Прими как есть - Дарья Данина

— Долго ещё? — с заднего сиденья подала голос Татьяна.

Стас раздражённо цыкнул и, бросив быстрый взгляд на навигатор, ответил:

— Нет, — почувствовав лёгкую боль в висках, прищурился. И сжал пальцы на переносице на пару секунд, — минут через пять или семь будем на месте.

Тина проспала почти всю дорогу. Изредка открывала глаза, что-то бормотала, и снова засыпала. Жаропонижающее помогло, и уже через полчаса после того, как она приняла лекарство, температура начала падать.

— Ты же поднимешь её до квартиры? Потому что её папа вряд ли сможет… — снова заговорила блондинка.

— Не впервые, — он вспомнил как тащил её после клуба на себе. Как бы это не вошло в привычку… — подниму.

— А обратно ты сразу поедешь? — не унималась Татьяна, чем раздражала его сильней.

— Не знаю пока. Наверное. Может, заеду перекусить куда-нибудь.

— Ты же меня не оставишь? Возьмёшь с собой?

Стас тихо хмыкнул. Вздохнул.

Вот же ж… навязалась на его голову.

Зачем, спрашивается, вообще потащилась с ним? Лишняя головная боль. Он бы и сам справился. И доставил бы рыжую в целости и сохранности прямо до дверей её отчего дома. Не потерялись бы.

— Возьму.

Когда они оказались в нужном дворе, Таня аккуратно приподняла голову Кристины и вышла из машины. Неловко перетаптываясь с ноги на ногу, дождалась, когда Холодный покинет авто. И, перехватив из рук паня сумку, отошла в сторону, позволяя парню с особой осторожностью вытащить из салона Кристину.

Тут же почувствовал, какая она горячая.

— Температура снова поднимается? — опустив брови, взглянул на Татьяну.

— Похоже на то, — пожав плечами, девушка понуро посмотрела на подругу. Поправила той волосы, убирая их с лица и кивнула на дом. — Вон тот подъезд.

***

Неловкость. Она прослеживалась в каждом движении. В каждом взгляде и едва ли ни в каждом произнесённом слове.

Откровенно говоря, единственное, чего сейчас Стасу хотелось — выйти из этой квартиры как можно быстрее. Однако, несмотря на желания, он сидел на обеденным столом в компании Татьяны, Ольги Антоновны — матери Кристины, и Сергея Филипповича — её отца.

Вот так компания собралась. И в страшном сне представить не мог.

Он ведь планировал просто передать её из рук в руки, и тут же уйти. Пожрать в какой-нибудь местной забегаловке и свалить восвояси.

Но… это было ожидаемо. Предсказуемо. Её мать не посмела вот так просто отпустить тех, кто доставил их дочь домой в таком состоянии. Как истинная хозяйка, женщина накрыла стол и пригласила гостей обедать.

И… чёрт! Было ахренеть как вкусно! Борщ. Он не ел борщ уже сотню лет! Наваристый, густой. Ароматный. Кажется, её мать в этом деле может дать фору даже Тоне!

Ольга Антоновна была гостеприимна и добра. Вежлива и улыбчива. С интересом поглядывала на Стаса и пыталась понять, что связывает её дочь с этим парнем.

Друзья?

Но Кристина никогда не упоминала о нём. Парень?

— Стас, ты не стесняйся. Бери вот, — мать кристины подвинула к парню тарелку, на которой было нарезано аккуратными ломтиками сало, — и чесночёк. И лук. Дыхание, конечно, не освежает… зато полезно! Тем более, сейчас. Чтоб не подцепили заразу.

— Спасибо, — он скромно улыбнулся перед тем как протянуть руку к предложенным яствам, — сто лет ни сала, ни борща не ел. Вкусно очень, — не врал.

— Вот и отлично, — Ольга Антоновна широко улыбнулась и перевела взгляд на Таню, — и ты, Танюш! Бери! Обязательно! Потом спасибо скажешь!

Таня нерешительно потянулась за угощением, но на полпути остановилась. Отказавшись от лука и чеснока просто взяла ломтик сала. И, закинув тот в рот, откусила кусочек серого хлеба.

— Спасибо, — девушка краем глаза взглянула на Стаса. Тот, кажется, всеми силами пытался побороть неловкость и сделать вид, что он чувствует себя как дома. — Я была голодна как волчица, — хихикнула, — вы нас спасли!

Стас хмыкнул. Кивнул. И, почувствовав на себе тяжёлый взгляд, поднял голову.

Сергей Филиппович был мужчиной внушительных размеров. Этакий богатырь. Здоровый с виду мужик. Высокий, крепкий. Мужественный. Но… будто побитый жизненными обстоятельствами. В данном случае — состоянием своего здоровья.

Говорил мало, но по делу. Двигался с осторожностью. Отвечал не сразу. Стас заметил, что рефлексы у мужчины пока ещё не всецело восстановлены. Хотя, если уж быть откровенным, то здесь ещё работать и работать. Речь у Сергея Филипповича была немного скомканной. Движения — заторможенными и немного расфокусированными. В руке у него был сжат носовой платок, которым он время от времени подтирал левый уголок рта, когда там скапливалась слюна, которую он не успевал вовремя проглатывать.

— Может, останетесь? — поинтересовался мужчина, глядя на гостей. — А утром спокойно поедете?

— Ой, нет! — тут же откликнулась Таня, — спасибо! У нас учёба. Так что…

— Спасибо, Сергей Филиппович, — Холодный расправил плечи и смело посмотрел на отца Кристины, — но мне правда нужно ехать. Есть кое-какие дела. А Таня, — брюнет перевёл взгляд на ту, чья болтливость его раздражала, — если хочет, то может остаться. Ник за тобой приедет…

Девчонка сжала губы. Посмотрела на него так, словно он предложил ей заночевать в палатке.

— Правда, Танюша. Оставайся. Отдохни. И ты, Стас, тоже отдохнул бы. Всё-таки не один час за рулём. А ехать по темноте — не очень хорошая затея.

— Я справлюсь, — он широко улыбнулся, — но спасибо за предложение.

Отставив в сторону пустую тарелку, Холодный снова посмотрел на главу семейства. Было видно, как ему тяжело. Ему бы сейчас отдыхать, наверное. А не гостей развлекать на кухне.

— Серёж, — Ольга Антоновна будто прочла его мысли, — тебе бы тоже отдохнуть. А то полдня на ногах. Движение надо чередовать с отдыхом.

— Да, — вздохнул мужчина, и аккуратно положил ложку рядом со своей тарелкой, — устал немного.

— Ну, а ты как хотел? С самого утра в больнице… идём, помогу тебе.

— Я помогу, — Холодный встал из-за стола и, отрезав Ольге Антоновне путь к супругу, помог тому подняться на ноги. Подал трость и, отойдя в сторону, позволил мужчине обойти стол и выйти из кухни.

— Раньше он был разговорчивее, — констатировала Ольга Антоновна после небольшой паузы, — сейчас устаёт быстро. Тяжело. Восстановление идёт не так быстро, как бы нам хотелось, — вздохнув, она опустилась на стул и промокнула руки бумажным полотенцем.

— Это нормально, — Стас провёл пальцами по волосам, — у всех по-разному. Главное — не сдаваться. Он бодрый мужик! — тихо посмеиваясь, брюнет кивнул в ту сторону, куда ушёл отец Кристины, — всё восстановится! Ещё гарцевать будет! Какие его годы?