Сладкий грех - Дебра Маллинз

Актер рассмеялся.

— Тебе еще многое предстоит узнать о герцогах в целом, милая, и о Вайльдхевене в частности.

Она поднесла к губам чашку с горячим чаем.

— Так просвети же меня. Для простого человека ты на удивление хорошо знаком со сливками общества.

Он криво усмехнулся.

— Салон миссис Везерби. В доме у этой леди по четвергам светский люд снисходит до общения с людом творческим. И хоть я уже почти не выступаю, я с удовольствием провожу время в компании моих коллег по творческому цеху.

— Тогда понятно…

Она поудобнее разместилась на диване, чутко прислушиваясь, чтобы не пропустить, когда ребенок начнет ворочаться.

— Салон миссис Везерби — идеальное место, где можно узнать последние новости, — продолжал Тадеуш. — Мне уже приходилось и прежде не раз слышать разговоры о Вайльдхевенах — как о сыне, так и об отце.

Миранда удивленно приподняла бровь.

— Неужели?

— Старший Вайльдхевен был страшным гулякой, — вещал Тадеуш хорошо поставленным голосом оратора, эффектно подчеркивая слова. — Слухи о его скандальных похождениях живы и по сей день, хотя сам он уже пять лет как горит в геенне огненной.

— А младший?

— Он два года назад потерял жену. — Тадеуш сделал глоток чая. — И, конечно же, долгие месяцы оплакивал безвременно ушедшую супругу. Но стоило ему сбросить траурные одеяния, как он буквально с цепи сорвался. Стал заядлым игроком и бабником, вызывая своими выходками массу пересудов.

— Значит, Летти была всего лишь одной из таких «выходок»? — Миранда презрительно поджала губы. — Такие мужчины, как он, считают женщин просто забавой.

— Тут уж я судить не берусь.

Она тяжело вздохнула и еще раз посмотрела на розовенькое личико малютки.

— Он заявил, что это не его сын, Тадеуш, — повторила она.

— То же он сообщил тебе и в письме.

— Да, но я надеялась, что при личной встрече он не сможет солгать мне в лицо, отрицая их связь с Летти, и признает, что он отец Джеймса. Но он этого не сделал, а значит, помощи от него ждать нечего.

Тадеуш вздохнул.

— Мне так жаль, что не удалось сберечь твое наследство в целости и сохранности… Мое последнее капиталовложение прогорело, и ты лишилась большей части приданого.

— Я рада, что у меня вообще хоть какие-то средства имеются, — сказала она. — Мне до сих пор не верится, что мама присылала деньги тебе на хранение.

— А я все гадал, почему от нее так долго нет вестей. Но деньги и раньше приходили с большими перерывами. Бывало, она по несколько месяцев ничего не присылала. — Он покачал головой. — Я даже не знал, что она умерла, пока ты не написала мне насчет Летти. И когда мне наконец представилась возможность передать тебе твое наследство — всего один неверный шаг, и я едва не оставил тебя без средств к существованию.

— Я все равно тебе очень признательна. Это так великодушно с твоей стороны, что ты уступил мне свой дом. Ты мой благодетель.

— Глупости. Где же тебе еще жить? Мне ничуть не сложно пожить пока в гостинице. А для такой порядочной девушки, как ты, мой дом — более подходящее место.

— Спасибо тебе большое. Это позволит мне существенно сэкономить, пока я в Лондоне. — Она нахмурилась. — Вот только герцог так и не признал Джеймса. Значит, мне нужно срочно подыскать здесь какой-нибудь подходящий заработок.

— Я думал, у тебя есть неплохая работа в Литтл Демпинг. В своем последнем письме твоя мать упоминала, что ты помогаешь какой-то богатой старухе писать мемуары.

— С появлением Джеймса наше с ней сотрудничество прервалось. — Миранда еще раз посмотрела на ребенка и умилилась. — Она не хотела мириться с тем, что мне придется ухаживать за малышом, поэтому уволила меня.

— Вот ведьма, — презрительно фыркнул Тадеуш.

Такое определение показалось ей забавным, и она согласно хихикнула.

— Точно, Тадеуш.

— Пусть сама, своей трясущейся рукой, царапает свои мемуары, — заявил он. — Я помогу тебе найти работу здесь, в Лондоне.

— Это очень мило с твоей стороны, Тадеуш, но…

— Нет. — Он поднял руку, не дав ей договорить. — Начнем с того, что это из-за моих неумелых финансовых операций ты сейчас испытываешь трудности с деньгами. Если бы я не вложил деньги в то рискованное предприятие, у тебя сейчас была бы кругленькая сумма приданого и мы могли бы подыскать тебе хорошего мужа.

— Я уже не раз говорила тебе, что мне не нужен муж.

— Но, насколько я знаю, альтернатива быть любовницей какого-нибудь денежного мешка тебя тоже не устраивает.

— О нет! — Внутри у нее все сжалось от одной только мысли об этом. Она поставила чашку на поднос и прижала руку к груди, борясь с отвращением. — Я видела, чем кончила моя мать, выбрав этот путь.

— И ты не хочешь, чтобы малыш Джеймс попал в приют…

— Конечно, нет. — Она попыталась проглотить ком в горле. — Этого я боюсь больше всего.

— Тогда ты должна принять мою помощь. — Он подался вперед, насколько это было возможно, стараясь не побеспокоить малыша. — Ты очень красива. Мы должны найти способ использовать это в наших интересах.

Она покачала головой.

— Не представляю, как это может нам помочь. Но я действительно кое-что умею делать. У меня каллиграфический почерк, я владею письмом, умею читать и считать. Кстати, я вела счета таверны, в которой жила. Уверена, я смогу устроиться к кому-нибудь секретарем или служащей в контору.

— Я бы не советовал. Я понимаю, тебе хочется, чтобы окружающие ценили тебя именно за твои способности. Но тот факт, что ты упорно игнорируешь свою красоту, не значит, что ее не заметят другие. Я боюсь, что какой-нибудь наниматель может тобой воспользоваться, хочешь ты этого или нет, и ты никуда от него не денешься.

— Но что мне тогда остается? — В ее голосе звенело отчаяние, и она принялась беспокойно расхаживать около дивана. — Я не хочу замуж и не хочу быть ничьей любовницей. Я не собираюсь становиться заложницей мужских прихотей. В Литтл Демпинг мне удавалось работать одновременно на трех работах: я вела счета двух предприятий, разносила еду и напитки в таверне и помогала миссис Эзерингтон с ее мемуарами. Здесь, в Лондоне, я готова трудиться весь день за поденную оплату, но при этом ни в коем случае не хочу стать жертвой насилия или чего похуже. Господи, за что ты сделал меня женщиной?

Тадеуш рассмеялся и хлопнул рукой по столу.

— Браво, дорогая! Сколько страсти! Какой огонь! Если бы сцена не была верным способом попасть под покровительство состоятельного мужчины, я бы настойчиво рекомендовал тебе поискать себя в этом жанре.

— Но я не хочу быть актрисой… — Она не сдержалась и улыбнулась в ответ на комплимент.