Любовь в награду - Джулия Энн Лонг

От предчувствия беды волосы у него на затылке встали дыбом.

– Сюда, милорд, – спокойно сказал лакей.

Филипп последовал за ним и остановился только в фойе. Пол здесь был выложен плиткой, как шахматная доска.

Его лакей Рамзи ждал у дверей, освещенный лишь двумя высокими фонарями, свет которых практически обесцвечивал его лицо. На пол вокруг Рамзи стекали капли дождевой воды.

В ушах у ла Вея зашумело.

– Что-то с миссис Фонтейн? – резко спросил он.

Его вопрос удивил лакея.

– Нет, милорд. Видите ли, милорд, мне неловко беспокоить вас. Я не сделал бы этого, если бы…

– Давайте же, Рамзи, договаривайте!

– Юный мистер Фонтейн пропал.

Сердце Филиппа сжалось.

– Джек? – хрипло спросил он.

– Миссис Фонтейн пошла проведать его после обеда, но его не оказалось в постели. Мы обыскали весь дом. Мы то и дело звали его. Мы даже… – Рамзи с трудом сглотнул, – заглянули под лестницу… на случай, если…

Филипп предостерегающе замотал головой. Окончание предложения ему хотелось услышать не больше, чем лакею договаривать его.

Шум в ушах Филиппа стал громче, а сердце застучало так, как сапоги солдат стучат по площади на военном параде. Он мгновенно и почти осязаемо ощутил ужас Элайзы, словно это был приближающийся шторм или змея, обвившая сердце. Ла Вей узнал в себе ту холодную ярость, которая постигнет кого угодно, вселенную или судьбу, если те дерзнут причинить вред ей или Джеку.

Он все сделает правильно.

– Миссис Фонтейн известно, что вы здесь? – спросил он.

– Нет, милорд. Она не позволила бы мне побеспокоить вас. Поэтому я ушел, не сообщив ей об этом. Она все еще обыскивает дом и зовет мальчика по имени… – Рамзи вздохнул.

Подняв руку, Филипп быстро сжал плечо лакея.

– Вы поступили правильно.

До революции ничего подобного ни один из ла Веев не сказал бы лакею и не сделал.

До Элайзы Фонтейн.

Какое-то смутное предположение зашевелилось в его голове, и Филипп сосредоточился на нем, словно это была его добыча на охоте.

– Это так не похоже на мистера Джека, – заметил Рамзи. – Прошло уже почти два часа, милорд. Хотя, возможно, и больше. Мы точно не знаем. Миссис Фонтейн обезумела, лорд Ла Вей. – Голос Рамзи чуть не сорвался. – Трудно это вынести, милорд. Знаете, миссис Фонтейн нам нравится. Она так добра ко всем нам.

– Филипп?! – раздался раздраженный голос – голос Александры. Застучали каблучки по полу фойе у него за спиной.

– Минуту! – сказал он резко, отмахиваясь от нее, как от комара, и едва ли осознавая, что так заговорили бы с ним все, кого он знает. Ла Вей думал.

Впрочем, удивленный возглас Александры свидетельствовал о том, что она не полностью оценила ситуацию.

– Я не ваш подчиненный и не один из этих грязных варваров на вашем корабле, Филипп! – отчеканила леди Придо. – Вы не имеете права говорить со мной таким тоном.

– Минуту! – повторил Ла Вей.

Ему было все равно, с кем он говорит, он сказал бы то же самое самому королю.

Филиппу удалось наконец ухватить суть своей идеи.

Он тут же взялся за дело – его приказания были быстрыми, жесткими, яростными и неоспоримыми.

– Я знаю, где он. Отправляйтесь за миссис Фонтейн и привезите ее в церковь, Рамзи. Немедленно! Немедленно, парень!

Развернувшись, лакей бросился выполнять распоряжение принца с такой скоростью, будто им выстрелили из пушки. За спиной у ла Вея стоял тот самый лакей, который сообщил ему о срочном деле. В руках он держал плащ принца, и тот быстро накинул его на плечи.

Схватив один из настенных фонарей, Филипп выскочил за дверь.

– Филипп…

Голос Александры вполне можно было принять и за шум ветра.