Воронья душа. Том 2 - Дарья Нестерук

— Вот оно что. Наверное, у Бога есть причины на то, чтобы скрывать эту тайну.

Я погрузилась в раздумья, но шаг старалась не сбавлять. Нужно было как можно быстрее добраться к гарпиям: время было на исходе, как и мои силы.

— На самом деле, есть. Как тебе уже известно, монстры охраняют ингредиенты, а эти ингредиенты могут служить как во благо, так и во вред. Если они попадут в плохие руки, это нанесет непоправимый урон жителям Ваккерланда. — Фамильяр, видимо, понял, о чем я думаю, и решил помочь мне понять происходящее.

— Тогда зачем Бог создал что-то столь опасное? Не проще ли было просто не создавать эти ингредиенты? — Повернув голову вправо, я недоумевающе взглянула на ворона, в ожидании очередных объяснений.

— Дело в балансе. Я не жду, что ты поймешь, но тебе стоит запомнить, что гармония — это основа мироздания. Без нее наш мир обречен.

— Подобное я уже слышала ранее, но не помню, от кого…

— Ты вновь оказалась права. Когда ты была совсем маленькой, твой дядя часто рассказывал тебе о том, что в этом мире должен сохраняться баланс.

— Не говори мне о нем! — горячо прошептала я.

Сейчас меньше всего я хотела слышать именно о моем дяде. Как бы мне ни хотелось признавать, но именно из-за поступка моего горячо любимого дядюшки произошел конфликт между Росси и Мёрксвердами, а значит, по его вине я попала в Стурьфьель и была отдана на растерзание ненавистному мне мужчине. Только сейчас я осознала, что все это время меня не пытались вернуть домой, и мне вдруг стало холодно и одиноко.

Прогнав неприятные мысли прочь, я ускорила шаг.

— Сильвия, мы можем поговорить? — Вдруг раздался за спиной голос Эванса, и ладонь друга опустилась на мое плечо.

— Что случилось? — Я поняла, что ладонь Эванса находилась на том моем плече, где сидел Норт, но самого ворона там уже не было.

— Почти всю дорогу ты избегала нас и говорила сама с собой. С тобой все в порядке?

— Я говорила с Нортом, разве вы не видели его? — взглянула я на Эванса.

— Нет. Рядом с тобой никого не было. Ты уверена, что видела именно его? — нахмурился мой друг.

— Конечно, я точно его видела, — одобрительно закивала я.

— Возможно, твой фамильяр не захотел, чтобы мы узнали, о чем вы общались. Он не доверяет нам? — вмешалась в диалог поравнявшаяся с нами Астрид.

— Не принимайте это на свой счет. Должно быть, он еще недостаточно окреп и поэтому экономит силы, — успокоила ее я.

— Тогда, о чем же вы говорили?

— Я поделилась с ним своими переживаниями, да и, как оказалось, он знает, кто наши монстры, — поделилась я.

— Правда? — Эванс смотрел на меня с непониманием, наверное, ему тоже было неприятно оттого, что я предпочла поделиться своими тревогами с птицей, а не с ним, ведь до этого я всегда рассказывала ему обо всем. — Так что сказал твой фамильяр? Есть что-то важное, что мы должны знать? Например, то, как победить этих монстров?

— К сожалению, этого он не знает, — прямо ответила я.

— Жаль. Тогда, раз мы не узнали ничего нового, предлагаю разработать хоть какой-нибудь план. Я планировал сделать это раньше, но кто-то предпочел прогулку в одиночестве. — Последнее прозвучало как упрек, но я заслужила его: шла и беседовала с Нортом, пока друзья волновались.

— Простите, не знаю, что на меня нашло. Последнее время я слишком эмоциональна и не могу ничего с этим поделать. — Я вновь почувствовала, как глаза предательски защипало.

— Так, подруга! С этим что-то нужно делать! Хватит уже плакать по пустякам! — попыталась подбодрить меня Астрид.

— Ты права! Я опять реву, как маленький испуганный ребенок! Эти эмоции… Они сводят меня с ума! — Мне стало жутко неловко, и я поспешно заморгала, чтобы прогнать непрошенные слезы.

— Не стоит грустить, дитя! Если не успокоишься, то перестанешь быть настолько аппетитной! — Вдруг раздался среди деревьев нежный женский голос, но, обернувшись, мы не увидели никого, кто мог бы являться его владельцем.

— Аэлла, как грубо с твоей стороны. Ты забыла представиться. — Внезапно в нескольких метрах от нас на землю приземлился птицеподобный мужчина с большой, золотой раковиной на голове.

— Гарпии! — выпалила Астрид, тотчас приняв боевую стойку.

— Простите мою супругу, она бывает груба. Я Киннар, король гарпий. А вы, путники, так кстати забрели в мои скромные владения! Мои дети голодны! — Странное существо ухмыльнулось, а затем из его горла вырвался громкий птичий крик.

Глава 32

POV Сильвия

— Мы совсем не заблудившиеся спутники. Мы прибыли к вам издалека с определенной просьбой, — холодно ответила я крылатому незнакомцу, почему-то совершенно не почувствовав страха. И это было странно, потому что бояться было чего.

Король гарпий представлял собой странного гибрида птицы и человека. Я знала, как выглядят гарпии, но Киннар был кем-то другим, непохожим на своих подданных: он имел человеческую голову, торс и руки, но его нижние конечности были огромными птичьими лапами, украшенными перьями с радужным отливом и длинными острыми когтями, которые очень напоминали мне когти орла, которого я как-то видела в своих любимых книгах. Обнаженный мускулистый торс, красивое мужественное лицо и длинные темные волосы придавали Киннару даже несколько привлекательный облик, однако на длинных пальцах его рук были не обычные человеческие ногти, а длинные вогнутые внутрь черные когти, такие же, как и на его птичьих ногах. Голову короля гарпий украшала большая золотая ракушка, обхватывающая всю его темноволосую голову, и я сразу подумала, что, возможно, эта ракушка служит ему не только украшением, но и королевской короной.

— С просьбой? — Голова и шея Киннара двигались так же быстро и резко, как у птиц. В его немного высоком голосе слышалась открытая насмешка. — И что же вам нужно? Должно быть, что-то ценное, раз вы осмеялись потревожить мой покой и вторгнуться в мои владения!

— Вы правы, о, король, — смиренно склонив голову, сказал Эванс, и мы с Астрид поспешно последовали его примеру. — Дорогой для нас человек находится между жизнью и смертью, и единственное, что может исцелить его, находится в вашем владении.

— Черный мох, не так ли? — вкрадчиво промолвил король гарпий, и его желтые птичьи глаза на секунду заволоклись белой влажной пленкой, отчего мне стало весьма жутко.

Моя голова была склонена, но я смотрела на Киннара исподлобья и думала о том, как бы