По ту сторону тьмы - Р. С. Болдт

Он подзывает бармена, заказывает пиво для себя и жестом показывает на меня.

— И еще одно для этой прекрасной женщины.

Мысленно кривлюсь от комплимента. Слова звучат отработано, словно он постоянно к ним прибегает.

— Спасибо.

Парень кивает и спрашивает:

— Так как тебя зовут, красотка?

— Джорджия.

Он протягивает ладонь.

— Приятно познакомиться, Джорджия. Я Брэди.

Я кладу свою руку ему на ладонь и тут же ощущаю влажность. Мерзость!

— Взаимно.

Он наклоняет голову и жестом показывает на сцену караоке.

— Планируешь выступать?

Мои глаза округляются.

— Ой, нет. Только не я. Я просто зрительница.

Бармен приносит нам напитки, и Брэди протягивает свою кредитную карту, чтобы открыть счет. Он поворачивается ко мне с пивом в руке и поднимает его для тоста.

— Выпьем за веселую ночку, Джорджия.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

БРОНСОН

Сука!

Я закончил прочесывать записи с камер наблюдения в доме с той минуты, где появился тот невидимый псих, и все еще ничего не могу найти.

Ни единой чертовой детали.

Проведя рукой по волосам, сжимаю пальцы, крепко цепляясь за пряди. Вдобавок ко всему, мне пришлось разобраться с одним из наших парней, чьи яйца неожиданно стали непомерными. Мужик счел, что хитер, продавая наш самогон на стороне по более высокой цене и оставляя прибыль себе.

Костяшки до сих пор адски болят, но скорее от удовлетворения. Этот дебилоид знает, что в следующий раз в качестве предупреждения его не отмудохают, а пустят пулю промеж глаз. И свет потухнет навсегда.

Звонит телефон, и когда я смотрю на определитель номера, меня охватывает тревога. Я поручил Стиву следить за Джорджией. Черт возьми, лучше бы ей не быть на свидании с этим долбанным копом.

Когда я отвечаю, фоновый гул становится почти оглушительным; в трубке раздается голос Стива.

— Добрый вечер, босс. Извините за беспокойство, но я хотел поделиться новостями.

Он звучит чертовски нервно и совершенно не похож на себя, отчего каждая мышцы тела приходит в состояние боевой готовности.

— Что происходит?

— Ну, милая… то есть мисс Джорджия сейчас здесь, в «Дикой Киске», и…

— С кем она? — вскакиваю со стула и принимаюсь расхаживать взад-вперед, прижимая к уху телефон. С каждым последующим шагом во мне нарастает возмущение.

— Она пришла одна, но у нее появилась компания.

Замираю на месте, осознав, что он сказал.

— Вот как?

— Ничего такого, с чем бы я не справился, но я позвонил не поэтому. Это потому, что она немного…

Его голос заглушает внезапный раскатистый шум и звонок обрывается.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

ДЖОРДЖИЯ

Обожаю этот бар!

Возможно, именно поэтому я сейчас горланю эту песню.

Может, я то и дело запинаюсь на некоторых словечках, но эти люди такие чумовые, что просто подбадривают меня.

Однозначно лучшая ночка в жизни!

Когда песня заканчивается, бодро передаю микрофон ди-джею. Моя улыбка настолько широка, что мышцы лица побаливают, но это та самая счастливая улыбка, о существовании которого я раньше и не подозревала.

Когда схожу со сцены, меня немного шатает, но мне удается удержаться на ногах и вернуться на свое место. Брэди ухмыляется, когда я подхожу.

— Браво!

Опустившись на барный стул, глубоко вздыхаю и собираю волосы, чтобы обмахать ими шею. На сцене под дополнительным светом становится капец как жарко.

— Ты не говорила, что тебе нравятся татушки. — В голосе Брэди прозвучало больше, чем намек на похотливый интерес. Требуется минутка, чтобы отогнать легкое головокружение и понять, что он имеет в виду.

Твою ж мать. Опускаю взгляд и понимаю, что вырез топика без рукавов сместился, обнажив часть татуированной кожи, а ткань прилипла к блестящему от пота телу. Поморщившись, я поспешно натягиваю ее на место.

— Да ладно. Все путем. — Голос парня звучит странно, словно он говорит в комнате с сильным эхо. На лбу и верхней губе выступает пот, а лицо охватывает внезапный жар.

— Мне что-то нехорошо.

Брэди кладет ладонь мне на спину.

— Давай уйдем отсюда?

Соскальзываю со стула, цепляясь за край барной стойки, чтобы не свалиться на пол в безжизненную кучу. Интуитивно понимаю, что тошнота вызвана не только алкоголем. По спине пробегают мурашки осознания. Они оставляет после себя зловещее предостережение, жутко шепча в голове: «Опасность!».

От страха я спотыкаюсь.

— Полегче, — умасливает Брэди. Он кладет руку мне на бедро, а сам обхватывает сзади, чтобы поддержать.

Мы не успеваем сделать и нескольких шагов к выходу, как раздается громкий взрыв, а затем пронзительный звук, от которого я закрываю уши. Секундой позже что-то врезается в мое правое бедро и отбрасывает назад. Жгучая боль пронзает тело, и я замираю, когда раздаются новые выстрелы и начинается столпотворение.

Огромное тело нависает надо мной, заслоняя. Стив. Темные глаза устремлены в мои, и он кричит, чтобы было слышно на фоне оглушительного шума и криков посетителей.

— Не шевелитесь, милая. Я рядом.

Его голова поворачивается, брови напряженно сведены, словно он пытается определить, откуда стреляют. Когда выстрелы наконец заканчиваются, вдалеке раздается вой сирен, и Стив вскакивает на ноги. Он тянет меня за собой и, быстро изучив мое лицо, берет на руки и несет к задней части бара.

Его длинные ноги быстро преодолевают расстояние, но при каждом шаге я ударяюсь бедром о его бедро, и от боли зажмуриваю глаза.

Как только он прошмыгивает через задний выход, нас встречает ночной воздух с томительным намеком на влажность.

— Нужно увезти Вас отсюда, пока легавые не пришли. — Он усаживает меня на капот своего автомобиля, продолжая осматривать окрестности. Затем открывает пассажирскую дверь и практически заталкивает меня внутрь, после чего обходит машину и садится за руль. Мужчина едва успевает включить зажигание, как мы уже выезжаем на улицу и отправляемся прочь от бара.

— С Вами все будет в порядке, милая. — Его голос ровный и утешительный, и он бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. — Понимаю, что больно, но это гораздо лучше, чем получить настоящую пулю.

Мозги тормозят, поэтому требуется много времени, чтобы осмыслить сказанное.

— Что Вы имеете в виду?

— Они стреляли резиновыми пулями. — Хрипит он. — После броска светошумовой гранатой. — Следующие слова он произносит вполголоса, и складывается впечатление, что он говорит скорее с самим собой, чем со мной: — Откуда они достали такой серьезный боеприпас…

У него звонит мобильный телефон, и он почти сразу же отвечает. Закрыв глаза от испытываемого головокружения, которое мучает, глубже вдавливаюсь в сиденье, будучи благодарной за затемненные окна, которые загораживают яркий свет уличных фонарей. Смутно улавливаю обрывки разговора Стива.

«…пижон заигрывал с ней в баре…»

«…в нее попала