Небо сквозь жалюзи - Дарья Панкратова

Пока грелся чайник, Агата вкратце рассказала, кто, как и почему помогал ей делать ремонт.

– У тебя с ним на какой стадии развития отношения? – спросил проницательно Кирилл.

Агата покраснела:

– Ничего серьезного! Пока… Не было. Я… Я не знаю. Я нужна ему… кажется.

– Я не давлю на тебя и не жду, что ты бросишь тут все, забыв о своей питерской жизни. Я лишь прошу тебя сделать выбор. Окончательный выбор. Серьезный выбор, не надо метаться туда-сюда. Лучше этим ты никому не сделаешь.

Кирилл отошел от подоконника, перестав вглядываться в темноту и словно искать там ответы. Агата в это мгновение сделала шаг к холодильнику. Они оказались совсем близко друг к другу и…

Руки Агаты обвились вокруг шеи Кирилла. Он жадно прижался губами к ее рту. Губы Агаты дрожали, в глазах стояли слезы. Это было похоже на наваждение и на возвращение домой одновременно. Не в силах сдерживать страсть, они стаскивали друг с друга одежду, при этом Агата умудрилась порвать манжет рубашки Кирилла. Наконец он подхватил ее на руки и понес в нишу, где с трудом находилось место для одного человека…

Были жертвы: Кирилл заработал синяк, стукнувшись с размаху о светильник. Он шептал имя Агаты, целовал ее шею, плечи, потом окончательно освободил девушку от остатков одежды.

Агата судорожно выгибалась, ощущения были острыми, болезненными, сильными. Ей казалось, что близость с Кириллом еще никогда не была такой сладкой. Их громкие стоны почти совпали по времени. И веки Агаты сразу же отяжелели. Она уснула, уютно устроившись на плече Кирилла, о чем мечтала столько долгих недель…

* * *

Записка гласила: «Прости. Не хотел будить тебя. Просто захлопнул дверь. Мне еще в издательство. Я понимаю, что эта ночь ни к чему нас не обязывает. Может, сильно соскучились, а, может, просто ностальгия? Похоже, ты еще не разобралась в себе. Удачи. Кирилл».

Агата перечитала записку еще три раза. Нет, она не кинулась набирать его номер. Она приняла душ, оделась потеплее, заперла квартиру и вышла из дома.

Она не пошла к метро, не стала ловить машину или вызывать такси. Она просто шла бездумно, без оглядки, ровно туда, куда вели ее ноги.

Она прошла через весь Каменноостровский проспект, вышла к Адмиралтейству, постояла на мосту под пронизывающим ветром. Небо было сияющим, небо было голубым, на небе не было ни облачка.

Но, пока Агата дошла до любимой Дворцовой площади с ее монументальным Александрийским столбом, погода резко изменилась. «Кажется, опять будет метель», – сообразила Агата.

Все это время у нее в голове не было ни единой мысли. И вдруг она поняла, что изо всех сил пытается принять решение, стараясь, чтобы оно было единственно верным.

Казалось, что лопнет голова. Она давно не видела одного, она привязалась к другому. Она любила Кирилла, но…

Ей надо было найти какой-то довод.

И довод всплыл в голове, но он оказался таким, что лишь еще больше все запутал…

Гадалка. Пожилая женщина, цыганка, которая встретилась Агате в день приезда в Петербург. «В этом городе встретишь свою любовь», – сказала цыганка.

Черт, черт! Что же это такое? Ведь здесь она встретила Антона. Но здесь она столкнулась и с Кириллом!

Хотя… постойте… погодите…

А вот это любопытно. Вот это уже важно. Яночка говорила: тот, кому ты дорога, любит тебя такой, какой ты была, а не обязательно красоткой, которой ты стала.

И внезапно все мысли выключились в голове у Агаты, стало так ясно, так светло, что она позволила себе просто чувствовать, просто быть.

И она побежала.

Быстрый взгляд на часы: сколько времени?

Она успеет, она должна успеть!

Агата подумала было о том, чтобы поймать машину. Но, оценив движение на проспекте, она поняла, что это лишь уменьшит ее шансы.

О метро девушка почему-то даже не вспомнила…

И всю оставшуюся дорогу до Московского вокзала она бежала бегом.

Вот и поезд Кирилла, а вот и вагон, а он – где же он сам?

Агата прижималась лицом ко всем окошкам подряд.

Кирилл выскочил к любимой в расстегнутом пальто. Его взъерошенные волосы тут же покрылись снежинками.

Агата принялась целовать его, не дав сказать ни слова.

– Зачем ты здесь? – наконец удалось выговорить ему.

– Уважаемые пассажиры, займите, пожалуйста, свои места, поезд отправляется, – медовым голосом сообщила проводница.

Агата прижалась к Кириллу, просунула руки под его пальто, крепко обняла.

– Потому что я люблю тебя, – счастливо выговорила она, – вот почему.

Поезд тронулся.

Агата и Кирилл стояли и целовались под метелью.

Еще немного, и они стали бы похожи на традиционных питерских снеговиков.

Вовремя опомнился Кирилл:

– Идем, чудо… чудовище ты мое.

– Куда?

– А тебе не все равно?

– Боже! А где твой багаж?

– Все нормальные люди путешествуют с кредиткой и с паспортом. Я прекрасно обхожусь без багажа. И тебе придется.

И они отправились в кассы – купить два новых билета на поезд, идущий в столицу.

КОНЕЦ