Шелковая бабочка - Сандра Мартон

Доминик ободряюще улыбнулся.

— Видите? Она уже приходит в себя.

Том ворвался в комнату с миской льда и целлофановым пакетом.

— Подойдет? Это первое, что попалось мне под руку.

— Подойдет.

Доминик приложил наполненный льдом пакет ко лбу Арианны. Она снова застонала и открыла глаза. У нее были необычные глаза цвета июльского неба. Невинно-голубые — так подумал он, заключив ее в объятья пять лет назад.

Отложив в сторону лед, он взял стакан и, поддерживая девушку за плечи, поднес его к ее губам.

— Пей, — отрывисто сказал он.

— Что случилось?

— Ты упала в обморок. Выпей воды.

Она сделала глоток и снова посмотрела на него.

— Ты, — прошептала она. Доминик натянуто улыбнулся.

— Какой сюрприз!

Арианна поставила стакан и высвободилась из его рук.

— Не делай резких движений, а то опять потеряешь сознание.

— Отпусти меня.

Он пожал плечами и сделал, как она просила. И какая ему разница, если она снова упадет в обморок?

— Как хочешь.

Арианна села и спустила ноги на пол. Комната поплыла перед ее глазами, и ей пришлось глубоко вздохнуть, чтобы снова не потерять сознание. Упасть к ногам Доминика Боргезе было бы ужасно. Сделать это в присутствии бабушки, которая, казалось, постарела на десяток лет, было и того хуже.

— Бабуля, — сказала Арианна, дотрагиваясь до сухой старческой руки, — ты в порядке?

— Обо мне не беспокойся, детка. Думай лучше о себе. Что случилось? Почему ты упала в обморок?

Действительно, почему? Вряд ли она могла признаться бабушке, что свалилась как подкошенная, увидев в дверях отца своего ребенка.

— Возможно, синьорину что-то расстроило.

Арианна взглянула на Доминика. Он улыбался, как будто находил ситуацию забавной. Забавной? Неужели он, узнав, что женщина, которую он соблазнил, и женщина, которую он вот-вот разорит, — одно и то же лицо, нашел это забавным?

Она обратилась к Тому, игнорируя Доминика:

— Принеси чай и кофе для бабушки и нашего гостя.

— Мы позавтракали на борту самолета синьора Боргезе, — улыбнулась маркиза. — Арианна, какой же у него чудесный самолет. Кожаные сиденья, низкие столики…

— Нисколько не сомневаюсь, — холодно ответила Арианна, — но вряд ли синьор проделал весь этот путь, чтобы послушать, как мы обсуждаем его самолет.

— Нет, — вздохнула маркиза. — Он прилетел, чтобы посмотреть на «Шелковую бабочку». Теперь она принадлежит ему.

— Нет, — быстро возразила Арианна. — Пока еще нет.

— Но завтра в это же время «Шелковая бабочка» перейдет в мою собственность. — Доминик улыбнулся. — Вас ведь беспокоит именно это, синьора Кабо? То, что «Шелковая бабочка» станет моей?

Да, он определенно наслаждался ситуацией. Почему? Мстил за то, что она пять лет назад покинула его постель?

— Да, — холодно сказала Арианна, — меня беспокоит именно это.

— Арианна, — воскликнула маркиза, — да что с тобой сегодня?

— Нет-нет, — вмешался Доминик, — все в порядке. Мне нравятся прямолинейные женщины. Интересно, синьора, так что же вас все-таки волнует больше — то, что вы потеряете «Шелковую бабочку», или то, что ее получу я?

Она ответила без колебаний.

— И то, и другое.

— Арианна, — решительно сказала маркиза, — думай, что говоришь.

— Почему бы синьору Боргезе не услышать правду, бабушка? Все равно это уже ничего не изменит. — Арианна повернулась к Доминику. — «Шелковой бабочке» уже больше ста лет. Но, судя по тому, что я знаю о «Боргезе интернэшнл», вам на это наплевать.

— Вы хотите сказать, судя по тому, что вы знаете обо мне, — произнес Доминик. — Ну же, синьорина, не смущайтесь. Весь Рим знает, что по происхождению я сильно вам проигрываю.

— Меня интересует судьба «Шелковой бабочки», а не ваше происхождение. Не могу поверить, что вы будете уделять ей то внимание, которого она заслуживает. Все это, — продолжила она, разводя руками, — все это станет очередным винтиком в огромной корпорации.

— Вы имеете в виду, что я не буду заботиться о ней так, как вы.

— Вот именно.

— По крайней мере, я спасаю вас от банкротства, и вы не окажетесь в руках кредиторов.

Это был удар ниже пояса, но она его заслужила.

— Поверьте мне, я бы все на свете отдала, чтобы этого не произошло.

— К сожалению, сделанного не вернешь. Это знают даже принцессы.

Голос Доминика был мягким, почти нежным, и в его словах был скрытый смысл. Принцесса. Так он называл ее той ночью. Ей хотелось дать ему пощечину, чтобы он прекратил эту игру, но бабушка наблюдала за ними с настороженным вниманием.

— Это правда, синьор, — вежливо согласилась Арианна, — но на ошибках учатся.

— В самом деле. Но возможно, вы мне кое-что проясните, синьорина.

Арианна взглянула на Доминика. Его зеленые глаза угрожающе сузились.

— Я попробую.

— Мне кажется, мы раньше где-то встречались.

— Боюсь, вы ошибаетесь. — Прозвучал ли ее голос достаточно спокойно? Да и как можно было сохранять спокойствие, когда сердце вот-вот выскочит из груди?

— Вы уверены? Но ваша внешность кажется мне знакомой. Возможно, мы встречались в Риме?

— В Риме? Я так не думаю.

— Тогда, возможно, во Флоренции? Вы ведь бываете во Флоренции?

— Нет.

— Арианна, не глупи. — Маркиза рассмеялась. — Ну конечно же, она бывает во Флоренции, синьор. Возможно, — она перевела взгляд с Доминика на Арианну, — вы встречались именно там?

— Мы никогда не встречались, — решительно заявила Арианна.

— У меня хорошая память на лица, — нахмурился Доминик, — особенно такие прекрасные, как ваше. Постойте-ка. Я что-то припоминаю. На вечеринке. Здесь, в Нью-Йорке. Пять лет назад. — Он сладко улыбнулся. — Теперь вы вспомнили? Или мне нужно подсказать вам еще какие-нибудь детали?

Комната снова поплыла у нее перед глазами. Негодяй! Почему он играет с ней?

— В этом нет никакой необходимости, синьор.

— Не надо так официально, Арианна, зовите меня Доминик.

— Доминик, — повторила она. — Возможно, когда-то давно мы и встречались.

— Ну разумеется. Я вспомнил вас, как только увидел вашу фотографию в палаццо вашей бабушки.

— Но вы ни слова мне об этом не сказали. — Маркиза рассмеялась, как девчонка. — Доминик, вы плохой мальчик. Вам надо было сказать мне, что вы знакомы, когда мы говорили о делах.