Сладкая месть - Линси Сэндс

— Ладно, дело прошлое, дружище. — Шропшир положил руку на его плечо. — Но это проясняет дело с поправкой к завещанию: если бы Кайла вышла замуж за Макгрегора, то в случае твоей смерти все бы досталось ему.

— А если бы и она после этого умерла, то он мог бы беспрепятственно жениться на Катрионе, — мрачно добавил Гэлен.

— Вот тебе еще одно подтверждение тому, — заключил Шропшир, обращаясь к Джонни, — что твоя сестра говорила правду.

— Я уже убедился, что она не лжет, — она только что показала мне свою спину, и память вернулась ко мне. Я вспомнил все то, о чем забыл, пока лежал при смерти. Они действительно проткнули меня мечом и уже хотели для верности отрубить голову, но она прикрыла меня своим телом. — Он покачал головой с гримасой боли. — Больше эта змея не вольет и капли яда в мои уши.

— Рад слышать, что вы наконец-то прозрели, милорд, — кивнул Гэлен. — Но пока мы здесь рассуждаем, в этот самый момент Макгрегор, возможно, убивает мою жену. Я немедленно отправляюсь на ее поиски. Так где эти хибары Моррисси?

— Покажи им, Гилберт, — просипел выбившийся из сил Джонни. Вдруг, лишившись чувств, он повис на руках у Генри.

Макгрегор протянул руку к ее обнаженной груди, и, закрыв глаза, Кайла призвала на помощь всех святых — если он только дотронется до нее, ее непременно стошнит.

— Надеюсь, что не слишком помешаю вам, милорд, — неожиданно раздался хорошо знакомый голос, и Макгрегор застыл, обернувшись к двери.

Увидев в дверях невестку, Кайла едва не расхохоталась истерическим смехом. Никогда, с той самой поры, как ее брат впервые привел в дом молодую жену, никогда Кайла не испытывала радости при виде Катрионы. Сейчас она ликовала и была бы рада самому черту, лишь бы он избавил ее от прикосновений этого отвратительного животного.

Макгрегор встал и, невозмутимо улыбаясь, пошел навстречу Катрионе.

— Теперь ты понимаешь, дорогая, что я чувствовал, зная, что каждую ночь ты делишь с Форситом его ложе!

Она смотрела на него в упор, не мигая.

— Я делала это для нашего с тобой общего блага! — истерично выкрикнула она. — После его смерти я стала бы богатой вдовой и получила право выйти замуж за кого хочу!

Несколько смягчившись, она подбежала к нему и коснулась его лица обеими руками.

— О, Томас! Я сделала это только ради тебя — ради тебя одного! Не злись на меня, ведь я всегда старалась дать тебе то, чего ты заслуживаешь!

Кайла была потрясена, услышав, как Катриона произнесла его имя вслух, — ее всегда крайне удивляло, как можно так долго общаться с шотландцем, не называя его по имени. Но через мгновение сладкая парочка снова приковала к себе все ее внимание.

Неожиданно быстрым движением Макгрегор схватил маленькую белую ручку, ласкавшую его лицо, и безжалостно выкрутил ее своими грубыми пальцами.

— А Джеймс тоже был ради моего блага?

Катриона побледнела, но, следует отдать ей должное, выражение ее лица ничуть не изменилось.

— Я всегда действовала только в твоих интересах, дорогой.

Он поднял брови в притворном удивлении и еще сильнее сжал свои пальцы.

— И тебе совсем неинтересно, как я об этом узнал? Она закусила губу, молча снося боль.

— Хм, неужто нет? Хорошо, тогда я расскажу: шпионы, моя дорогая, все время следили за тобой и все рассказывали мне, не упуская ни малейшей подробности. Жаль, что ты этого не знала… — Он выпустил ее руку и слегка наклонил голову. — И тебе совсем неинтересно, зачем я специально попросил тебя привести сюда Джеймса? Зная, что он твой любовник?

Странный блеск появился в глазах Катрионы.

— И зачем же? Скажи мне.

— Чтобы убить его, дорогая. Как раз сейчас мои люди это делают.

При этих словах Кайла испуганно охнула и замерла на своем ложе, а Макгрегор и Катриона сладко улыбались, глядя друг другу в глаза.

И неожиданно Макгрегор, широко размахнувшись, влепил ей пощечину.

— Так тебе нравилось быть с ним, проклятая гадина? От удара Катриона отступила на шаг, рукой прикрыв пунцовую щеку. В ней боролись два чувства — страх и ненависть, что отразилось на ее лице, но она быстро выпрямилась и расправила плечи.

— Конечно же, нет, — бросила она, заставив себя улыбнуться. — Он совсем не умел обращаться с женщинами, да и Форсит не лучше, они оба безмозглые идиоты. Для меня существуешь только ты, милый. — Она взглянула на Кайлу, брезгливо поморщившись. — А тебе понравилась эта?

Возмущенная таким оскорблением, Кайла готова уже была защитить свою честь, но Макгрегор опередил ее.

— Естественно, — произнес он с улыбкой.

— Свинья… — прошипела Катриона.

Кайла не могла оторвать взгляда от этой чудовищно развратной пары. В ярости схватив Катриону за запястье и вывернув ей руку за спину, Макгрегор прижал ее к своей груди. Катриона уже кричала от боли, а он продолжал мучить ее. Наконец, чуть ослабив хватку, стянул ее платье с одного плеча. Тонкая ткань лопнула, и груди Катрионы обнажились.

— Ну вот, ты уже готова — твои соски затвердели, словно камешки, — ухмыльнулся Макгрегор; к величайшему удивлению Кайлы, он оказался прав.

Катриона задышала коротко и прерывисто, когда Макгрегор бесцеремонно схватил ее за грудь.

— Клянусь, у тебя там все уже должно быть влажным и горячим, не так ли, детка?

Вульгарным жестом он сунул свободную руку ей под юбку, довольно причмокивая губами.

К ужасу потрясенной Кайлы, все происходящее только возбуждало женщину — она уже стонала от страсти, разбуженной с помощью столь чудовищного обращения, и совершенно не обращала внимания на присутствие в комнате постороннего человека.

— Точно, ты вся мокрая, — радостно сообщил он, продолжая рукой шарить у нее между ног. — Жаркая и скользкая от похоти, словно старая опытная шлюха. Ну, скажи мне, что хочешь меня, — приказал он, смеясь ей в лицо.

Она не успела ответить ему достаточно быстро, и он сильно ущипнул ее под одеждой — ее лицо исказила гримаса страдания, и тело выгнулось дугой.

— О, Томас, — прошептала она. — Боже мой, Томас, быстрее… Не могу больше терпеть! — взвизгнула она, когда он схватил ее за волосы.

Она потянулась, чтобы поцеловать его, но он резко отвернулся и снова заломил ей руку. Она бухнулась перед ним на колени.

— Умоляй! — приказал он ей, оскалившись по-волчьи. Катриона принялась униженно умолять его немедленно сделать ей множество страшных, неестественных и отвратительных вещей, и Кайла отвернулась от них, не желая ни видеть, ни слышать всего, что тут происходит. Она не могла заткнуть уши, и мерзкие звуки продолжали терзать ее — она поняла, что они оба катаются по полу в припадке похоти.

Сейчас у нее на глазах оправдывались все самые страшные слухи о Макгрегоре — о его неестественной страсти унижать женщин, причиняя им боль, а то, что Катрионе нравилось именно такое обращение, оказалось для Кайлы ужасным открытием.