Запрети мне любить - Алёна Борисова

Глава 7

Соня

Сегодняшний день был для меня волнительным. Сегодня у Златы операция, как я надеялась последняя. С раннего утра я собиралась, чтобы приехать до начала волнительного процесса.

Тигран осмотрел меня с ног до головы, когда я вышла из комнаты. Довольно кивнул, когда увидел джинсы и свитер. Отвел Карима в сторону, что-то ему сказал и поцеловав меня в макушку, отпустил.

Ехали молча. После того разговора ночью, у меня не было желания общаться с Каримом. Его поведение оттолкнуло от мужчины и разозлило.

В полном молчании вошли в больницу и поднялись на нужный этаж. Мама сидела в коридоре, держа Злату за руку.

– Успела. – выдохнула я, подбежав к своим любимым девочкам.

– Ты приехала. – улыбнулась сестра, обнимая меня крепко за шею. – Спасибо.

– Перестань. Я ведь обещала, что буду с тобой, я здесь. – я поцеловала ее кисть и крепко сжала. – Всё будет хорошо. Ты у нас самая сильная девочка на земле. Как только ты поправишься, мы улетим втроем жить Канаду.

– Ты не забыла. – улыбнулась она.

– Конечно нет. Главное, чтобы ты скорее поправилась.

Дверь открылась и вышел доктор.

– Так, Злата, поехали. Вы все ждите здесь. Как только операция закончится, я вам сообщу.

– Сколько будет длиться операция? – спросила мама, вытирая слезы.

– Не меньше трех часов. – сказав это, он развернулся и ушел, забрав мою сестру.

Мама тут же расплакалась сильнее, уткнувшись мне в плечо. Я крепко прижала ее к себе, сдерживая себя из последних сил. Никто не знал как пройдет операция, но мы верили только в лучшее.

Немного успокоившись, мама присела на лавочку, я села рядом. Мельком взглянула на Карима, который стоял возле окна, засунув руки в карманы брюк. Чертов грубиян.

– Соня, а что если болезнь не уйдет? Что если она никогда не поправится? – спросила мама, глядя куда-то перед собой.

– Перестань думать о плохом. Мы здесь, чтобы верить в лучшее. Мы единственная поддержка у Златы, поэтому должны верить в неё.

– Ох, Соня. – покачала мама головой. – Был сейчас отец рядом, он бы обязательно что-нибудь придумал.

– Я не хочу ничего о нем слышать. – сказала я грубо.

– Прекрати. Прошло уже много лет. – сказала мама осуждающе.

– Мам, прошу не начинай. Он выбрал легкий путь из всех. Бог ему судья, но прощения он не получит. – я взглянула на Карима, который внимательно меня изучал. Встретившись с ним взглядом, я отвернулась.

– Нельзя так, доченька. – прошептала мама. – Мы все делаем ошибки.

– Мам, я не хочу говорить о нем, пожалуйста. Ты простила его, твоё право.

Я знала, что мама продолжит болезненную для меня тему, поэтому встала и отошла подальше. Карим тут же встрепенулся и решил идти за мной.

– Я никуда не собралась. – бросила я ему грубо.

– Решила на мне оторваться? – спросил он шепотом.

– Почему бы и нет? – с вызовом в голосе спросила я. – Ты ведь часто так поступаешь. – он ничего не ответил.

Прошел час, но из операционной никто не выходил. Мы нервничали, не находили себе места. Мама постоянно плакала, я же держалась. Успокаивала ее как могла, но разве можно было быть спокойным в такой день?

– Я в туалет. – сказала я вслух и пошла по коридору. Слышала тяжелые шаги позади меня, но не оборачивалась.

Зашла в кабинку и устало выдохнула. Нервы были на пределе и с каждым часом всё сложнее удавалось контролировать свои эмоции.

Посмотрела на себя в зеркало. Синяки под глазами, уставший тяжелый взгляд, красные глаза и бледная кожа. Казалось, что я больше никогда не стану прежней. Тяжелым грузом все проблемы упали на меня, прогибая под обстоятельства и Тиграна.

Сделав свои дела, я вышла и чуть не врезалась в Карима. Жутко раздражало и злило, что он ходил за мной по пятам. Куда мне было бежать в такой тяжелый момент? Он это понимал, но все равно не мог ослушаться своего хозяина.

Вернулась снова к маме, обняла её и облокотилась на стену. Прикрыла глаза, представляя, как Злата снова станет прежней девочкой. Веселой, активной и жизнерадостной. Тогда я наконец смогу уйти от Тиграна и увезти её в Канаду. Это была ее мечта с самого детства.

Злата была другой, не такой, как я. Раньше у нее были длинные рыжие волосы по пояс. Зеленые яркие глаза и длинные черные ресницы. Она любила спорт, готовить и иногда пела.

В свои шестнадцать лет, она была умной девочкой и красивой. Пока её не сломала болезнь. Ни осталось больше длинных густых волос, не горели ярко зеленые глаза и вся активность испарилась.

Теперь от сестры осталась лишь тень. Бледная, исхудавшая девочка с темно-синими кругами под глазами.

Спустя еще пол часа из операционной выбежала медсестра. На наши вопросы она не ответила, быстро пробежав мимо. Мама тут же запаниковала. Я тоже почувствовала что-то неладное.

Через пару минут так же самая медсестра бежала обратно с другим доктором.

– Что происходит? – крикнула я им.

– У девочки остановка сердца. – ответила она и закрыла за собой дверь.

Я как стояла на месте, так и не смогла сдвинуться. Мама громко заплакала, присаживаясь на скамейку. По моим щекам потекли слезы. Я облокотилась рукой на стену и тихонько заплакала. Крепкие руки легли на мои плечи. Затем показался Карим. Он с беспокойством посмотрел на меня. Было уже плевать на всё и на всех. В голове были лишь слова медсестры.

– Присядь, я сейчас воды вам принесу. – сказал мужчина и помог мне дойти до лавочки.

На удивление, он оставил меня без присмотра и ушел. Но в тот момент было не до этого. Я крепко обняла маму и заплакала.

– Соняяяя… – причитала мама. – что же теперь будет?

– Давай дождемся доктора? Они ей помогут, обязательно, слышишь?

– Выпейте воды. Сейчас лучше не поддаваться панике. – раздался голос Карима.

Мама послушно приняла из его рук бутылку с водой и жадно отпила. Я же не могла прийти в себя. Сидела, опустив голову. В тот момент мне самой не хотелось жить.

Неожиданно передо мной возникла открытая бутылка с водой. Карим поднес ее к моим губам и помог попить. Затем улыбнулся и вытер большим с подбородка капли воды.

– Всё будет хорошо. Вера, лучшее что может помочь девочке. – сказал он и присел рядом со мной.

Около часа никто не выходил и не приходил. Наконец дверь открылась и вышел наш доктор.

– Что с моей девочкой? – тут же подбежала к нему мама с вопросом.