Мелодия души - Мэри Бэлоу

– Кэти? Ты хотела поговорить со мной? – Сэр Генри снял с головы треуголку, когда Кэтрин открыла дверь коттеджа.

Вчера вечером она передала свою просьбу с управляющим Верни, который приезжал навестить ее отца. Вчера было слишком поздно ехать к ней. Всю ночь он почти не сомкнул глаз и рано утром был у нее. Но если у пего теплилась надежда, то при первом взгляде на ее осунувшееся лицо, она угасла.

– Да, – сказала она. – Я не знала, с кем поговорить.

Папу это только расстроит. Оставался только ты или лорд Кендрик Эшли. Но я не могу ни пойти к нему, ни позвать ко мне сюда. Он может сказать об этом... – Она замолчала, взглянув на него встревоженными глазами.

– Возьми шаль, и мы с тобой прогуляемся, – сказал он.

Они направились к мосту. Сэр Генри предложил ей руку и обрадовался, когда она не отказалась опереться на нее. Перейдя мост, они свернули на тропинку вдоль реки на противоположной стороне от Пенсхерста.

– Чем ты так расстроена? – спросил он, дав ей время немного успокоиться. – Чем я могу помочь тебе, Кэти?

– Не знаю, с чего начать. – Она подняла на него влажные карие глаза.

– Начни с чего хочешь. Все утро, а если потребуется, то и целый день в твоем распоряжении.

Она несколько раз порывалась начать. Наконец решилась.

– Я всегда предполагала, что мы поженимся. Я имею в виду – ты и я, – сказала она. – Не думаю, что разница в нашем положении остановила бы тебя. И ты.., мне нравился.

– Да, – согласился он, – я тоже всегда предполагал это. Я любил тебя.

– Не знаю даже, как назвать то, что у меня было с Грегори, – продолжала она. – Неожиданно оказалось, что я ему нужна. Не думаю, что он любил меня, но он принялся с таким упорством ухаживать за мной, что я, сама не зная, почему, поддалась его настойчивости.

Возможно, мне льстило его внимание. Он был из Пенсхерста, а папа работал у него. А может быть, я почувствовала, что нужна ему. Любовь, которая связывала нас с тобой, была спокойным чувством, и я только впоследствии поняла, насколько глубоким. Я не могу объяснить, почему я ответила на его ухаживания.

– Я думал, – заметил он обиженно, – что ты разлюбила меня, Кэти. Что ты полюбила его.

– Я и сама пыталась убедить себя в этом, хотя еще до того, как он погиб, понимала, что это не так. И не было никакого мистера Смита, Генри. Я не была замужем.

– Знаю, – спокойно отозвался он.

– Ты знал? – Она взглянула на него и закусила губу.

– Еще до того, как ты сюда вернулась, – подтвердил он. – А если бы даже не знал, то сразу понял бы все, как только увидел Эрика.

– Он очень похож на Грегори, не так ли? – печально проговорила она.

– Кэти! – Надежда снова проснулась в его сердце. – Ты поэтому отказала мне вчера? Ты думала, что я не знаю?

Что не захочу жениться на тебе, узнав, что ты не была замужем и Эрик – незаконнорожденный ребенок? Это не имеет для меня ни малейшего значения. Ты стала бы моей женой, а он – моим сыном.

– Думаю, я виновата кое в чем более серьезном, чем это, – произнесла она дрожащим голосом.

– Расскажи мне обо всем наконец, – попросил он. – После возвращения сюда ты стала такой молчаливой и грустной, какой не бывала никогда. У тебя чудесный сынишка, Кэти, и ты очень хорошая мать. У тебя нет причин чувствовать себя несчастной. И о каких это ужасных провинностях ты упоминала?

– Я уехала на время к родственникам моей матери.

Они меня хорошо приняли и были ко мне очень добры. В этом мне повезло. Но я была зла на себя, мне было горько, что я испортила себе жизнь, легкомысленно отказавшись от того, что могло бы дать мне счастье Даже шанс стать респектабельной женщиной судьба отобрала у меня, когда Грегори погиб вдень нашего бракосочетания. Мой сын, который мог бы унаследовать Пенсхерст после смерти отца, стал незаконнорожденным. А папа, ни в чем не повинный папа, который всегда так гордился своей работой, был уволен. И во всем этом была виновата она Не знаю, за что она меня так ненавидела. Возможно, просто потому, что я была дочерью управляющего ее отца Но я была леди, а папа – джентльменом. Грегори все равно женился бы рано или поздно. Она, должно быть, понимала это, но ненавидела меня. Мне кажется, что она возненавидела и его, когда он рассказал ей обо мне. Знаешь, Генри, я всегда думала, что она убила его. Наверное, нехорошо подозревать такое?

– Нет, – возразил он.

– Так это правда? – тихо спросила Кэтрин, вскинув на него округлившиеся глаза.

– Да, – кивнул он. – Думаю, это правда, Кэти.

– Там был один человек, приятель моего двоюродного брата. Он был очень богат, потому что унаследовал большие деньги после смерти нескольких родственников. Его удручала мысль о том, что у него нет земельных владений Он был красив, обаятелен, внимателен и относился ко мне с сочувствием. Мне нравилось его внимание. Грегори погиб, тебя я потеряла навсегда. Я была ему благодарна и выложила все свои обиды, все подозрения.

– Возможно, ты поступила опрометчиво, Кэти, но тебя можно понять. Хотя лучше бы ты обратилась тогда ко мне – Нет, – сказала она, – ты тогда не стал бы меня слушать, Генри. Ты был сердит на меня и обижен. И тебя можно понять. А если бы я сказала тебе тогда, что жду от Грегори ребенка...

– Да, – тихо согласился он. – Ты права. В то время я ненавидел тебя.