Малыш для генерального - Рин Скай

— Все хорошо будет, — почти нежным голосом обещаю ей.

Стискиваю ладошку еще сильней. Марьяна — молодая, сильная, должна выкарабкаться!

— Врача, быстро! Девушка беременна. И с сердцем что-то! — кричу рецепшионистке.

Клиника наша, частная, корпоративная. Меня тут все хорошо знают. Девушка мгновенно испаряется, и материализуется вновь с врачами и санитарами с каталкой.

— Опускайте, Сергей Валерьевич! — командует Черничко Анна Павловна, как написано наеебейджике.

С трудом отдираю девушку от себя. Глупо, но я настолько боюсь за нее, что хочу быть рядом и на осмотре.

А Марьяна не отпускает мою ладонь. Как вцепилась, бедная девочка в машине, так и не разжимает свои пальчики.

— Не отпускай… — хрипит, глаза не открывает.

— Нет, я здесь! Слышишь! Не отпущу!

Зыркаю на недоумевающих санитаров и врачиху. Стискиваю ее ладонь сильнее.

— С вами пойду! — рычу на них, чтобы зашевелились.

Так мы и бежим все вместе к лифту. Я, за своей рукой, что не желает отпускать Марьяна, и санитары, что толкают каталку к лифту.

Нас заводят в какой-то темный кабинет, типа такого, где делают УЗИ.

Марьянку я лично перекладываю на кушетку.

— Отпустите девушку, ей надо расслабляющую капельницу поставить. — требует Черничко.

Ага. Самая умная что ли? Как я Марьяшку отпущу?! Я же обещал ей.

— Так ставьте! — требую я. — Я подвинусь!

Марьяна морщится, когда ей прокалывают сгиб локтя, а я сильней стискиваю ее холодную ладошку.

— Потерпи, пожалуйста! — бормочу глупости. — Они тебе как лучше делают!

Хотя сам терпеть не могу ни уколов, ни капельниц, ни прочейиглоукалывающей фигни.

Капельницу закрепляют на штатив, а я сижу рядом с нею на корточках и невыпускаю ее пальчики.

— Что с ней?! — пытаюсь выяснит у Черничко.

— Сейчас все узнаем. Похоже на невралгию. Если до этого проблем с сердцем не было.

— Были проблемы, или нет, Марьян?! — всматриваюсь в ее лицо. Оно постепенно разглаживается по мере действия капельницы.

— Нет, я здорова… — хрипит это чудо. — Просто беременна…

— А… так это вас я ждала на прием в час дня!? — догадывается Анна Павловна. — Вот как раз и пройдете полное обследование перед абортом.

— Что?! — мигом открывает глаза Марьяна. — Никакого аборта! Не смейте мне его делать! Я против!

Вот женщина, а! Только что умирала, а как про аборт услышала, мигом в себя пришла. Какая жажда родить и поживиться за мой счет! Рожалка! Курица тупая! Наседка!

— Нет, никто вам против воли аборт не сделает, — идет на попятнуюЧерничко. — Просто у меня были другие сведения относительно вас.

— А я вот за аборт! — не могу стерпеть я. — Требую проведения операции!

— Вот и делай его себе сам!!! И руку мою отпусти!!! — отпихивает Марьяна от себя мои пальцы.

— Сергей Валерьевич, это полностью в компетенции женщины, делать ей аборт или нет. Насильно, по вашему желанию, мы провести такую операцию не можем. — Черничко готовит аппарат, какие-то провода, электроды.

— Девушка, расстегивайте блузку, я сейчас сниму кардиограмму на всякий случай.

— Пусть он выйдет! — требует строптивое создание.

— Никуда я не собираюсь выходить! — буркаю я. — Буду контролировать процесс. Давай помогу пуговицы расстегнуть, у тебя вон капельница в руке торчит.

На самом деле я очень боюсь за ее здоровье. Боюсь, что у нее какое-то серьезное заболевание на сердце, а мне не сообщат об этом. А еще очень хочу, чтобы у нее нашли что-то, не совсем серьезное, но такое, чтобы являлось показанием к аборту. Короче, я полный злодей, но мне нужен аборт! Уже один сын у меня от секретутки есть. Хватает. Второго не нужно.

С пуговицами у Марьяны ничего не выходит, и тогда я сам лезу расстегнуть их.

— Не трогай меня!!! — визжит она, как потерпевшая.

— Ее надо полностью раздеть? — игнорирую Марьянины вопли.

— Нет, до белья. Мне нужно поставить электроды в области сердца. И все. — обламывает меня Черничко.

А я не то чтобы хотел… но наверно, подсознательно… где-то очень глубоко… да блин, кого я обманываю??? Хотел, конечно! А какой из нормальных мужиков откажется попялиться на красивую девушку в красивом белье?!

А Марьяна красивая. Даже под капельницей! Черт, вот не даром на корпоративе меня к ней потянуло!

Черничко присоединяет электроды вокруг ее белого топа.

— Ой! — вскрикивает Марьяна.

Наверно они холодные, или мокрые, потому что из-под них какая-то жидкость вытекает.

Я рвусь обратно к ней на этот ее «ой», чисто на инстинктах тела, а она, на тех же инстинктах снова хватает меня за руку. Цепляется, как за соломинку, подрагивает.

— Я здесь, Марьян, я здесь. — тихо сообщаю, мазнув носом ей по виску. — Просто спокойно лежи. Это не больно. Не больно же?