Повелитель ночи - Виктория Дал

— Нет, не укушу, — проворчал он в ответ.

Она почувствовала, что он положил руку ей на плечо. Рука оказалась тяжелой, но это была приятная тяжесть. Пожалуй, даже очень приятная. И Кенна вдруг поняла, что ей все это время недоставало такой вот тяжести. Тяжести мужской руки у нее на плече.

Но этот мужчина… Он вовсе не человек. И все же ей было очень приятно, когда он поцеловал ее в коридоре. Так что, наверное, не следует его бояться, потому что он… Кенна зевнула и закрыла глаза. В следующее мгновение она погрузилась в сон, и ей снились кровавые демоны с крыльями ангелов.

На востоке небо уже светлело, и самые ранние из птиц завели свои трели, предвещая рассвет.

Как правило, к утру Финли чувствовал ужасную усталость. Не физическую, а внутреннюю, очень походившую на отчаяние. Но сейчас у него были совсем другие ощущения. Он испытывал радостное предвкушение чего-то совершенно светлого… И он с удовольствием бы ехал еще и еще, но замок Маклейн находился уже совсем рядом.

Последние два часа ему было холодновато. Но в тех местах, где его тела касались руки Кенны, тепло сохранялось. Должно быть, это она его согревала.

Финли втянул носом прохладный воздух, полагая, что пытается понять, не таится ли где-то опасность. Но на самом деле он лишь хотел насладиться запахом Кенны, вобрать его в себя. Этот чудесный запах постоянно отвлекал его и будоражил.

Когда они сели в седло, он даже не подумал о том, что ему предстоит ощущать ее близость все время пути. Тогда он думал о Джине, ругал себя за то, что позволил ему уйти. Да еще и этот пугливый конь, поначалу шарахающийся, доставлял ему неприятности. Но вскоре мысли о Джине уступили место мыслям совсем иного рода. Он живо представлял ее округлые бедра и чудесные груди, представлял ее обнаженной… и себя с ней рядом.

Как ни странно, теперь он ни о чем не сожалел. А ведь прежде он жил лишь ради того, чтобы мстить. Вся его жизнь в течение последних пятидесяти лет была подчинена одной цели — мщению. Но сейчас… Сейчас он понял: возможно, у него еще есть надежда, если рассказы о том, что может означать для вампира обретение своей «второй половинки», правдивы.

Финли закрыл глаза и представил, что Кенна Грэм не спит. Если бы она не спала, то можно было бы предположить, что она прислонилась к нему потому, что хочет этого. Можно было бы предположить, что ей очень приятно к нему прижиматься…

Тяжело вздохнув, Финли открыл глаза и отчитал себя за глупые фантазии. Разумеется, Кенна спала. И едва ли ей было бы приятно к нему прижиматься. А вот он… Финли снова втянул ее запах и тотчас же почувствовал, что возбуждается.

Став вампиром, Финли Маклейн не давал обета безбрачия. Не отказывался он и от плотских утех. Более того, в самом начале своего нового существования он пускался во все тяжкие. Но потом устыдился того, что творил, и делал все возможное, чтобы сдерживать похоть, во всяком случае, как можно дольше. Как правило, ему это удавалось, и он не очень-то нуждался в женщинах.

Но сейчас все изменилось.

Кенна вздохнула во сне и потерлась щекой о его грудь. И сердце его тотчас же гулко заколотилось.

Финли сделал глубокий вдох и взглянул на мощные стены замка Маклейн. Множество раз он выезжал из этого замка, а затем возвращался, но никогда он не приезжал сюда, держа в объятиях Кенну Грэм.

Финли въехал в ворота замка, и к нему тут же подбежал молодой слуга с изящной стройной фигурой. Конь зафыркал, учуяв незнакомца, но тотчас успокоился — он слишком устал, чтобы выражать свое возмущение.

— Грей, я купил коня, — сказал Финли молодому человеку. — Надеюсь, ты еще помнишь, как заботятся о лошадях.

— Они не так уж отличаются от коров, милорд, — пробурчал Грей.

— Да, возможно… — Маклейн пожал плечами. — И еще я привез в дом гостью.

Грей промолчал. И так было ясно, что забота о гостье ляжет на плечи миссис Макдермотт. Потому что Грей людей не любил.

Слуга взял за поводья, и Финли осторожно соскользнул с коня, стараясь не разбудить Кеину. Но она тут же поморщилась и открыла глаза. Заметив, что она проснулась, Финли тихо сказал:

.— Не бойся. Мы у меня дома.

Он старался говорить ласково, но она вздрогнула в испуге и заморгала. Потом начала щуриться. Финли понял, что для обычных глаз во дворе еще слишком темно. Конечно же, она не могла ничего разглядеть.

— Мистрис Кенна, мы прибыли в замок Маклейн. — Финли заставил себя улыбнуться. — И теперь вам надо как следует выспаться.

Она опять вздрогнула, и он добавил:

— Не бойтесь, пожалуйста. Выспаться — и больше ничего.

Маклейн хотел поскорее отвести ее в дом, но Грей остановил его, сообщив:

— Милорд, у нас гость. Еще один гость.

Маклейн замер на мгновение. Затем втянул носом воздух, пытаясь уловить, не пахнет ли тут еще одним вампиром — Джином. Но ничего подозрительного он не обнаружил. Взглянув на слугу, рявкнул:

— Кто это?

— Слуга короля.

Курьер? Проклятие! Он снова им понадобился. Слишком долго он тянул с визитом к королю. Он знал, что ничего хорошего его при дворе не ждет, потому и медлил с визитом. А сейчас у него не было на это времени.

Кенна заерзала в седле, давая понять, что хочет спешиться. Финли подхватил ее на руки и опустил на землю.

— Что-то не так? — спросила она.

— Ничего особенного. Кое-какие проблемы.

— Проблемы?..

— Просто курьер прибыл, вот и все. Курьер от короля.

Кенна нахмурилась.

— Они… про тебя знают?

— Нет, конечно.

Король не знал о нем главного, но придворные кое о чем догадывались. Впрочем, сейчас все это не имело значения.

— Разумеется, король ничего не знает, — добавил Маклейн. — А тебе пора в постель.

Кенна взглянула на него с испугом, и Финли, улыбнувшись, пояснил:

— Тебе пора спать. Я это хотел сказать.

Он взял ее под руку и повел через двор. Повел не в свою постель, к величайшему сожалению.

— Лэрд Маклейн… — Худощавый молодой человек коротко поклонился, приветствуя хозяина замка. — Меня зовут Гатри, и я прибыл по приказу нашего короля.

Финли поклонился столь же сдержанно:

— А я думал, Гатри, что вы разделите со мной трапезу, как добрый гость моего замка.

Курьер короля выказал не больше радости при встрече с хозяином, чем хозяин при встрече с посланником. Финли терпеть не мог королевский двор и все, что с ним связано. А перед ним стоял человек, сделавший дворовые интриги своим ремеслом. Это был один из любителей половить рыбку в мутной воде.

— Король настоял на том, чтобы я явился к вам именно сейчас, — продолжал курьер. — Я должен напомнить вам о вашем же обещании посетить Стерлинг до конца месяца. На случай, если вы не заметили, хочу напомнить, что месяц на исходе.