Если ты осмелишься - Хармони Уэст

Мне нужно все исправить с ней. Когда она вернулась в кампус, я подумал, что, помучив ее, почувствую себя лучше. Это принесло бы мне покой, которого не принес ее оправдательный приговор.

Но этого не произошло. Издевательства над ней за то, что она сделала с Хлоей, только заставили меня чувствовать себя хуже. Еще одно бремя, давящее на мою душу.

Если бы Хлоя знала, что я сделал с Вайолет, она бы никогда не простила меня. Если бы она знала, что я все еще наказываю ее — за то, чего она даже не совершала, — она бы сама распяла меня.

Я слышу ее слова у себя в ушах, кристально ясно, как будто ее призрак стоит прямо рядом со мной на льду. Руки на бедрах, в костюме для фигурного катания. Двигайся дальше, Уэс. Что сделано, то сделано. У нас только одна жизнь, и ты тратишь ее впустую.

Я сглатываю, сдерживая слезы, пока парни проносятся мимо меня, толпа скандирует и глумится, а тренер выкрикивает мое имя.

Я никогда не продвинусь вперед, если навсегда застряну в прошлом. Мои родители были правы — мне нужно простить Вайолет. Простить себя. Потому что не простить ее, не простить нас — значит только причинить боль мне.

И я чертовски устал от боли. Чувствовать ее.

Мы с Вайолет облажались той ночью. Но это был несчастный случай, и Хлоя знает, что мы сожалеем.

Мы в этом вместе. Вот почему я не могу должным образом оплакать свою сестру без Вайолет рядом со мной.

Я не позволю Трею или любому другому мудаку снова встать между нами. Вайолет — самая преданная девушка, которую я когда-либо встречал. Верна своей лучшей подруге до гробовой доски. Верна мне, даже когда я этого не заслуживаю.

Мой маленький цветок, достаточно сильный, чтобы выдержать любую бурю. Цветущий только для меня.

Шайба пролетает мимо моего плеча, и я начинаю действовать, зуммер готов заорать в любую секунду. Мои клинки прорезают лед, и все звуки за моей спиной превращаются в глухой гул. С каждым гулким ударом моего пульса в ушах я готовлюсь к звонку.

Моя клюшка бьет по шайбе с такой силой, что у меня ноет плечо, но она со свистом летит к сетке, мимо ожидающих рук вратаря.

Звонок недостаточно громкий, чтобы заглушить радостные возгласы «Дьяволов», которые с глухим стуком врезаются в меня и кричат, победно подняв палки в воздух.

Я едва справляюсь с рукопожатиями и собранием команды в раздевалке, каждая клеточка моего тела гудит, прежде чем я снимаю свою форму так быстро, как только могу, и вылетаю за дверь.

Вайолет

То, что случилось с Хлоей, было моей виной. Но это также был несчастный случай.

Мне придется вечно жить с чувством вины за то, что я сделала, но я не могу продолжать наказывать себя. Аниса была права — Хлоя хотела бы, чтобы я была счастлива. Она бы хотела, чтобы я двигалась вперед. Она знает, как сильно я скучаю по ней. То, что я сделала, преследует меня каждый день.

Но того, что я сделала, не исправить. И теперь я должна найти способ примириться с самой собой. Продолжать жить, даже если мне придется делать это без нее.

Я не могу дождаться, когда Уэс простит меня, и я больше не собираюсь терпеть шалости или мучения от него и «Дьяволов». Уэс может думать, что он судья, присяжные и палач, но он ошибается. Судья решил, что я невиновна. Нам всем придется с этим жить.

Я проверяю время на своем телефоне. Его игра должна заканчиваться — у меня еще есть достаточно времени, чтобы пересечь кампус и встретиться с ним лицом к лицу.

Мне нужно, чтобы Уэс знал, что мое наказание не вернет Хлою. Это нужно прекратить. Если мы будем избегать друг друга, то сможем смириться с тем, что другой останется в кампусе до тех пор, пока весной не выпустится.

Если он не хочет этого делать, тогда я уйду. Может быть, мама разрешит мне вернуться домой, но даже если она этого не сделает, со мной все будет в порядке. Я сниму квартиру и поступлю в общественный колледж. Или, может быть, я найду пару работ, пока буду писать свои книги и публиковать их.

Мысль о том, что Хлоя никогда не прочтет ни одной из моих книг, разбивает мне сердце. Но написание их, посвящение первой из них ей, поможет мне начать собирать кусочки воедино.

Я иду долгим путем к катку, пытаясь настроиться и отрепетировать то, что собираюсь сказать Уэсу. Я не жду прощения или дружбы. Но я очень надеюсь, что он выслушает.

К тому времени, как я добираюсь до катка, парковка почти пуста, игра давно закончилась. Черт. Может быть, я опоздала. Может быть, он уже ушел.

Я спешу внутрь, в раздевалку. По ту сторону двери тишина.

— Уэс? — Зову я.

Тишина.

Я стучу в дверь.

— Уэс?

Ничего. Я дергаю за ручку, но она не поддается.

Я не позволю ему избегать меня. Пока он не откроет эту дверь, я не уйду. Я буду колотить в эту дверь всю ночь, разнесу его телефон, сделаю все возможное, чтобы заставить его выслушать меня.

— Уэс! — Может, его там нет. Может, я уже соскучилась по нему.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь развернуться и направиться обратно, дверь распахивается.

Чья-то рука хватает меня за руку, втаскивает в комнату и захлопывает дверь.

Глава 37

После

Уэс

Ее нет ни в общежитии, ни в столовой. Когда я захожу в библиотеку, за столом сидит только пожилая библиотекарша, очки сползли у нее на нос, а глаза бегают по странице открытой перед ней книги.

— Вайолет убирает книги? — спросил я.

Библиотекарша хмурится, когда видит меня. —

Ее здесь нет. И я надеюсь, что ты запланировал для нее грандиозный жест, который будет лучше, чем эй, э-э, виноват.

Господи, у меня нет времени на очередную лекцию.

— Есть какие-нибудь идеи, где я могу ее найти?

Библиотекарша пожимает плечами и возвращается к своей книге.

Точно. Я стискиваю зубы, выхожу из библиотеки и достаю телефон, минуя уведомления, чтобы позвонить Вайолет.

Ее телефон звонит и не