Рыжая бестия нарасхват - Алика Алмаран

Пощада? Я не знаю такого слова. Никто не получал пощады, хоть раз перейдя мне дорогу. Спасибо моему отцу-одиночке, этому садисту. Он в свое время мне доходчиво объяснил, как ведутся дела. Всех своих обидчиков и конкурентов он убирал не моргнув и глазом. И я тоже, разными доступными и недоступными мне способами, убираю их со своего пути. Много лет лежащие в могиле недруги семьи не дадут соврать о серьезности моего настроя.

Яна присела на краешек кресла, и я заметил, что она будто посерела. Выглядела как-то странно: помятая, измученная. В дорогих шмотках, но без блеска и своего постоянного высокомерия, бьющего ключом. С таких надменных особенно приятно сбивать спесь, ставя раком — указывать их настоящее место.

Даже не имея товарного вида, Яна решила впустить в нашу беседу невинный флирт, или свою хитрость и изворотливость. Контролируя свой ревнивый взгляд, она произнесла спокойно, но игриво:

— Здравствуй.

— И тебе не хворать. Хотя выглядишь ты не лучшим образом.

— Ты умеешь быть засранцем! — прыснула блондинка в ответ, надувая перекачанные губы.

— Ну тебе же это нравится во мне?

— Нравилось, потому что я была дурой! Я не ценила хорошего парня и променяла его на напыщенного мужлана.

— Яночка, мне кажется, ты не по адресу пришла. Я явно не тяну на хорошего парня. Так что же ты приперлась сюда и поешь свою запоздалую оду любви к другому?

— Я знаю, ты в курсе, где сейчас Ян.

— Допустим.

Этот разговор начинал мне нравиться, но я не стал показывать виду. Поднялся с кресла и пошел к бару. Достав бутылку дорогого виски, плеснул себе в стакан и ради приличия предложил Яне:

— Не желаешь?

— Нет.

— Что такое? Мне помнится, ты любишь крепкие дорогие напитки.

Я поставил бутылку на место и взглянул на девушку. Она же старательно отводила взгляд, и я заподозрил неладное.

— Мне нельзя, — подтвердила она мою догадку своими неуверенными словами.

Подойдя ближе, я присел напротив нее на край стола и поставил одну ногу на соседний стул. Наклонившись чуть ниже и прищурившись, я начал рассматривать ее пристальным взглядом, по-новому.

— Деточка, неужто ты снова хочешь провернуть тот трюк? Второй раз это не сработает. Ян, конечно, доверчивый дурак, но не настолько же. Придумай что-то новое.

Яна вздернула свое гордое лицо, будто было чем гордиться, и вперила в меня рассерженный взгляд, желая защитить своего доходягу.

— Не говори так про Яна! В этот раз я действительно беременна! И один из вас отец этого ребенка!

Я целую минуту вглядывался в ее уверенное лицо, затем взорвался диким смехом, который разнесся по всему кабинету. Счастью не было предела! Решение проблемы пришло мне в руки, само того не подозревая. Мне всего лишь надо было доставить его в правильное место и в правильный час.

— Не радуйся так! Я буду молиться, чтобы Ян оказался отцом этой крохи!

— Ой, Яночка, какая же ты безмозглая! Молись кому угодно, но я скажу тебе точно: отец не я!

Яна округлила глаза с синими мешками, открыла рот с неестественно пухлыми губами и заморгала чересчур длинными ресницами. Кажется, она с горя после сорвавшейся свадьбы сделала себе еще несколько уколов красоты. И точно переборщила! От этой картины захотелось рассмеяться снова.

Гордо выровняв плечи, она злостно добавила:

— С чего это ты так уверен? Помнишь порванный презерватив?

— Помню, и это досадно. Не хотелось иметь с тобой небезопасный секс, мало под кого ты еще ложилась.

— Ты омерзителен! — фыркнула она, но возбужденно облизнула губы.

— Не старайся, мы это проходили! После этих слов ты обычно кричишь: «Еще… Давай еще». Мне побоку твои заскоки! Объяснение в другом. Видишь ли, когда-то очень давно я переболел одним вирусным заболеванием и, к счастью, лишился способности размножаться.

— Это точно? — с облегчением спросила девушка.

— Точнее некуда! Так что из двоих подозреваемых я однозначно отпадаю. Но я сделаю тебе подарок по старой дружбе и доставлю твою беременную тушку к счастливому отцу семейства. А ты пообещаешь проявить всю свою изворотливость, дабы завоевать своего доходягу заново. Даже если придется врать и плакать сутками напролет. Хотя тебе не привыкать.

— Ян добрый, он поймет и простит меня. Он обрадуется! Он сильно хотел детей, а я стану лучшей женой и матерью для его ребенка.

Яна начала нести всякий бред на тему: «Осознала. Поняла свои ошибки. Готова на все, чтобы измениться». Но все это было уже не важно! Теперь я имел возможность вывести еще одного конкурента из игры, причем не укладывая его в гроб.

Завершив свои дела, мы с Яной по договоренности отправились в Португалию. И я не мог нарадоваться, увидев вытянутое лицо Яна при виде своей бывшей, когда она вышла из машины.

Увы, все указывало, что ручонки паршивца уже добрались до моей нимфы. Но зная бесхребетность Яна, я предвидел, что он даст заднюю и вернется в объятия бывшей и своего долгожданного приплода, как только узнает новость.

Признаюсь, я немного напрягся от его непоколебимости при разговоре с блонди, так что пришлось немного схитрить. Благо, любопытство рыжули помогло выдать всю нужную информацию в незатейливом виде.

И тут началось самое интересное! Стойкость характера Дианы меня просто восхитила! Никаких слез, соплей и истерик! После первого шока рыжая бестия показала свою настоящую сущность и готовность свернуть шею любому на ее пути. Это вам не заточенный карандаш в бок! Это целый ураган! У меня аж привстал от ее выдержки.

Диана спокойно зашла в дом. Казалось, на этом все и закончится, но нет. Она повела себя еще круче, чем я ожидал: отшила сопляка чуть ли не по-мужски. Так и хотелось похлопать ей и крикнуть «браво». Сказать, что из них двоих у нее яйца больше. Но пришлось снова промолчать и позволить ей самой поставить все точки в их непонятном романе. А когда она заявила, что мы с ней едем в центр заниматься проектом сада, мне всего лишь пришлось пройти мимо с довольным лицом.

— Приголубь обездоленного. Хоть клофелин используй, но уложи его в постель, — шепнул я Яне. — Ты сегодня под любым предлогом остаешься ночевать здесь.

— Ты не сказал, что у него появилась какая-то девка! — раздражительно прыснула мне блондинка на ухо.

— Не появилась! Она для него всего лишь недоступная мечта!

— Она ведь такая страшная! Что он вообще в ней нашел?

«Какие же бабы завистливые, — подумал я, — когда видят, что мужик, несмотря на все их раздутые прелести, уходит к