Высота одиночества - Татьяна Минаева

— Я не понимаю, Крылов, почему ты так уверен в том, что эта девочка придет? — Савченко не разделял энтузиазма своего ученика, продолжая сомневаться в правильности избранного тем пути.

Николай Петрович облокотился о бортик и жестом подозвал разминающегося Игоря.

— Просто она не любит проигрывать, — улыбаясь во все тридцать два, ответил Крылов и подмигнул тренеру. — Поэтому, Николай Петрович, можете начинать думать над программами на новый сезон.

— Не беги впереди паровоза. Какие тебе программы?! Для начала вам скататься надо. Два одиночника… Толку от того, что ты три года с партнершей катался? Элементы-то ты выучил, вот только как был одиночником до мозга костей, так им и остался, — Савченко покачал головой. — К тому же мы не знаем, в каком состоянии находится Ипатова. Да и времени до старта сезона всего-ничего. Полгода, Игорь! Всего полгода, думаешь, этого достаточно, чтобы…

— Да чего Вы постоянно сомневаетесь? — возмутился Игорь. — Николай Петрович, Вы не бросили меня три года назад, когда можно было смело ставить крест на моей карьере. Остались рядом и все это время не давали потерять веру! И теперь у нас появилась великолепная возможность вернуться! И никакой Бердников нам не сможет помешать!

— Как у тебя все просто, Крылов! — брови Савченко сошлись на переносице. — Тебя послушать, так если Ипатова согласится, вы завтра же начнете выигрывать все подряд… Что уж там месяцы изнуряющих тренировок и притирка характеров! Вы же оба гениальные, зачем оно вам?!

— Николай Петрович…

— Нет, ты послушай меня! А что, если вы действительно не сойдетесь? Ты не подарок, да и она, как я слышал, тоже! Вы два лидера и будете тянуть одеяло каждый на себя и…

— Рината! — Крылов моментально забыл о присутствии Савченко и его утомительных размышлениях, едва взгляд его уловил тоненькую стройную фигурку девушки, в нерешительности переминающейся с ноги на ногу у двери.

Глубоко вздохнув, она сделала шаг по направлению к мужчинам.

— Доброе утро. — На её хрипловатый голос обернулся Николай Петрович. Он снял очки, изучающе оглядел Ринату и выдал:

— Если не сможешь — лучше уходи. Не трать время.

— Смогу, — с вызовом вздернула она подбородок и перевела взгляд на Игоря: — Где тут можно переодеться?

Крылов, стараясь сдержаться и не закружить Ипатову в объятиях, указал рукой в сторону раздевалки и с победной улыбкой смотрел ей вслед до тех пор, пока девушка не скрылась за дверью.

— Не рано ли радуешься? — скорее для галочки поддел Игоря Савченко. Если на чистоту, ему тоже было впору отплясывать от счастья. Наконец у него есть пара, с которой он может начать подготовку к сезону. А неизвестность того, сможет ли Рината кататься… Сможет. Эта девочка сможет все. В ней чувствовалась такая внутренняя энергия, такой прочный стержень, что все сомнения улетучились безвозвратно, стоило только заглянуть в её глаза.

Рината подошла к бортику, коснулась его ладонью и задумчиво остановилась, разглядывая лед. Остался последний шаг. Один маленький шажочек, и она окажется на катке, но как же сложно сделать этот шаг… Вдруг появилось чувство обреченности — она не сможет! Она когда-то запретила себе и близко приближаться ко льду, пыталась забыть, но…

— Давай руку, — услышала она совсем рядом.

Подняла голову и встретилась с серыми глазами, излучающими уверенность… Уверенность в ней.

И больше не думая, вложила свою узкую ладошку в его сильную ладонь. Игорь крепко сжал её руку, потянул на себя, и через мгновение лезвие её конька оставило тонкий след на льду.

Игорь отпустил девушку, давая ей возможность почувствовать лед, вспомнить его.

Ипатова осторожно проехалась до центра катка и обратно. Не думала, что когда-то снова будет чувствовать под ногами эту холодную невозмутимую гладь. Эти годы она упорно сопротивлялась своим желаниям. Тот разговор с Бердниковым в больнице, наконец, расставил все на свои места. Никакая она не особенная. Обычная девчонка, из которой решили вырастить олимпийскую чемпионку. Лучшие хореографы, лучшие постановщики программ, лучшие костюмы — все ради одной цели. Она в этой цепи была никем.

Но теперь у неё появился реальный шанс доказать, что она сама, без чьей-либо помощи может чего-то добиться.