Наперекор судьбе - Клавдия Булатова

При подходе к дому увидел навстречу ему идущую соседку по квартире.

— Кого я вижу, Игорь собственной персоной. Я же говорила Людмиле, что ты вернешься домой. Вот и вернулся. Что молчишь, разговаривать не хочешь. Сволочь ты, Игорь, и не обижайся, что так тебя назвала, ты заслужил это. Семью променял на любовь.

— Нечего тут выражаться, я тебя не трогаю, и ты иди своей дорогой, — огрызнулся Игорь.

— Правильно ты говоришь, дороги у нас с тобой разные. Я бы не смогла и одного дня с тобой прожить рядом. Это какие же нервы-то нужно иметь. Ты только о себе думаешь, а на семью тебе наплевать. Сколько Люда переживает с Павлушей он такой больной. Эх, ты герой-любовник, — и она, махнув рукой, прошла мимо.

— Учить тут меня все будут, сам знаю, что мне делать, — забурдел он и скрылся в подъезде. Открыл ключом дверь, в квартире никого не было. Прошелся по комнатам и присел на диван, закрыл глаза. Но тут же встрепенулся, Тоня будет ругать, почему так долго. Переодел чистую рубашку, носки и выскочил из квартиры. Ох, а шоколадку забыл, но теперь не будет возвращаться, в сторону больницы магазинов нет. Единственное, что ему не хотелось, это встречаться с женой. Она сейчас наскочит на него. Неужели не понимает, ну, не любит он ее. А тут такая волна его захватила, да с головой накрыла. Он до этого не думал, что такое бывает. Тут, пожалуй про все за будешь.

В приемном покое ему дали халат и сказали, в какой палате лежит его сын. Он подошел к двери, чуть приоткрыл ее и увидел Люду. Она сидела спиной к нему, а вот Павлуша во все глаза смотрел на него. Да как закричит, — папочка, пришел, я так ждал тебя, — он соскочил с коленей матери и шатаясь направился к нему. Люда вовремя поддержала его, а то бы упал.

— Павлик, мой хороший, ты поправляйся, я очень тебя люблю, — он поцеловал сына. В это время Люда тихо вышла из палаты и прикрыла за собой дверь.

— Папочка ты не уйдешь больше никуда, почему у тебя работа такая? У Ромки папка рано с работы приходит и с ним играет.

— Подожди немного, я вас скоро забирать буду, и будем играть с вами на улице, вот выздоровеешь.

— Папа, а ты не знаешь, почему мама часто плачет, кто ее так сильно обидел. Ты их всех накажи, а то ты ничего не знаешь, тебя дома то нет. Она и ночью плачет, сядет рядом со мной и ее слезы на меня капают. Хорошая у нас мамка, лучше всех. И бабушка стала больше плакать, как придет, так кого-то ругает. Паразит говорит, дождется он, а вот кого я не знаю. Спрашиваю у нее, а она только руками махает.

— Все будет хорошо, ты выздоровеешь, и мы будем часто с тобой видеться, я тебе обещаю. А сейчас мне бежать надо, работа не ждет. — Он посадил сына на койку. Поцеловал его и выскользнул за дверь. В коридоре Люды не было, это очень хорошо, он не хотел с ней встречаться. А теперь к Тоне, а то та скандал закатит, почему так долго был. Да еще выбивать этот долбанный половик. Но он дождется, пока стемнеет, тогда и вытрясет.

Люда стояла в другом конце коридора и видела, как вышел Игорь. Вот теперь нужно идти к сыну, у него еще температура держится, но уже меньше стала. Врач сказал, что оставит ее только до завтра. А потом она уйдет. Если узнает главврач, ему не поздоровится. И так хорошо, первые дни болезни самые тяжелые. Слаб еще Павлуша, еле на ногах стоит.

— Мама, ты где была, тут папа приходил, а ты его не видела? — взволнованно сказал Павлик.

— Как это не видела, он пришел, а мне нужно было срочно за лекарством идти. А как он вышел, мы с ним поговорили. Он желает тебе скорее выздороветь и возвратиться домой. Пока в садик не будешь ходить, бабушка с тобой посидит.

Свекровь торопилась в больницу. И уже на подходе с ней столкнулась с сыном. Он торопился домой.

— Куда так разбежался? А ну-ка осади, сынок, поговорить с тобой хочу. Что ты решил делать?

— Разводиться с женой буду, мать, и ты меня не отговоришь.

— Да я уж поняла, тебя ни чем не остановишь. Разводись, но знай одно, я Люду и внучат не брошу. А ты для меня будешь никто с этой со свой. Что же ты в ней нашел такого хорошего, чего нет в твоей жене. Добрая, степенная, ласковая, чего тебе еще нужно было.

— Тебе не понять, мать, дай пройти.

— Не дам, — она уцепила его за отворот пальто и рванула на себя. — Сволочь ты, сынок, разве так делают. Но спасибо, что к сыну сходил, видел какой он больной.

— Не дави мне на жалость, я детей не бросал, — оторвал он от себя руки матери.

— И попробуй только отобрать квартиру у жены и у детей. Я знаю, что это все твоя эта решила, а ты не соглашайся. Иначе я с тобой по-другому буду говорить.

— Не пугай меня, иди, отдыхай, я тороплюсь, — и он устремился вперед по дороге.

— Беги, беги, там тебя ждут с распростертыми объятьями.

А что она может сделать, да ничего, насильно его домой не утащишь. Был бы маленький ребенок, взяла на руки и принесла домой.

Как там внук, совсем плохенький и температура еще не спадает. Зашла в палату, Павлуша с криком — бабушка, — кинулся к ней.

— Мой хороший, как ты тут, вижу, повеселел немного, — и у нее по щекам полились слезы.

— Мама, ну чего ты плачешь, ему немного лучше стало, — сказала я.

— Бабушка, а к нам папа приходил, да мама. Он сказал, что будет нас с Алешкой забирать и на улицу водить. А я же болею мне нельзя на улицу. Он, наверное, не знает, но ему мама скажет об этом.