Гонщик из Монако - Ким Лоренс

— Ты решила играть свою роль до конца? Похвальное упорство! — оценил Мэтью. — Но такой тип женщин хорошо мне известен. Ты коллекционируешь знаменитостей, перебывавших с тобой в постели.

— Знаменитостей?! — спросила девушка и улыбнулась. — Простите, если задену ваше самолюбие. Но я вас не знаю. Мне не известно ваше имя, и даже ваше лицо не кажется мне знакомым.

— Ты хочешь меня убедить, что... — запнулся знаменитый гонщик и, выдержав паузу, представился: — Я — Мэтью Готье.

— И? — вопросительно произнесла девушка. — Это имя мне ни о чем не говорит. Я знаю, что есть всемирно известный модельер с такой фамилией. Но очевидно, что вы не Жан-Поль Готье.

— Как фанатка «Формулы-1», ты должна знать меня, — неуклюже упрекнул он девушку, смутно начиная догадываться, что диалог их абсурден во всех отношениях.

И все же ничто не могло разубедить самоуверенного гонщикам том, что он обознался, запамятовал или оскандалился каким-либо иным способом.

— Но дело в том, что я не фанатка гоночного спорта. Я ничего не знаю о «Формуле-1», кроме того, что это престижные состязания. Поэтому я не знаю и вас, даже если вы сам бог этого спорта, — заверила его девушка.

— Тебе почти удалось заставить меня усомниться в собственной памяти. Но, как я уже говорил, ты можешь ни о чем не волноваться. Я не выдам твоего маленького секрета. Более того, я глубоко уважаю твое решительное желание откреститься от грехов прошлого...

—Я была бы вам очень благодарна за проявленное понимание, если бы знала, о каких грехах идет речь. Из ваших слов мне стало ясно, что однажды я где-то пыталась вас совратить.

— В Монако. Это было в Монако, — освежил Мэтью, как он думал, память беспутницы.

— Но я никогда не была в Мо... — хотела с облегчением произнести девушка, но вдруг запнулась.

Она нахмурилась. И задумалась.

Причиной этому стало воспоминание о том, что незадолго до своего замужества ее сестра-близнец, решив насладиться последними днями вольности, отравилась в Монако, где в то время проходил очередной этап «Формулы-1». Не то чтобы девушка с легкостью могла представить свою сестру в роли блудницы, которая в алкогольном опьянении предлагает себя участникам соревнований, но нечто подобное хоть в какой-то степени могло объяснить ту уверенность, с которой этот спаситель-наглец подозревает, ее в лукавстве.

Ее задумчивость Мэтью порадовала. Это молчание казалось ему лучшим подтверждением его правоты. Конечно, откуда молодому человеку было знать, что можно нечаянно в разное время и разных местах повстречать сестер-близнецов, одна из которых не имела абсолютно никакого представления о приключениях другой?

— Гм... — невольно произнесла девушка, раздумывая над этой коллизией.

— Амнезия прошла? — насмешливо осведомился Мэтью Готье.

— Вы даже не представляете, насколько заблуждаетесь. Я никогда не была в Монако, — спокойно произнесла девушка, внутренне извинив мужчину за его нелепую оплошность.

— У меня есть все причины, чтобы не принимать твоих заверений в расчет, — упрямо бросил Мэтью. — Но отложим это препирательство. Я хочу убедиться, что твое состояние не вызывает опасений. Я провожу тебя в приемную, — сказал он, распахнув дверцу машины перед завернутой в толстый плед девушкой.

— Я подожду тебя здесь, — сказал Мэтью, когда пришла медсестра, чтобы проводить ее в смотровую палату.

— В этом нет необходимости, — произнесла девушка.

— Я дождусь результатов обследования и подброшу тебя в Дорни-Хаус, — твердо проговорил он.

— Я доберусь до места самостоятельно, — раздраженно объявила девушка, которую стало угнетать преувеличенное внимание мужчины к ее персоне, тем более что она знала, на чем основывается его внимание.

— В таком виде это будет проблематичным, — издевательски произнес Мэтью.

— И у такой знаменитости, как вы, не найдется дел поинтереснее? — вернула она ему издевку.

— Я тут на отдыхе, — безразлично отразил он ее колкость.

Девушка прикусила губу.

Воздержавшись от дальнейших препирательств, она направилась вслед за медсестрой.

Мэтью действительно не спешил вернуться к другу Джеми. Это недоразумение все глубже и глубже затягивало его.

Вернее, он не считал свое мнение относительно этой девицы ошибочным. Он был совершенно уверен, что она и есть та самая «вешалка», которая несколько лет назад донимала его своими, пьяными приставаниями. И доказательством этому была полная тождественность тел.

Его уникальная мужская память сохраняла воспоминания обо всех женщинах, с которыми его связывали пикантные моменты прошлого. Он мог забыть имя, черты характера, антипатии или пристрастия. Но тела он запоминал с феноменальной точностью, до деталей. Увидев всего однажды женщину обнаженной, Мэтью не забывал ее уже никогда. Он хорошо знал эту характерную особенность своего мозга и поэтому доверялся ей целиком.

— И что же сказал эскулап? — спросил Мэтью, когда девушка вернулась в приемный покой.

— Он сказал, что мне несказанно повезло, что вы оказались в нужном месте в нужное время. Еще он сказал, что вы — герой. Но теперь для полного восстановления мне необходимы покой и одиночество, — уверенно проговорила она.

— Остроумно... Ничего не скажешь, — прокомментировал Мэтью Готье, осклабившись. — Так говоришь, что остановилась в Дорни-Хаусе? Пошли, я отвезу тебя.

— Я бы не хотела злоупотреблять вашей чуткостью, — отмахнулась девушка.

— Злоупотреблять своей чуткостью я никому и не позволю, можешь быть в этом уверена, — шепотом парировал мужчина, низко склонившись над девушкой.