Шоу Подбор - Софья Лямина

— Я тебе сразу же вколол микстуру Гейда. — сделал врач заявление, ничего для меня не значащее. Собственно, он это заметил, тяжело вздохнул и продолжил: — Она включает в себя элементы, сворачивающие кровь у места ранения, вместе с тем же и ускоряя ее циркулирование по организму. Благодаря микстуре Гейда ты не бьешься в истерике. Там много свойств, Этель. Многие из тех терминов, что я собираюсь употребить, тебе ничего не скажу. Просто запомни, что это — наилучшее изобретение современной медицины.

Я кивнула, принимая объяснение. А Илдвайн тем временем отступил на шаг, оглядывая место свое работы. Удовлетворенно хмыкнул, произнес с некоторым сожалением:

— Шрам останется.

Я же перевела взгляд на плечо, где еще недавно все выглядело впечатляюще ужасно. Сейчас же это была аккуратная красная полоса, с проступившими капельками крови. Признаться, такого я не ожидала. Думала, что ходить мне с дыркой в плече, а все выглядит вполне даже неплохо. Просто красный рубец, который начал неприятная побаливать.

— Выглядит значительно лучше, чем я ожидала. — честно призналась, глядя на доктора. — Спасибо.

Илдвайн польщенно улыбнулся, стягивая с рук перчатки, вымазанные в крови. Следом слетели очки и маска. Теперь передо мной стоял тот самый улыбчивый пожилой мужчина, расстегивающий медицинский халат.

— Будешь принимать лекарства, — начал давать он распоряжения. — Обезболивающее, это — само собой. Затягиваться будет долго, но больше я ничего не могу сделать из-за чертова раствора. Подобное оружие используют на войне, но ни в коем случае не в мирное время. Неприятно признавать, но стрелок хотел доставить максимум проблем и, поверь моему опыту, сделал это. Еще пару медикаментов придется принимать ежедневно, я тебе их выдам. Витамины, микстуры, ускоряющие заживление. Тебе бы сейчас постельный режим, да в условиях конкурса это невозможно, сама понимаешь. Однако твоего отстранения, хотя бы на недельку, я добьюсь. Шоу все равно пока приостановлено из-за произошедшего в лесу, блондинистый хмырь носится по адвокатам, пытаясь выгородить проект.

Я понимала это. Ровно, как и то, что родственники конкурсанток не позволяют проводить испытание с ночевкой в лесу дальше. А значит, у меня уже есть преимущество в очках. Ситуацию попытаются исправить, проводя для конкурсанток дополнительные конкурсы, в которых мне участвовать не позволят. Собственно, недельная отсрочка никак не повлияет на мой рейтинг в шоу, а вот большее количество времени позволит активнее участвовать в расследовании. И, к слову, о нем.

— Илдвайн, а ты не знаешь, когда Калеб должен вернуться в резиденцию?

— Сегодня пожаловать изволил, — пожал плечами доктор. — вы как раз были на прогулке.

И тут меня словно молния пронзила! Потому, что я четко осознала: Калеб мог стрелять. Он вернулся сегодня, был способен пронести в резиденцию ГЕНО 744, ведь сумки администрации шоу не проверяют, а затем подождать нас на той тропинке, по которой мы возвращались в резиденцию. Думаю, блондин прекрасно знал о ее существовании и выбрал ее намеренно. Тропа проходила посреди густого леса, где отлично можно было спрятаться и стрелять. А тут еще и дождь, о котором говорили все. Блондинчик подсчитал по времени, что мы как раз в это время будем спешить вернуться в резиденцию, чтобы не попасть под дождь, а значит внимание будет рассредоточено. И когда нагрянул ливень, то Калебу просто нужно было воспользоваться ситуацией. Уж больно все складывается замечательно!

В душе вспыхнул огонь праведного негодования, заставив сжать кулаки. Перед глазами заплясала мутная пелена едва сдерживаемого гнева. Я соскочила с кушетки, заставив Илдвайна обернуться.

— У тебя нет ничего, что можно было бы накинуть? — и, клянусь, мой голос клокотал не хуже грома, разрывающего небо.

Доктор спорить не стал, просто протянул пластиковую упаковку с черными больничными майками. Схватив первую попавшуюся, резко натянула ее, поморщившись от звука разрывающейся ткани. Я сноровисто натянула сапоги, наплевав на то, что волосы растрепались и сейчас мешаются, прилипая к шее.

— Я сейчас принесу медикаменты, — осторожно произнес Илдвайн, заметив мое состояние.

Я же была готова убивать! От чрезмерно сильно сжатых кулаков на ладонях, наверняка, останутся следы от ногтей. Губу я также закусила. Стараясь не срываться на доктора, просто кивнула. Он не заслужил стать жертвой подступающей истерики.

Илдвайн задумчиво взглянул на меня и скрылся в соседнем помещение, зашумев ящичками стола.

Я держалась. Держалась до последнего, но мысли все возвращались и возвращались к лоснящемуся глянцем уроду. Его мерзкая улыбочка, радушно-притворное выражение лица, неприкрытые угрозы в каждом слове. Чем я могла заслужить такую ненависть? Что я должна была сделать, чтобы заслужить смерть? Тем, что мешалась?

Поэтому он пытается от меня избавиться, стреляя из ГЕНО 744, оружия, которое даже военные с опаской используют? Боже, да я маленькая и беззащитная! Что я могу противопоставить ему? Кинуть в него туфлей на каблуке? Нет, ну а что? Глядишь и череп случайно разобью. Сволочь.

Гнев разрывал изнутри, заставляя вышагивать по кабинету. В глазах потемнело. И все. Я поняла, что больше не могу сдерживаться. Сообщив Илдвайну, что вскоре вернусь, я вылетела из кабинеты, мечтая убить гада собственными руками.

Я летела по резиденции, пугая своим видом окружающих. Даже Эвард отпрянул, стремительно стерев с лица радостную улыбку. Но неожиданно даже для самой себя, свернула в коридор, где находился кабинет сэра Аньелли. Как бежала по нему, не помню. Но коридор я пересекла буквально за несколько секунд, врываясь в кабинет, раскрыв дверь ногой.

До того, как я ворвалась, в помещении, по всей видимости, состоялся важный разговор. Но с моим приходом мужчины только шокировано округлили глаза. Посреди просторного помещения замер Агустини, до этого что-то отстраненно вещающий. Президент от растерянности подавился коньяком, Роберт рухнул в кресло, из которого только что поднимался, а самого владельца кабинета я, оказывается, прихлопнула дверью. Но извиняться я не стала. И только инквизитор, уже чистый и в черной рубашке, ничуть не удивившись, восседал в кресле, по примеру кузена попивая коньяк.

Разряды праведного гнева пробежали по позвоночнику с новой силой. Собственно, эта злость уже была вызвана моим поведением. Ведь не прощу себе этого приступа, но…

Да, я психанула! И отступать от намеченного плана не собиралась.

Подлетела к столу президента, заставив Габриэля Арчибальда подняться на ноги своим приближением. Однако, когда он сидел, то мы были примерно одинаковы в росте, но стоит ему встать, и я буду доставать только до плеча, что несколько поумерит мой пыл. Поэтому, наверное, я далеким от вежливости голосом, произнесла:

— Сидеть!

Габриэль Арчибальд рухнул как подкошенный, вперив в меня шокированный и возмущенный взгляд. Впрочем, тут же