Бесстрашная леди - Лесли Лафой

— Мадам, — вежливо поклонился Каррик.

У нее были темные выразительные глаза. С нескрываемым удовольствием она смотрела на Глинис в объятиях Каррика.

— Я бы хотел знать, собираетесь ли вы брать на себя ответственность, женитесь ли на моей племяннице?

— Ллойд! — с укором произнесла его жена.

Каррик улыбнулся и, глядя в глаза дяде Ллойду, сказал:

— Если только она захочет. В последний раз, когда я сделал ей предложение, она ответила мне отказом.

Глинис отодвинулась от него как раз настолько, чтобы иметь возможность посмотреть ему в глаза.

— Ты никогда мне не предлагал.

Он опять улыбнулся, глядя на нее.

— Предлагал, дорогая. В пастушеском домике, высоко в горах, как раз после того, как мы своровали коров, принадлежавших короне. Помнишь?

— Это не считается. Разговор был гипотетический. Это не было настоящим предложением.

— Пусть будет так, — согласился он, отодвинулся и взял обе ее руки в свои.

Посмотрев внимательно в ее потемневшие изумрудно-зеленые глаза, он торжественным тоном произнес:

— Мисс Глинис Малдун, окажете ли вы мне честь, примете ли мое предложение и согласитесь ли стать моей женой?

Он прочел ответ в ее глазах. Но в них тут же вспыхнули озорные огоньки.

— А если я скажу «нет»?

Он усмехнулся:

— Я повторю свое предложение завтра. И послезавтра. Буду повторять его каждый день, до тех пор пока ты не согласишься.

— Похоже, ты собираешься задержаться тут на какое-то время.

— Навсегда.

— Я люблю тебя, Каррик.

— Значит, да?

Она кивнула и прошептала:

— Конечно, да.

Глинис почти бесшумно закрыла дверь в спальню. Она подошла к столу, когда Каррик с улыбкой повернулся к ней.

— В чем дело?

Краем подноса она сдвинула золотые монеты и брошку, знаменитое Сердце Дракона.

— Тетя Рия принесла нам еду, — сказала Глинис. — Ведь мы ничего не ели два дня, так и с голоду умереть недолго.

— Неужели? Два дня? — удивился Каррик. — А мне показалось, часа два, не больше.

«Боже мой, — подумала Глинис, — когда я вижу его обнаженным, то теряю рассудок».

— С трудом вспоминаю, что, проснувшись, я как-то видела заход солнца, — проговорила она.

В его ясных синих глазах мелькнул озорной огонек.

— А я помню потрясающе красивый восход.

— Да, это я тоже помню, — ответила она, чувствуя, как ее всю пронизывает желание. — Это было впечатляющее зрелище.

— Давай лучше избавимся от всего лишнего, — предложил он, развязывая пояс ее халата.

Когда халат упал у ее ног, она вспомнила разговор с леди Аланной и рассмеялась.

— Твоя мать говорила мне, что большую часть своей жизни я проведу раздетой.

— У нее были на то основания, — подтвердил Каррик, беря ее за руку, — после того как она прожила жизнь с моим отцом.

— Куда ты меня тащишь, Каррик?

— Сюда, — ответил он, открывая дверь в ванную.

— Но зачем?

— Мне нравится это хитрое изобретение, которое вы называете душем.

— В самом деле? — Она удивленно выгнула бровь, когда он отвернул кран. — И что же в нем особенного?

— Он предоставляет новые интригующие возможности, — усмехнувшись, ответил Каррик.

— Внесешь его в наш список? Он подмигнул ей.

— И не один раз.

Каррик стал под душ и потянул ее за руку.

— Иди сюда!

Потом, когда они сидели у опустевшего подноса, обнявшись, закутанные в простыни, она больше не сомневалась в том, что Каррик легко приспособится к жизни в двадцатом веке и у него не возникнет проблем. Улыбка озарила ее лицо. Она всегда будет рядом с ним. Они боролись за свое счастье, и они заслужили его. Никто не в силах их разлучить, даже судьба.