Алмазный браслет - Даниэла Стил

Наутро Саша проснулась рядом с Лайамом и засмеялась:

– Скажи, что это сон. Я, наверное, на наркотики подсела. Мы сошли с ума, если решили все начать сначала.

– Да, – согласился он и перевернулся на спину, улыбаясь до ушей. – Мы сошли с ума, и мне это по душе. Сама подумай, насколько скучно было бы жить иначе.

– Да, скучно. И благоразумно.

– Благоразумие – это так скучно, – поддакнул Лайам. – Чем сегодня займемся?

– Насчет вас, господин Шальной Художник, мне ничего не известно, а мне надо на хлеб зарабатывать. Детей кормить и таких вот художников.

– Только не меня. Я уже кучу денег зашиб. – Лайам с довольным видом повернулся к ней и поцеловал. Они снова были счастливы. И жизнь была прекрасна. – Из Вермонта вернусь сюда. – Он планировал лететь из Бостона в Лондон, но теперь, в мгновение ока, все переменилось. – Если хочешь, в Париж можем полететь вместе. Но не думай, что я стану навязываться вам с Ксавье на Рождество. Я могу на пару дней и в Лондон слетать.

– Нет! – решительно заявила Саша. – Я хочу, чтобы ты был с нами. Ксавье будет только рад. – Татьяну на Рождество она все равно не ждала. После смерти отца Рождество в компании матери и брата стало повергать ее в депрессию. Один Ксавье хранил верность матери и никогда не оставлял одну. – Лайам, – с серьезным видом произнесла Саша и села. У нее было такое выражение, словно она собралась сделать официальное объявление. – На этот раз я не собираюсь тебя терять. И мне плевать, что для этого потребуется. Не хочу, чтобы все у нас опять сорвалось. А если ты опять вздумаешь уйти, я тебя догоню. Я хочу, чтобы ты это знал. Мы либо сделаем так, чтобы все у нас получилось, либо сведем друг друга в могилу бесконечными попытками. Да разразит меня гром, если я опять проиграю!

– Так точно, мэм! – Он отдал честь и промаршировал в ванную. Как хорошо было снова видеть его здесь! Видеть его прекрасное обнаженное тело и эти дивные белокурые волосы.

– Я серьезно! – прокричала она вслед, а он уже встал под душ. – Сегодня же скажу Татьяне. – Она убеждала не столько его, сколько себя. Она знала, что на этот раз Татьяна не решится открыть рот. В конце концов, не Татьяне решать, как Саше жить дальше.

– Я тебя люблю! – прокричал он из ванной, даже не слыша ее слов. Для него это был ответ на все вопросы.

На завтрак Саша приготовила яичницу с беконом и английские тосты. Через час он уже читал газету, лежа в постели, а она стояла готовая к выходу. Лайам как будто никуда и не исчезал.

– Горничная приходит в двенадцать, – напомнила она, с улыбкой глядя на него. В руках она держала портфель.

– Знаю. Я не забыл. Я скоро встану. Ты сегодня очень взрослая, – улыбнулся он.

– Так и есть.

– А вот и нет. Не лги мне, Саша. Ты ничуть не взрослее меня. Если бы была, не стала бы этого делать.

Она была рада, что они оба не взрослеют. Очень даже рада. Просто счастлива. У нее было такое чувство, будто к ней вернулась жизнь. А на самом деле к ней вернулся Лайам. Выходило, что он рядом с ней взрослел, а она – молодела. И с ними было целое сокровище – их любовь. Теперь главное было – это сокровище не потерять снова. Саша была готова приложить усилия, Лайам – тоже. Оба понимали: легко не будет, но цель того стоила.

– На обед вырвешься? – спросил он. – Заеду в час, постараюсь утром все дела переделать… Надо ребятам подарки купить к Рождеству. Что посоветуешь?

– Лайам, я ведь с ними даже незнакома, – засмеялась она. – Мне трудно что-нибудь предложить, чтобы им понравилось…