Сколько стоит любовь? - Элизабет Кейли

– Откуда?! – изумленно воскликнула она.

– Вы даже представить себе не можете, какими жадными бывают иногда люди. И на что только не пойдешь ради денег!

– Есть многие вещи, которые не сделаешь, даже ради самой огромной суммы.

– А на что вы готовы пойти ради спасения доброго имени отца и состояния вашего сына?

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Кристин. Ей совсем не нравился оборот, который принимал разговор.

– Я пришел предложить вам сделку. Очень простую. Вы выходите за меня замуж, а я решаю все ваши проблемы.

От гнева у Кристин перехватило дыхание. Она ожидала чего угодно, но только не этого!

– Это же просто неприлично! – наконец смогла сказать она.

– По-моему, вполне приличная сделка. Ваше тело против вашего же честного имени.

– Прочь из этого дома! – сердито зашипела Кристин, поднимаясь из-за стола.

Она чувствовала, что сейчас набросится на Эрика с кулаками. Ей хотелось сделать ему больно, разорвать ногтями его лицо, заставить страдать и корчиться от боли…

– Спокойнее, миссис Локнер! – потребовал Эрик.

Кристин, сама не зная почему, послушалась его тихого и холодного, словно ночь в январе, голоса. Она села обратно в кресло и пристально посмотрела на Эрика.

– У меня на руках все векселя вашего отца, – спокойно продолжал Эрик, как будто и не было гневной вспышки Кристин. – Я скупил их по сходной цене. Знаете ли, мне их продали без всяких проблем: сейчас все понимают, что с наследников много не получишь. Меня же вовсе не интересует получение прибыли. Того, что я имею, мне вполне достаточно. Хотя если вы бы мне позволили, я вложил бы свои средства в «Бирн корпорейтед»: мне нравится эта компания, ностальгия, знаете ли. Ну этот вопрос мы еще обсудим. Итак, миссис Локнер… или лучше мисс Бирн?

– Пока еще миссис Локнер, – невозмутимо ответила Кристин, но в ее душе бушевало пламя.

– Отлично, миссис Локнер! Если вы принимаете мое предложение, ваш дом не идет с торгов, а ваш сын получит к совершеннолетию отлично налаженный бизнес. За это я ручаюсь. Вы же получаете верного и порядочного – в отличие от первого – мужа, который будет вас обеспечивать всем необходимым. От вас же требуется просто стать моей женой.

– Никогда! – выдохнула Кристин.

– Зря вы так.

– Никогда я не продамся!

– Один раз вы уже продались Локнеру. Должен честно вам сказать, не самая удачная сделка. Впрочем, ваш отец был прав: женщина не может заниматься коммерцией. Для этого есть мужчины. Соглашайтесь, миссис Локнер, чего тянуть?

– У меня еще есть время! И потом, я не останусь совсем нищей. По крайней мере, у меня есть средства, чтобы вырастить сына и дать ему образование.

– Это будет очень скромная жизнь, миссис Локнер! – с издевательской усмешкой произнес Эрик. – Вы ведь привыкли к совсем другому. И я готов дать вам ту жизнь, которую вы должны вести. Просто примите мое предложение.

– Нет!

– Ну что ж, у вас есть время подумать. Две недели. Но учтите, я очень, очень строго взыскиваю со своих должников. Лучше бы вам согласиться сейчас на мое предложение. У вас же просто не останется выбора. Вы же сами всерьез не верите в то, что сможете жить вне престижного квартала и вырезать купоны со скидками из газет. Вы не приспособлены к самостоятельной жизни, Кристин, и в этом ваша беда. Вы умеете только продаваться. Один раз вы продались не тому мужчине, теперь же у вас есть шанс все исправить. Кстати, я в отличие от Локнера с большим удовольствием буду выполнять свой супружеский долг, моя дорогая.

Эрик отвесил шутовской поклон и удалился. Кристин схватила со стола тяжелое пресс-папье и запустила им в Эрика, но дверь за ним уже закрылась.

Ни за что! – сердито подумала Кристин, падая обратно в кресло. Я скорее умру, чем соглашусь на эту сделку. Я что, племенная кобыла, чтобы торговать моим телом? Да как он вообще может говорить со мной в таком тоне после всего, что отец сделал для него?! Я ведь прекрасно знаю, что, если бы не папа, никогда бы этот нахал Маккилдон не вышел в люди! Да он должен благодарить меня, как наследницу отца, на коленях, а не требовать продать себя за дом и благополучие фирмы!

– Мисс, ваш необузданный нрав не доведет вас до добра, – проворчала миссис Эствей, заметив на полу пресс-папье.

– Я не звала вас.

– Я услышала шум и решила проверить, в чем дело, – спокойно ответила экономка. – Обед готов.

– Пригласите Робби, я буду через пятнадцать минут. Мне нужно сделать несколько звонков.

Кристин чувствовала, как краска заливает ее щеки. Впервые в жизни ее не провели в гостиную и не предложили чашечку чаю. Вот уже почти две недели она обивала пороги всех знакомых и друзей отца, людей, с которыми не раз и не два встречалась на раутах и приемах.

В последнее время почти во всех домах ей отказывали во встрече, ссылаясь на какие-то срочные дела. А когда Кристин принялась ходить без приглашения, ее просто перестали впускать в дом.

Она совершенно отчаялась найти помощь где бы то ни было, когда вспомнила о старом приятеле своего отца, мистере Беннете. Финансист и промышленник, бывший партнер ее отца, он стал последней надеждой Кристин добыть денег на уплату хотя бы части долга.

И вот она стояла в темной прихожей особняка Беннета и внутренне готовилась к тому, что ей сейчас сообщат об отсутствии хозяина. Но вместо этого Беннет сам вышел к ней.

– Моя дорогая девочка! – воскликнул он, раскрывая свои объятия Кристин. – Как же я рад, что ты ко мне заглянула!

– Мистер Беннет, я хотела с вами серьезно поговорить, – выпалила Кристин.

Лицо Беннета сразу же вытянулось. Он покачал головой.

– Пойдем в мой кабинет. Там нам будет удобнее.

Кристин чувствовала, что и из этого похода ничего не получится, но все же надежда еще теплилась в ее сердце. Она села в удобное кресло и внимательно посмотрела на Беннета. Кристин сразу же поняла, что старый приятель ее отца чем-то серьезно озабочен и не знает, как начать разговор с ней.

– Мистер Беннет, я пришла, чтобы попросить у вас денег. Мне нужно выкупить векселя отца. Хотя бы часть! Я должна получить отсрочку, чтобы разобраться с делами «Бирн корпорейтед»! – на одном дыхании выпалила Кристин, не решаясь поднять на Беннета глаза.

Он несколько долгих и мучительных минут молчал.

– Знаешь, моя девочка, наверное, я был единственным другом твоего отца в этой компании акул. И поэтому мне очень хочется помочь тебе. Но у меня нет сейчас денег. А через месяц будет поздно. Поверь мне, если бы у меня была такая возможность, я бы с удовольствием помог тебе!

Душевная боль исказила его правильные черты. Только сейчас Кристин заметила, что на лице мистера Беннета стало гораздо больше морщин.