Утреннее сияние - Сара Джио

– Пожалуйста, называйте меня Ада.

Он пригласил меня пройти. Чистая, уютная квартира была со вкусом обставлена современной мебелью – я заметила угловой диван и полированный кофейный столик. Похоже, над интерьером поработал умелый дизайнер. Не сомневаюсь, что это была женщина. Интересно, он за ней ухаживает? Я представила себе даму моложе его раза в два, лихо водящую «БМВ».

– Хотите что-нибудь выпить? – предложил он.

– Воды, пожалуйста.

Он вернулся с маленькой бутылочкой «Эвиана» из холодильника и поставил ее на кофейный столик передо мной. Бутылка запотела, и капельки воды скатывались по стеклу.

– Итак, – бодро начал он, – чем могу вам помочь?

Я положила пакет с рулетиками на кофейный стол.

– Хотите попробовать?

– Нет, спасибо, – сказал он, указывая на сердце. – Я вынужден соблюдать строжайшую диету.

– Я это испекла по рецепту вашей жены, – сказала я. – Рулеты с корицей по рецепту Пенни.

Он выглядел потрясенным.

– Вы сказали, что это по рецепту Пенни? Каким образом вы…

– Я нашла записную книжку с рецептами.

– Где?

– В сундуке, который стоит в доме.

– В гостиной?

– Да. Ее вещи в целости и сохранности. Время их пощадило. Ее свадебное платье, кое-какие книжки и разные памятные вещи…

Я вытащила синюю записную книжку и положила ее на стол. Он взял ее и начал листать страницы. Его подбородок слегка затрясся от волнения при виде знакомого почерка.

Было довольно забавно наблюдать за этим стариком. Но его переживания были глубоко личными, поэтому я подняла глаза и принялась разглядывать женский портрет на стене. Она была очень красива, со светлыми волосами, в платье с глубоким вырезом. Женщина сидела на причале, всматриваясь в серые воды озера. Устремленные вдаль глаза были полны грусти. Казалось, она находится не в настоящем, а всматривается в будущее. Наверное, это и есть Пенни.

– Да, это она, – сказал Декстер, проследив за моим взглядом. – Я написал этот портрет через год после ее исчезновения.

– Она была необыкновенно красива, – сказала я.

Декстер кивнул.

– Она была самым красивым созданием, которое я когда-либо видел. Столько лет прошло, а я так и не встретил никого, кто мог бы с ней сравниться.

– Вы были счастливы вместе?

Декстер в задумчивости потер лоб.

– Когда-то давно… Но я был слишком поглощен работой. Случались и мимолетные увлечения, и я никогда не прощу себе этого.

Я подумала о Лане Тёрнер, но не решилась спросить его о ней.

– Как вы думаете, что же все-таки случилось в ту ночь, когда исчезла Пенни?

– Хотел бы я это знать, – произнес он. – Дело в том, что кошмары этой ночи постоянно преследуют меня. Я снова и снова прокручиваю все события в голове в надежде, что вспомню что-либо, ускользнувшее от моего внимания в тот роковой день.

– Расскажите мне все, что помните.

Декстер вздохнул.

– В тот вечер был Бал холостяков на причале, ежегодная вечеринка с участием всех соседей. Мы тогда сильно поссорились.

– Из-за чего?

– Она сообщила мне, что беременна, – сказал он.

– Вы должны были бы быть счастливы?

Он грустно покачал головой.

– Я знал, что этот ребенок не от меня. Я был так ослеплен гневом, что не думал о ее переживаниях, о том, в каком ужасном положении она оказалась. Зачем я заставил ее страдать? Она вовсе не заслуживала такого отношения. Если бы можно было повернуть время вспять, я бы с радостью принял это известие, считал бы этого ребенка своим.

– Значит, вы оттолкнули ее?

– Я хотел, чтобы она заплатила за всю боль, которую мне причинила. Я убежал тогда из дома. И пошел к Наоми.

Я подняла брови, вспомнив фотографии Наоми, которые показал мне Алекс.

– Между нами была любовная связь, – признался он. – Послушайте, я вовсе не горжусь некоторыми эпизодами из прошлого, особенно этим.

– А когда вы узнали, что Пенни… исчезла?

– Сын Наоми, Джимми, плакал, – сказал он. – Его отец, Джин, пошел посмотреть, где Джимми, и нашел его плачущим в одиночестве на палубе. Позже он сказал мне, что… Знаете, на этот счет потом было много всяких домыслов… В общем, он сказал, что его сын видел, как она уплыла на лодке.

– На лодке? С кем?

– Думаю, с Колином, – сказал он, – он жил на соседнем причале. Наоми рассказала мне, что Пенни сблизилась с ним, когда я находился в Калифорнии. Думаю, он и был отцом ребенка.

Даже сейчас, по прошествии стольких лет, я почувствовала, что Декстер глубоко страдает.

– Тем не менее, – продолжал он, – эта версия распалась. Когда детективы допрашивали этого парня, я узнал, что они с Пенни планировали уехать той ночью вместе, но что-то пошло не так. Они поссорились, и он уехал без нее.

– Вы уверены, что он не вернулся за ней? – спросила я, надеясь в душе, что Пенни в конце концов уплыла в лучах заката с человеком, которого по-настоящему любила.

Он покачал головой.

– Нет, к тому времени, как это случилось, Колин уже вышел на яхте в океан. Он был далеко от озера Юнион. Значит, кто-то другой заманил ее в лодку.

– Кто же это мог быть?

Декстер всплеснул руками.

– Полиция допросила нескольких бездомных, бродивших в окрестностях. Они годами рассматривали одну версию за другой, но ничего не срасталось. Я молил Бога, чтобы в ту ночь она просто прыгнула в лодку и уплыла, как всегда мечтала. Но не думаю, что это было именно так. Ее мать умерла в 1972-м, так и не увидев дочь, а ведь Пенни имела обыкновение звонить ей почти каждый день.

Он потер лоб.

– Больше всего на свете я жалею, что оставил ее той ночью одну. Мне, со всеми моими прегрешениями, следовало бы простить ее.

Он замолчал и, казалось, еще глубже погрузился в свое горе, но я не собиралась оставлять его в покое, не выяснив все обстоятельства.

– А Колин? – спросила я. – Как он жил все это время?

– Я сам хотел бы это знать, – ответил он, снова поднимая глаза. – Он покинул Лодочную улицу и никогда больше туда не возвращался, за исключением одного-единственного раза, когда оставил яхту на попечение Джимми.

– Да, я знаю.

– Я выяснил это только годы спустя, – продолжал он. – Но, судя по всему, Колин погиб.

– Каким образом?

– На яхте в Ки-Уэст. Говорят, у него случился сердечный приступ. Береговая охрана обнаружила его, когда он уже скончался.

Декстер был мрачен.