Подмененная - Виктория Холт

— Да, остался ребенок. Девочке восемь или девять лет. Бедняжка Мэри Келлоуэй вне себя от горя. Джошуа сам был в ужасном состоянии. Я помню тот день, когда это случилось. В ночную смену. Но самым ужасным оказалось то, что произошло потом. Джек Келлоуэй был так изуродован, что и речи не могло идти о работе. Он мог лишь кое-как передвигаться по комнате. Никакой надежды у него не было. Он всегда был добрым мужем и отцом, так что чувствовал себя ужасно.

Быть бременем для семьи было для него невыносимо.

Однажды, оставшись дома в одиночестве, он устроил пожар и перерезал себе горло. Он хотел, чтоб все это выглядело как случайный пожар Это как-то связано со страховкой, и он решил, что его жене и ребенку будет без него легче. Мимо проходили рабочие с фермы, заметили огонь и вытащили наружу труп бедняги Джека.

Все получилось как нельзя хуже. Дом сгорел, а его план со страховкой не удался.

— Какая ужасная история!

— Джошуа позаботится о том, чтобы Мэри Келлоуэй и ее дочь ни в чем не нуждались. Девочку тоже зовут Мэри. Он собирается выстроить для них домик, но пока им нужно где-то пожить. Не нашлось ничего более подходящего, чем старый дом Дженни Стаббс возле пруда.

— Значит, они живут там?

Бабушка кивнула.

Это был тот самый дом, где Люси родилась и провела свои первые годы. Когда-то и я пожила там, когда Дженни Стаббс похитила меня. Это место вообще было каким-то загадочным. Вряд ли жизнь в этом доме могла укрепить дух несчастной вдовы. Я сказала об этом бабушке.

— Мне кажется, она была рада получить крышу над головой. Это было единственным доступным местом. Похоже, она прижилась там. Да, конечно, место необычное. Но, в общем-то, это относится скорее к пруду и никак не связано с домом. Он как раз весьма зауряден… в точности такой же, как все остальные. Во всем виновата болтовня про монастырь, находящийся, якобы, на дне пруда.

— Многие люди верят в это.

— Да, корнуоллцы известны своей суеверностью.

— У мамы этот пруд всегда вызывал волнение.

— Я знаю.

Некоторое время мы молчали, думая о ней. Потом я сказала:

— А что, все еще не утихли разговоры о том, что на дне пруда звонят колокола, предвещающие несчастья?

— Конечно. Они никогда не утихнут. Любопытно, что про этот звон всегда вспоминают только после того, как несчастье уже произойдет.

— Какие еще новости?

— Одно из рыбацких суденышек затонуло в шторм.

Шторма в этом году были жестокие — Прямо полоса несчастий.

— Ну, штормами здесь никого не удивишь. Миссис Джонс родила близнецов, а Флора Грей ожидает ребенка.

— Миссис Полгенни может продолжать творить добрые дела. Как она поживает?

— Как всегда выполняет свой долг. Лучше расскажи о себе. Твой сезон оказался удачным, правда? Ведь у тебя сразу же состоялась помолвка.

— Именно этого и ожидают от девушек. Но мы были помолвлены тайно, так что славы я на этом не заработала.

Бабушка рассмеялась:

— Все просто чудесно. Воплотились наши сокровенные мечты.

— Я и не знала, что вы такие преданные сторонники этой идеи.

— Мы считали, что не вправе вмешиваться. О браке должны договариваться двое самых заинтересованных в нем лиц.

— Но все-таки приятно получить одобрения окружающих'.

— Ты не рассказала отчиму?

— А зачем?

— Я полагаю, что он, как твой опекун, должен знать об этом.

— Думаешь, у него могут возникнуть возражения?

Она промолчала, и я чуть было не разразилась гневной тирадой, но тут же рассмеялась.

— Ему на это наплевать, — сказала я. — Его это не интересует. Он думает только о своей политической карьере.

— Он устроил для тебя дорогой сезон.

— Возможно, он действительно рассчитывал, что я выйду замуж за какую-нибудь знаменитость и это принесет ему славу.

— Таким же был дядя Питер. Он всегда любил выставлять подобные вещи на показ. Что поделаешь, Бенедикт — его внук. Может быть, именно это и было у него на уме.

Я внимательно посмотрела на бабушку:

— Если он попытается помешать нам…

Она улыбнулась мне:

— Не беспокойся. Мы уговорим его.

Я вскочила на ноги от неожиданного приступа гнева:

— Это вообще не его дело.

— Он может думать иначе.

— Я не потерплю этого, бабушка.

— Знаешь, давай не будем выдумывать препятствий, которых пока не существует.

— Наверное, мы правильно поступили, не сообщив никому. Надо подождать, пока мы не поженимся.

Бабушка ничего не ответила. Я понимала, что она еще будет обсуждать этот вопрос с дедушкой. Сменив предмет разговора, она сказала:

— Дети хорошо выглядят.

— Ли оказалась превосходной няней. Она сшила им прелестные платьица. Вышивальщица она всегда была прекрасная. Мне кажется, она и сама довольна.

Хотя с Ли никогда ни в чем нельзя быть уверенной.

— Она должна радоваться возвращению сюда… Все-таки здесь ее родной дом.

— Похоже, ей приходилось нелегко, если она убежала.

— Она изменилась, побывав в Хай-Торе. Наверное, ей кажется странным, что, в конце концов, она поступила работать к тем же самым людям. Кто бы мог подумать, что Бенедикт женится на Селесте Бурдон!

— Да, это было неожиданно. Думаю, вначале они заинтересовались друг другом, потому что оба были связаны с Корнуоллом.

— Я рада, что он вновь женился. Мы все знаем, какие отношения были у них с Анжелет. Они были созданы друг для друга. Конечно, он сильно страдал.

Я довольна тем, что он… успокоился.

— Он не успокоился.

Я рассказала ей о запертой комнате, о постоянно печальной Селесте и о взаимной неприязни между Бенедиктом и Белиндой.

— Белинда прекрасно сознает это, — сказала я. — Совершенно ненормальное положение. Правда, теперь дела пошли на лад. Мисс Стрингер очень хорошо относится к ней, а Ли души в девочке не чает. Может быть, она дает ей даже слишком много воли. Но вот что отрадно: Белинда, видимо, начинает любить меня.

Люси, конечно, молодец.

— Милая Люси! Можно было предположить, что как раз с ней возникнут сложности.

— Она знает о своем происхождении. Я решила, что будет лучше, если она узнает об этом от меня, а не какими-нибудь окольными путями. У Белинды нюх на такие вещи, а я не хотела, чтобы она тыкала этим Люси. О, они, конечно, дружат, но ты же знаешь, какими бывают дети. Люси понимает, что я привела ее в этот дом, потому что умерла ее мать. Ей, разумеется, неизвестно, что ее мать была женщиной со странностями, а отца никто не знает. Я сказала, что ее отец умер (а это весьма вероятно), что ее мать жила неподалеку от Кадора и была нашей давней знакомой.