Усмешка дьявола - Анастасия Квапель

— Кто?

На том конце молчали. Она спросила еще раз, но результат был прежним.

Настя испуганно подбежала к окну, чтобы сверху попытаться разглядеть кого-нибудь. Ночь. 8 —й этаж. Из-за козырька над дверью подъезда ничего не было видно. Ирина тоже подошла к ней. Через три минуты от подъезда отошел человек. Он весь съежился и неуверенной походкой пошел в сторону дороги.

— Это кто? Петрович? — с изумлением спросила Настя.

— Как-то не похож… А, чего молчал тогда? Может головой кивал?

— Мама! Это он! Мамочка, давай его догоним и вернем! С ним же что-то может случиться!

Ирина с тоской посмотрела на Настю:

— Да, конечно. Пойдем быстрее! А то замерзнет, чего доброго! Минус 30 за бортом!

В квартире было очень тепло и девчонки ходили в легких домашних шелковых костюмчиках. Пришлось быстро одевать на себя все и это заняло время. Они выскочили из подъезда и побежали к дороге. На остановке никого не было, и они подумали уже, что он уехал на такси, но вдруг на другой стороне заметили знакомую фигуру, которая держалась за дерево, чтобы не упасть. Идти дальше фигура не могла.

— Он! Побежали — воскликнула Ирина и они с Настей, перебежав через пустынную дорогу подошли к мужчине. Это был Стас. Пьяный до неузнаваемости. Таким они его не видели никогда. Лицо синее, черты лица от холода какие-то незнакомые.

— Стас! Пошли домой!

Настя и Ирина еле оторвали его от дерева и повели домой, поддерживая с двух сторон. Он не сопротивлялся. Говорить физически не мог. Но ноги послушно передвигались. Зашли в подъезд, затащили его в лифт и вдруг у него кончились силы. Он опустился на пол лифта и сел. Шапка сдвинулась на глаза и на лице появилась глупая улыбка.

— Вставай, Стас!

Лифт остановился, но Петрович и не думал вставать. Девчонки были в отчаянии. 120 кг были им не под силу! Но делать что-то было надо. Не оставлять же его в лифте! Народ и милицию мог вызвать! Такое в лифте! Это же безобразие! Они решили скоординировать свои действия. Одна тянула его за руку, вторая толкала в спину. Общими усилиями удалось выпихнуть его из лифта. Он лежал под дверью квартиры как куль. Не мычал и не телился. Похоже хотел заснуть. Девчонки переглянулись и засмеялись.

— Настя, еще один рывок! Надо все-таки затащить его в квартиру.

— Конечно! А как иначе?

Они открыли дверь и потащили его вдвоем за две руки. Порог был небольшой, на полу плитка и тело скользило. Было не легко, но было бы хуже, наверное, если бы пол был деревянный. Затащив тело в коридор, они оставили его ненадолго лежать, чтобы передохнуть.

— Может ему одеяло постелить? — спросила Настя.

— И подушку принести. Спи, любимый…

Тело вдруг зашевелилось и село, прислонившись к стене.

— Ура! — воскликнула Ирина, — Стас, находи в себе силы! Давай я помогу тебе снять куртку.

Настя сняла ему обувь, Ирина стащила куртку. Он вдруг встал, молча зашел в спальню и упал на кровать.

Ирина развела руками:

— Это лучшее, что он мог сделать. Настя! Я лягу с тобой.

— Конечно!

Они легли спать и сразу заснули, без переживаний и сновидений.

Приезд Леры

Ирина проснулась отдохнувшая, со свежими силами и, как ни странно с хорошим настроением. Сегодня должен быть первый новогодний корпоратив. Договорились с музыкантом, что он приедет пораньше. Надо было посидеть с ним пол часика и скоординировать работу по плейлисту. Петрович не вставал. Это было ожидаемо. Он очень боялся разговоров с Ириной после таких выходок. А после вчерашнего, он вряд ли что-то помнил и просто не знал что именно он творил, и что он от нее узнает. Он, впрочем, вставал по своим естественным надобностям, но тут же исчезал в спальне и старался не попадаться жене на глаза. Ирина тоже не хотела говорить с ним перед корпоративом. Портить настроение было категорически нельзя. Она сделала красивую прическу, оделась и в 15.00 за ней приехал Стас. Петрович, видимо, только и ждал ее отъезда, а спящим только притворялся. Потому что, когда около четырех часов Настя вернулась с колледжа, его дома уже не было.

К концу праздника Ирина получила смс:

— Любимая! Ты когда домой? Устала?

— В 23.00 все закончится. Приеду через полчаса.

— Хорошо. Я тебя жду дома.

Петрович встретил Ирину возле подъезда. Вынул сумки с реквизитом из такси и помог выйти ей:

— Беги быстрей в подъезд, пока не замерзла! Мороз такой сегодня! Чуть не околел пока тебя ждал!

Забота просто выглядывала изо всех щелей!

Было смешно и настроение было классное! Первый новогодний корпоратив удался! Программу обкатали, конкурсы зашли людям — значит все остальное пойдет как по маслу. Теперь Петрович опять вошел бы в свою колею и можно было бы спокойно войти в Новый год. Но пока они вошли только в лифт и, наконец, у Ирины появилась возможность посмотреть ему в глаза после двухдневных выходок. Он, похоже, подготовился к этому. Сделал виноватое выражение лица и сразу сказал:

— Прости, ты меня, сам не знаю, как это получилось!

(Прощенное воскресенье — отдыхало! Простите меня, люди добрые!)

— Это меня пугает больше всего. Когда человек не ведает что творит…

Они приехали на свой этаж и зашли в квартиру. Настена вышла поприветствовать их и тут же ушла спать.

— Ты есть будешь? — спросил Станислав, — А то сегодня так рано ушла. Наверное, голодная.

— Чай попью с бутербродом.

Она, по обыкновению, приняла душ и пришла на кухню посвежевшая и с новыми силами. На столе стояли красивые цветы. Букет ее любимых герберов. Откуп. Ирина молча переставила их на подоконник.

— Садись, любимая! Я за тобой поухаживаю. Ты с чем будешь бутерброд? С колбасой или сыром?

Ирина ответила. Ей не очень нравилось это чрезмерное ухаживание, тем более, было понятно, чем это продиктовано, но портить настроение никому не стала:

— Лера приезжает в воскресенье. Полчаса назад она села на паром в Яньтае.

— Да ты что? Это уже через два дня? Я очень рад!

— Вот думаю, с кем поеду ее встречать в воскресенье.

— Как с кем? А я?

— Ты человек ненадежный. Сегодня ты здесь. А завтра я не знаю где ты будешь.

— Что ты такое говоришь, любимая? С тобой буду! Куда же я денусь? Ты что мне не веришь?

— Стас, своими странными поступками, ты заставляешь меня сомневаться в тебе. И самое главное в правильности нашего союза.

— Да как