В его нежных руках - Беликов

— Тише-тише детка. Все хорошо, — успокаивала ее Лиля и он, подойдя ближе, взял дочь на руки.

— Прости малышка.

— Хочешь бросить нас с дочерью? Бросить меня? — спросила она спустя время, когда Асия уснула.

— Лиля не делай так, прошу! Я не хочу тебя бросать…

— Но?

— Неужели ты не видишь, что я недостоин тебя?

— Это не тебе решать! Я не хочу, чтобы ты винил себя в случившемся. Это могло случиться с кем угодно. Даже с Кристиной, реши ты жениться на ней. Твоя мать…

— Она мне больше не мать! — зарычал он и тут же отвернулся. — Не говори больше о ней, слышишь? Никогда! Не в этом доме!

— Ты не сможешь всю жизнь прятать голову в песок и делать вид, что ее не существует. И я не стану молчать только потому, что ты так решил. Я хочу, чтобы ты считался с моим мнением.

Он повернулся к ней, слыша резкие нотки и удивленно застыл, смотря, как щеки жены покрывает легкий румянец.

— Еще немного практики и я стану бояться тебя, невеличка.

Она тут же отвернулась, ругая себя за то, что так не вовремя сдалась, чувствуя, что воинственный настрой сходит на нет, после его усмешки.

— Прости меня, я виноват. Я трусливо сбежал, когда должен был остаться и поддержать тебя.

— Дамир я люблю тебя. И обещала делить с тобой радости, и горе, забыл?

Он подошел к ней ближе и прижался, чувствуя, как его затапливает волна нежности.

— Чем я заслужил тебя? — прошептал он, касаясь виска губами.

— Ну, вряд ли ты был послушным мальчиком, — улыбнулась Лиля, и он рассмеялся, подхватывая ее на руки.

Стоило им присесть на диван, как телефон Дамира зазвонил.

— Это Кемаль, — сказал Дамир, принимая вызов. — Кемаль?

— Брат, ты где? Охрана отчиталась, что ты не ночевал дома. Лиля знает?

— Все хорошо. Она вытащила меня из постели любовницы за шкирку, — говорил Дамир, посматривая на свою жену и считывая ее реакцию.

Она вскинула кулак и потрясла им перед его носом, а он поцеловал его.

— Брат ты в своем уме? Ты что был у Кристины?

— Кто такая Кристина? — услышал он голос Динары, и Лиля прижалась к трубке. — Ты что покрываешь брата, пока он ходит налево от Лили? Это я у тебя спрашиваю, ты в своем уме?

— Дина не мешай. Это не то, что ты подумала.

Лиля и Дамир, включив громкую связь, слушали как Кемаль и Динара ругаются из-за них, едва ли не переходя на крик.

— Брат я пошутил, отбой. Дочку разбудите.

— Значит от любовницы? За шкирку? — нахмурилась Лиля, и Дамир пожал плечами.

— Иногда партнера необходимо взбодрить. Для остроты отношений. Иначе они зачахнут, — улыбнулся он, ловя возмущенный взгляд Лили.

— Да неужели? Тогда счет один — ноль. Моя очередь?

— Лиля, я пошутил, — вдруг став серьезным, сказал Дамир, и она пожала плечами, поднимаясь с дивана и забирая Асию наверх.

— Лиля? Я пошутил, ты же поняла? — спрашивал он, поднимаясь за ней следом, и она молча хихикала, зная наверняка, что он никогда не отпустит их.

— Поняла. Но если ты вдруг еще раз решишь проверить наши чувства, будь готов к тому, что я не останусь в долгу.

— Лиля, когда я сказал, что хочу чтобы ты отстаивала свои границы, я имел в виду другое. Мне совсем не нравится то, как ты разговариваешь со мной. Я никогда не поверю в то, что ты способна на такое.

— Ну, так и не проверяй это милый, — похлопав ему по щекам, улыбнулась Лиля. — После того, что ты заставил меня пережить этой ночью, я вообще сомневаюсь, что когда-нибудь стану прежней. И звонок твоей бывшей любовницы, прекрасное напоминание об этом. Если буду прежней, могу и впрямь наскучить, — улыбнулась она еще раз и зашла в комнату, укладывая дочку в кровать.

Дамир чертыхнувшись про себя, зашел в комнату и, увидев, что Лиля включила радионяню, схватил ее за руку и потащил в соседнюю комнату.

— Лиличка, я прошу тебя, будь собой. Я не хочу даже думать, что кто-то будет трогать тебя также как я.

— Тебя значит можно, а мне нет? — удивилась она, сложив руки на груди, и он закатил глаза.

— Я же сказал, ничего не было.

— И у нас не будет.

— У нас, в смысле у нас. Или у тебя с кем-то? То есть, какого черта я вообще это предполагаю? Нет, Лиля. Никакого мужика рядом с тобой не будет! Никогда! Только я!

— Правда?

Она смотрит ему в глаза. Нет, прямо в душу. И он понимает, что это именно то, что она хотела услышать.

— Подловила меня, да?

— Не так уж это и сложно, — улыбнулась она ему, слегка смутившись и, положив ладошки ему на грудь.

— Я люблю тебя невеличка.

Он подхватывает ее на руки и несет на кровать, где подтверждает свои слова делом, заставляя Лилю забыть все плохое.

56

В комнате было темно, но свет от уличного фонаря падал на кресло, в котором сидела Фарида Зариповна, освещая ее фигуру. Она перебирала в руках кончик платка и тихо шептала что-то себе под нос. С того дня, как Дамир узнал всю правду прошло три месяца.

Ее наказание хоть и было не строгим, заставляло ее раздражаться от каждого звука. Три месяца заточение, ни гостей, ни встреч с подругами, как будто она какая-то преступница. И разве она совершила убийство? Всего лишь сделала тест, чтобы удостовериться в том, что Асия ее внучка.

Разве это грех?

Нет, она конечно виновата в том, что у девчонки случился выкидыш, но разве она могла знать, что та, так быстро забеременеет от ее сына.

Дрянь.

Вот кто действительно виноват во всем, что с ней случилось. И она наверняка сейчас радуется тому, что с ней обращаются как с прислугой. Заперта в комнате, в четырех стенах, где самым частым гостем является Гульнара, которая приносит ей новости.

С того дня, никто не навестил ее. Марат запретил детям приходить к ней и сам не появлялся. Ее слезы не помогли в разговоре с мужем, и она даже получила пару пощечин. Он был в такой ярости, что казалось, убьет ее. Сейчас, когда все забылось и прошло, это отдавалось в сердце тупой болью и предательством самых близких и родных людей.

Чем