Отброс - Мари Секстон

- Тейлор? - Позвал Уоррен. - Я знаю, ты уже встал. Ты, должно быть, проголодался. Выходи и поешь.

- Я иду, - сказал Тейлор.

Он посмотрел на свое отражение, изучая темный синяк вокруг левого глаза. Он вспомнил, как Уоррен крепко прижимал его к себе, когда он засыпал. Он чувствовал себя таким умиротворенным, но теперь при мысли о том, что он выйдет за дверь и увидит Уоррена, его бросало в холодный пот.

За долгие годы он стал экспертом по отпугиванию мужчин. Он не знал, как смотреть в лицо тому, с кем решил остаться.

Он медленно оделся и спустился в холл, чувствуя, как от голода и нервов сводит желудок. Уоррен уже поел и споласкивал свою тарелку. На столе стояло еще одно блюдо — яичница-болтунья, бекон, тост с маслом и стакан апельсинового сока. Пока Тейлор стоял, наблюдая за происходящим, Уоррен поставил рядом чашку с горячим кофе.

- Садись, - мягко сказал он.

Тейлор не мог даже взглянуть на него.

- Прости.

- Это я должен извиниться, Тейлор. После твоего последнего эпизода я сказал, что справлюсь с твоими плохими днями, но когда пришло время доказать это, я подвел тебя.

- Нет. - Тейлор подавился этим словом, борясь со слезами. - Уоррен...

- Это не имеет значения. Ты прощен. И, надеюсь, сможешь простить меня.

- Ты не сделал ничего плохого.

- Я тоже не очень-то хорошо поступил. Я думаю, лучшее, что мы можем сделать, это признать, что мы оба плохо справились, и пообещать друг другу, что в следующий раз поступим лучше. Согласен?

У Тейлора закружилась голова. Нет, он не мог с этим согласиться. Он считал, что Уоррен не заслуживает ни малейшей доли вины. Только не после всего, что сделал Тейлор. Только не после того, что он наговорил.

- Садись и ешь, - сказал Уоррен мягким голосом.

Но это было слишком просто.

- Нет. Я ударил тебя ногой. И дал пощечину. Я наговорил ужасных вещей. Я не имел этого в виду.

- Ты прощен.

Тейлор покачал головой.

- Я этого не заслуживаю.

Уоррен придвинулся ближе. Он протянул руку, чтобы коснуться щеки Тейлора, но Тейлор отдернулся.

- Не надо.

Уоррен издал низкий горловой звук, что-то похожее на рычание, что-то, что говорило скорее о разочаровании, чем о гневе.

- Если бы я ударил тебя прямо сейчас, ты бы принял это без возражений, не так ли?

Тейлор кивнул, почти надеясь, что это произойдет. Он был бы рад такому наказанию.

- Да. Я это заслужил.

- И все же, когда я пытаюсь проявить к тебе хоть какую-то привязанность, ты отстраняешься.

Тейлор моргнул и покачал головой, пытаясь придать всему этому смысл. Он пытался все исправить, но каким-то образом сделал только хуже.

- Я не хочу, чтобы ты на меня злился. - И это была правда. - Я был ужасен по отношению к тебе.

Уоррен вздохнул. Он снова потянулся, на этот раз, чтобы взять Тейлора за руку, и Тейлор позволил ему.

- Ты помнишь прошлую ночь? - Спросил Уоррен. - В конце вечера, когда все разошлись по домам?

Тейлор кивнул.

- Да. - Это был шепот.

- Ты помнишь, что произошло прямо перед тем, как я тебя развязал?

- Да. - И воспоминание об этом теплом, чудесном подарке наполнило его светом и счастьем. - Я помню.

- Расскажи мне, что это значило. Расскажи, что тебе запомнилось больше всего.

На ум сразу пришло одно слово.

- «Желанный». Ты сказал «желанный».

На этот раз он не отстранился, когда Уоррен прикоснулся ладонью к его щеке. Он не сопротивлялся, когда Уоррен запрокинул его голову, чтобы встретиться взглядом.

- Нет ничего плохого в том, чтобы быть любимым, не так ли?

Глаза Тейлора снова наполнились слезами. Он так устал плакать!

- Да. В этом есть что-то неправильное, потому что я этого не заслуживаю.

- Это не тебе решать, Тейлор. Я решаю. - Он положил свои огромные ладони на щеки Тейлора, его прикосновение было твердым, но нежным. - Подумай о вазе. Ты ведь не можешь говорить мне, что я чувствую по этому поводу, не так ли?

Такой простой вопрос, и все же он был удивлен ответом.

- Нет.

- Я определяю ценность того, что принадлежит мне. Я, не ты.

- Но...

- Я говорю, что из моего имущества ценно, красиво и важно. Не ты. Ты понимаешь?

Это было похоже на какую-то оптическую иллюзию, было ясно одно, пока он не взглянул на это с другой стороны. Тейлор кивнул, чувствуя, как мир уходит у него из-под ног.

- Думаю, что да.

- Ты не имеешь права указывать мне, что мне дорого, а что нет.

- Думаю, нет.

- Так ты мой или нет?

- Да. - Он вложил все свое сердце в это единственное слово, и оно наполнило его сияющим умиротворением. - Да, если ты действительно думаешь, что хочешь меня.

- О, милый. - Улыбка Уоррена была нежной. - Если бы это было не так, меня бы здесь до сих пор не было.

А потом Уоррен поцеловал его. Поцелуй был глубоким, медленным и нежным, как вопрос, и Тейлор обнял Уоррена за шею и сделал все возможное, чтобы сказать «да». Да, я принадлежу тебе. Да, я могу принадлежать тебе. Он не чувствовал ничего, кроме надежды, облегчения и любви, и Тейлор погрузился в сладость этого чувства. Он провел годы в страхе, но теперь в этом не было необходимости. Он мог бы доверить всю свою жизнь сильным, умелым рукам Уоррена.

Уоррен позаботится о нем, несмотря ни на что. Все пошло не совсем так, как надо, но Уоррен поклялся, что в следующий раз будет лучше, и Тейлор поверил ему. Уоррен был не из тех, кто легко дает обещания.

Уоррен не бросил бы его только потому, что у него был плохой день.

Уоррен был бы сильным ради него.

Когда поцелуй, наконец, закончился, Тейлор обнаружил, что улыбается. Уоррен с довольным видом провел большим пальцем по губам Тейлора.

- Итак, по десятибалльной шкале, что было вчера?

Тейлор мог бы рассмеяться, если бы воспоминания не причиняли ему боль.

- Целых одиннадцать.

- Тогда ладно. Это значит, что мы пережили самое худшее, верно?

- Надеюсь.

- Прости. Готов ли ты признать это или нет,