Не мираж?

Протягиваю руку вперед и касаюсь плеча Игоря. Настоящий. Перед глазами все расплылось, и я сама не поняла, как разрыдалась. Будто пружина внутри меня, сжимающаяся до этого самого момента, вдруг резко распрямилась, отпуская меня.

— Сава, он где? С ним все хорошо? — спрашиваю я, заикаясь и периодически прерываясь собственными рыданиями. — Сава?

— С ним все хорошо, не волнуйся, — успокаивает меня Игорь, продолжая стоять рядом. — Чего ты плачешь? Все хорошо.

Он не на шутку напуган.

— Простите, — извиняюсь я, утирая слезы.

Наконец начинаю осознавать окружающий мир. Ладонь в гипсе. Ощупываю голову — она замотана чем-то эластичным.

— Что со мной? — задаю я глупый вопрос. — Прости, я вроде знаю что, но как я оказалась здесь? И где он?

— Сава охотится за Новиковым, — сообщает Игорь, продолжая смотреть на меня настороженно. — Ушел, как только поручил тебя мне.

— Что? Как? — не могу поверить. Он спас меня?

И снова ушел.

— Почему столько неверия в голосе? — усмехается Игорь. — Неужели не верила, что он придет за тобой? Я-то сразу понял, что он на тебе конкретно залип, никогда парня таким не видел, — продолжает говорить Игорь, а я вспоминаю, как Сава бросил меня у Романа.

Да уж, точно залип, еле отцепился.

— Что со мной? — решаю я его перебить. Не могу больше слушать о том, чего нет.

— Ты вроде как упала с высоты и получила небольшое сотрясение мозга, ничего страшного. Пальцы на руке были сломаны и два ребра треснули. Но с тобой и ребенком все в порядке, как заверили меня врачи. Вот я тебя к себе и перевез. Посчитал, что проснуться в знакомой обстановке будет легче.

Я слушала вполуха, а потом меня замкнуло.

Ребенком?

О чем он, черт возьми, говорит?! Не помню никакого ребенка.

— Что за ребенок? Я там была одна.

Игорь смотрит так, будто у меня на голове рога выросли.

— Что? О ком ты? Там еще кто-то был?

— Кира, ты… — замялся Игорь, начиная ходить по комнате. — Как ты могла этого не знать, не понимаю? Ну как бы… — он останавливается и смотрит на меня. — Я говорю о твоем ребенке.

Я что, проснулась в другой реальности?

— У меня нет ребенка, — настаиваю я.

— Нет, конечно, — еще больше запутывает