Люблю (ненавидеть) тебя - Дана Алексеева

На следующий день я позвонила Дэйву. Главная цель звонка была — сообщить ему о моем намерении покинуть Сан-Франциско. Веских причин для этого я так и не смогла подобрать, понадеявшись придумать что-нибудь во время разговора. А рассказать про своего соседа, то есть бывшего, я не захотела.

— Скоро ты уже приедешь? – начала я издалека.

— На неделю точно придется зависнуть здесь, малыш. Это моя работа.

— Я понимаю… — вздохнула я. – Знаешь, я подумала, может, перееду пока к родителям?

— В смысле? – насторожился Дэйв. — Что-то не так?

— Нет, все хорошо. Просто мне скучно одной здесь и…

— Позови подружек в гости или родителей. У тебя были дела расписаны на всю неделю, а сейчас говоришь, что умираешь со скуки…

Я встала с кровати и посмотрела в окно, которое как раз выходило на дом Мартина. Хрупкая фигура девушки промелькнула на втором этаже. Что? Я замерла и прищурилась.

— Оливия?

Да когда он успел привести к себе эту… Эту легкодоступную белобрысую козу. Я поморщилась. Фигура промелькнула еще раз, и я уже буквально прилипла к стеклу. Распущенные волосы чуть ниже плеч, хрупкие узкие плечи, тонкая талия… Со спины она была довольно миниатюрной и слегка угловатой.

— Оливия?! – услышала я голос Дэйва. — Ты меня слышишь?

— А? Что? Да-да, – пыталась я вспомнить, о чем мы разговаривали. — Знаешь, ты прав. Я, пожалуй, позову девчонок. Просто скучаю по тебе, вот и места себе не нахожу.

— Я тоже скучаю, малыш. Одна неделя, и я весь твой. Обещаю.

— Хорошо, Дэйв. Удачного дня тебе.

Я завершила разговор и вышла на балкон.

Мозг кипел и грозился разорваться на части. Почему Мартин хоть как-то должен влиять на мои планы, на мою жизнь?! Никуда я не уеду! После моего скорого отбытия из Сан-Франциско, он, наоборот, поймет, что все еще имеет влияние на меня. Я не предоставлю ему такой возможности. Режим холодного равнодушия включен.

Я взглянула еще раз на дом напротив. Хочет потравить меня своими сексапильными дамочками, которых меняет каждый день. Пожалуйста. Мне какое до этого дело, собственно? Хоть с брюнетками, хоть с блондинками, хоть с рыжими…

— Не поняла… — я привстала с плетеного кресла и удивленно вскинула брови. — Что она удумала делать? Она, что, готовит для него? Да уж, серьезная заявочка.

Я посмеялась про себя. Зря стараешься, деточка, Мартин не оценит твоих кулинарных подвигов. Наивная. Хотя… Странно, что она вообще у него хозяйничает… А что, если у них и вправду все серьезно? Тогда стал бы ко мне Мартин подбивать клинья?

Я встряхнула волосами. Что-то равнодушие пока не очень выходит. Раздосадованная я ушла с балкона и позадергивала все шторы на втором этаже, чтобы не было соблазна заглядываться на дом напротив.

— Да у вас тут темное царство! – воскликнула Абби, когда зашла ко мне в комнату.

— Сегодня черезчур солнечно и жарко…

— Ваша любимая погода, – пожала плечами Абби. – Вы сегодня собрались целый день провести в комнате?

— Что-то настроение у меня совсем не солнечное, в отличие от погоды… Хочется в тень.

Я покачивалась на кресле и грустно смотрела в потолок.

— Думаю, вам надо прогуляться, – кивнула Абби. — К вам важный гость, который немедленно требует вашего внимания.

— М? – я окинула непонимающим взглядом Абби, и та хитро улыбнулась.

Я даже напряглась. Какой еще гость?

Она открыла дверь, и в комнату вбежал Харли. Меня отпустило.

— Харли, дружище! – потрепала я за ушами лабрадора.

Харли зацепился зубами за штанину и , скуля, начал тащить меня к двери.

— Ты хочешь гулять… — догадалась я. – Ну, хорошо, я только переоденусь, договорились?

Харли издал радостный лай, и мы с Абби умиленно засмеялись.

Мы вышли гулять к берегу. Прохладный ветерок с океана освежал мысли и приятно обдувал лицо, раскрасневшееся от жары. Харли носился, как сумасшедший – в воду и обратно, забегал далеко вперед, а потом стрелой мчался ко мне.